тебя!
Он накрыл меня своим массивным крепким телом, подхватил мои ягодицы ладонями, подтянул к себе и одним сильным движением погрузился в меня. И это было чудесно, просто невыносимо хорошо.
ГЛАВА 19. Смятение
Это были лучшие минуты в моей жизни! Я даже представить себе не могла, что близость с Рандаргастом подарит мне такое блаженство.
— Ты не будешь его истинной парой, — свирепо прошептал он мне на ухо, учащенно дыша и наращивая темп, — потому что ты моя!
— Да! — Застонала я, совершенно согласная с этим. — А можно я буду твоей истинной парой, Рандаргаст?
— Конечно! Все, что ты захочешь, моя малышка. Ты моя, а я — твой.
— Да, так и есть, — я слабела от нарастающей эйфории, — я моя … вернее, твоя, а ты — мой … мой истинный … навсегда …
Он входил в меня раз за разом, с силой, с нажимом раздвигая мои бедра, погружаясь все глубже, все чаще, все яростнее и быстрее. И я кричала, кричала как безумная, когда меня раз за разом разрывало изнутри оргазмами, которые становились все сильнее и ярче. Пока, наконец, наслаждение не достигло такого пика, что оглушило меня, довело до сладостных судорог, бессвязных всхлипов и хлынувших слёз. Это был настоящий полет в космос, который ощущался еще долгое время и я все никак не могла прийти в себя, опьяненная этим чувством, которое длилось и длилось, целую вечность. Не знаю, когда меня отпустило, наверное, через час или даже больше. Бедра мои, а также ноги и чуть ли не добрая половина кровати были залиты мужским семенем. Голова Рандаргаста покоилась у меня на груди. Я шевельнулась, он поднял голову и взглянул на меня.
— Что такое, моя малышка?
— Надо уходить. — Вяло сказала я, чувствуя как у меня кружится голова — просто смерч какой-то на моих плечах. — Он придет и убьет тебя. А надо мной будет издеваться. Эти драконы — те еще твари, оказывается.
— Ну-ну, разве для тебя это новость? — Хмыкнул он.
Почему так темно в спальне? Разве мы погасили ночник? Или он сам через какое-то время выключается? Ну да, сейчас, наверное, уже часа три пополуночи.
— Да, ты говорил мне, — я приподнялась и поняла, что не смогу встать на ноги — они были будто ватными. Вот что делает хороший секс с изголодавшейся женщиной. — Слушай, все-таки нужно уходить, слышишь, Рандаргаст? Эй, не спи!
Я пихнула его и услышала странный смешок.
— Что смешного?
Ночник засветился — нехотя, тускло, но и в его слабом свете я поняла, что рядом со мной вовсе не Рандаргаст. С силой отпихнув самозванца ногами, я вскочила, едва не упав, и заковыляла в ванную. Включив в ней свет, я распахнула дверь и убедилась — да, это не Рандаргаст. Потому что у него вовсе не эти наглые янтарные глаза и волосы черные, а не темно-рыжие.
— Ах ты! — Прошептала я в бессильной ярости, и дракон расхохотался. Я захлопнула дверь, села на пол и разревелась от обиды и бессилия. В дверь деликатно постучали.
— Джуди, открой дверь, — велел Рианнор, — впрочем, ты все равно оттуда выйдешь.
Нет, не выйду. Ужас, до чего мне стыдно и тошно, так что не выйду никогда! Позор мне! Как же я не подумала о том, что дракон не отступится и будет добиваться своего любым способом, включая магию? Все просто — при виде Рандаргаста у меня сорвало крышу и предохранители. И я ведь, наивная дура, поверила, что он прибыл сюда — на край света — каким-то чудесным способом, чтобы спасти меня. Дура, дура, неописуемая дурында, просто дурища в десятой степени!
— Джуди, — снова постучал Рианнор, — все уже случилось. Ты ведь назвала меня своим, ну да ты поняла уже.
Конечно, поняла! Да только мне нужно было понять гораздо раньше, что Рандаргаст никогда не звал меня своей малышкой — так ко мне обращался только Рианнор. Как я могла пропустить такую оговорку? Да что со мной такое?
— Кстати, — назойливый гад постучался в третий раз, — даже если ты передумаешь сейчас — мы уже все равно связаны. Близость между мужчиной и женщиной на какое-то время создает иллюзию истинности, особенно, если женщина зачинает. И, я думаю, тебе надо знать, что драконы никогда не стреляют вхолостую. Каждая близость с драконом приводит к беременности. Так что поздравляю, у нас будет малыш.
Я в ужасе схватилась за свой живот, будто ожидая что он начнет сейчас расти.
— Давай, приведи себя в порядок, поплачь, а потом будь умницей и выходи. Завтра утром мы отправляемся к Каменной Матери, проходить обряд признания и далее по списку — свадьба, коронация, вечное счастье.
Чтоб ты сдох, урод чешуйчатый! — с ненавистью подумала я. Завтра утром я, видимо, не только приду в себя, но и пожелаю изо всех сил, чтобы ваш драконий род навеки исчез из этого мира. Стоп! Он, кажется, сказал, что только что обрюхатил меня? Вот люмпенский выродок! Вот тварина последняя!
Забравшись в ванну, я принялась яростно отскребать от себя его семя и его касания, раздирая тело в кровь ногтями. Затем меня накрыло такой тоской, такой болью, что я зарыдала в голос. Я била в стену кулаком и кричала, слыша себя даже сквозь шум воды. Когда эта вспышка окончательно отняла мои силы, я сползла в ванну, обняла колени и теперь уже плакала почти беззвучно, давясь горькими, тяжелыми слезами.
— Не хочу, — шептала я, а слезы все лились и лились из меня, — не хочу, не хочу быть беременной! Не хочу рожать дракона! Не хочу быть связана с тобой! Будь ты проклят! Я не хочу этого ребенка!
Тут вода рассыпалась миллиардом белесых капель, которые посерели, потом почернели, сгущаясь вокруг моего тела, впитываясь в мой живот. Я судорожно всхлипнула и поняла, что снова забыла про магическую силу своих желаний. Живот сильно потянуло, потом резко кольнуло и отпустило. Тихо вскрикнув, я опустила глаза и увидела как из меня выкатываются капли крови, крупные и яркие, будто гранатовые бусины. Одна, две … пять капель крови, а потом ощущения прошли, магия рассеялась. Неожиданно я почувствовала себя страшно уставшей, ослабевшей. И еще — будто бы опустевшей. Странное чувство. Я никогда раньше не была беременной, наверное, так и чувствуют себя женщины, потерявшие ребенка? Может я зря это сказала? Но теперь уже поздно.
Дрожащими руками я смыла капли крови и выключила воду. Вот так. Завтра кое-кому предстоит сильно удивиться.
— Не хочу быть твоей истинной парой, — с
