заблокировала его номер, удалила контакт, так не будет соблазна напоминать о себе и воскрешать прошлое.
Через месяц в гости приехала Лена с Катюшей. Они провели в столице неделю, с головой погрузившись в детские развлечения. Ходили в театры и на выставки, а по вечерам, когда Катя засыпала, Лена рассказывала новости о деревенских. Тётя Тоня произвела фурор своим известием, видный жених Иван Федорович отпугнул от их дома всех желающих посплетничать. Анатолий остался работать и жить у фермера, Саша и Ваня тоже устроились к нему.
Строительство отеля развернулось полным ходом, и они теперь втроём заняты до позднего вечера, деловые и важные стали. Людмилу эта новость порадовала, всё-таки смогла она помочь друзьям детства улучшить финансовое положение. Вместо «продуктового» Ани открылся сетевой магазин и местные довольны ассортиментом и ценами. Первое время жена Толика со своими жалобами была интересна безработным жителям, а потом слушать её перестали. Терентьева сняли с должности участкового. Кто похлопотал об этом, осталось секретом, но приехал к ним капитан молодой, за ним теперь девушки местные бегают, красуются, лучшие свои наряды выгуливают и ищут повод зайти лишний раз в отделение. То корову спрячут в сарае соседнем, мол, найти не могут, пропала. То петух какой-то им мерещится с красным гребнем, что преследует их.
Людмила улыбалась, надо было его с собой в город забрать. Про Илью спрашивать она не стала, а сама Лена о нём упоминала лишь вскользь, когда про новую работу мужа рассказывала. Строг начальник, суров и требователен, зато стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Домой гостей Людмила отправила с подарками, Катюша была счастлива.
Верила ли Людмила Витальевна, что обретёт ещё любовь свою? В деревне времени свободного много и это располагает людей к бракам и рождению детей, а в городе жизнь другая. Вечером уставшая с работы возвращаешься, с утра опять на работу и так ‒ по кругу. Попытки забыть Илью каждый раз терпели фиаско. То телевизор случайно переключит на канал, где фильм «Табор уходит в небо» транслируют, напоминая, что у коня фермера кличка «Будулай», как имя у главного героя. То сотрудница наливку облепиховую в подарок привезла из отпуска. У бухгалтера внук родился, Ильей назвали. Апогеем стал заказ на рекламу фермы с символом в виде красного петуха. Людмила уехала из Пыхушино, но избавиться от тоски по Илье не удавалось. Всё, что хоть как-то напоминало о романе в деревне, отзывалось учащённым биением сердца и фантазиями.
Она пыталась забыть его, флиртуя с моделями, но их манерные ухаживания сквозили фальшью, от которой хотелось сбежать и спрятаться. Когда случайно в толпе она вдруг почувствовала аромат его парфюма, поняла, что тяга к Илье проросла в ней глубоко под кожу, стала частью её жизни. Тётя Тоня в звонках уточняла: не звонил ли Люсе фермер? Можно было бы ей запретить упоминать его имя, но это не стало бы терапией. Надежда на то, что время лечит, утешала.
В августе водитель ушёл в отпуск, и пришлось Людмиле на месяц самой сесть за руль. Выезжать на работу приходилось рано, Дмитрий все объезды знал и машину подавал к подъезду, а тут самой за всем следи. Нового человека приглашать на короткий срок она не хотела. Спустя две недели такого ритма, приловчилась она уже и макияж в пробках делать, и ругаться на водителей, которые ведут себя на дороге по-хамски. Она не просто вернула свой статус железной леди, она его апгрейдила чёрствостью и разгоном в делах.
Людмила возвращалась вечером с работы, когда заметила яркий баннер на витрине любимого книжного. Автор романа, который она читала в Пыхушино, проводила в этот вечер автограф сессию. Совпадение?
В помещении людей было немного ‒ в будний день работой заняты в это время горожане, ей удалось обнаружить свободный стул, расположиться удобно. Лёгкость слога и игривость настроения в книге не совпадали с образом женщины, написавшей её. Дама в строгом костюме, старше шестидесяти лет, ярко-рыжие волосы небрежно собраны в пучок. Когда наступило время для вопросов, Людмила Витальевна подняла руку:
– Вам не кажется, что вознесение важности любви в ваших романах делает несчастными читательниц в реальности? ― обстоятельно изложила она свою претензию в вопросе.
– Всё зависит от того, насколько они верят, что сказка в их жизни может стать явью. ― Писатель поправила очки, строго приподняв бровь.
– А если верила, но не сложилось?
– Значит, ваша сказка ещё не закончилась.
Люся недовольно вздохнула: «Конечно, не закончилась, потом спросить не с кого будет! Терентьев единственный, кто не побоялся сказать правду. Старая я уже искать любовь возвышенную, крылья закостенелые высоко не поднимают, пора приучаться ходить по земле».
Накупила себе в пекарне корзиночек со свежими ягодами, чтобы накачать себя перед сном гормонами радости, закинула их на сиденье. Ну и что, что заменитель счастья, зато порцию эндорфина из кондитерских изделий проще добыть, чем менять свою жизнь. Корзиночки не раскидывают носки по квартире и не приходят домой выпившими после полуночи.
Выезд от магазина был затруднён: пешеходы пробирались между машин к тротуару, соседние автомобили не пропускали даму вперёд. Она смотрела то в боковое зеркало, то на дисплей парковки. С непривычки нервничала и пыталась вырулить, но тщетно. Напряжение нарастало. В мгновение, когда наступило окно тишины, она не рассчитала скорость и въехала с разгона задом в бампер только что подъехавшего чёрного внедорожника.
– Сука, ― выругалась она, хлопнув по рулю.
Хорошо, что удар был несильным и подушка безопасности не сработала. Но это не меняло ситуации, теперь придётся разбираться с водителем, сотрудниками транспортной полиции и страховыми компаниями, машину отдавать в ремонт ― на это уйдёт уйма времени. Она открыла бардачок в поиске документов, зарылась в нём, Дмитрий говорил, что бумаги должны быть там. Но в хаосе беспорядка лишних предметов сложно было что-то обнаружить. Раздражённая Людмила спешно вышвыривала всё из бардачка. Когда в стекло водительского сидения постучали, она уже была на грани срыва. Водитель подбитого авто наклонился, встретившись взглядом с причиной аварии.
– В этом городе тысячи парковок, десятки тысяч магазинов и миллионы бамперов, но только ты, Мила, могла въехать задом в мою машину. Ты не могла найти другой метод подкатить ко мне? ― Илья улыбался с издёвкой.
– Да не хочу я к тебе подкатывать, ― вспылила Людмила. ― Откуда ты вообще свалился на мою голову в моём городе?
– Если быть точными, свалилась ты, я никого не трогал. И город этот не совсем твой, я тут
