Лукас немного помолчал.
– Расскажи мне еще, – попросила Элька.
– Творец – последняя инстанция Абсолютного Равновесия и беспристрастная сущность, направляющая движение Вселенной и поддерживающая Великий Баланс посредством ощущающих его волю Сил и некоторых иных созданий. Ни при каких условиях Творец не вмешивается в бытие напрямую, это может повлечь за собой непоправимую катастрофу.
«Что-то вроде убийства комара атомной бомбой во вселенском масштабе», – подумала Элька.
– Созданий? – с настороженным любопытством переспросил Рэнд, выудив из речи мага новую для себя информацию.
– Oui, я читал в одной старой книге, что есть живые создания, постоянно инстинктивно чувствующие волю Творца, – подтвердил Лукас. – Благодаря этому они служат поддержанию Высшего Равновесия в мирах. Говорят, например, что жнецы – одни из них.
– Эти чудовища? – зябко поежилась Мирей.
Дрожь пробежала по телам всех мужчин, кроме клевавшего носом Макса. Эльке тут же стало жутко любопытно, что за птицы эти загадочные «жнецы» и чего или кого они жнут, но она поняла, что момент для расспросов неподходящий, лучше потом как-нибудь тайком подловить Лукаса и помучить его тет-а-тет.
– Значит, для вас непостижимым и непознаваемым является лишь Творец. С Силами и богами можно поговорить и договориться, увидеть, призвать, ощутить, так сказать, эмпирически. А с Творцом такой номер не пройдет. В его существование можно лишь верить, – деловито подвела итог она.
– Именно, – подтвердил Лукас. – Обращение к Творцу – это вопрос чистой веры, того, насколько мы ощущаем себя в единстве со Вселенной, чувствуем свою общность с Создателем, ведь каждый из нас есть его крохотная частица.
– Практической пользы никакой, а самолюбие тешит, – подмигнув Эльке, лукаво заметил Рэнд, задирая нос.
– Oui, постижение Творца не приносит никакой выгоды, но приближает нас к пониманию законов мироздания, существования вселенных и, может быть, добавляет капельку мудрости, – заключил расфилософствовавшийся маг и снова наполнил свой опустевший за время разговора бокал. Философия философией, но и о выпивке забывать не стоит.
Рэнд поднялся, забрал со стола еще шашлычка, толкнув задремавшего Шпильмана в бок, всучил шампур и ему. А Элька, как и Мирей, погрузилась в наблюдение за огнем. Она всегда любила смотреть на пламя, ее завораживала изменчивая сущность прирученной стихии. Сейчас девушке казалось, что она растворяется в огне, становится его частью, частью не только этого огня, но и всей поляны, сумерек, окружавших ее друзей, сада, всего этого мира, Вселенной и даже Творца. Чувство сопричастности поднималось в Эльке мощной приливной волной, приближая ее к состоянию универсума. Весело пляшущие язычки пламени неожиданно взметнулись вверх с неистовой силой.
– Полегче, девочка, а то спалишь полянку, присесть негде будет, – прежде чем кто-то еще успел отреагировать на происходящее, донесся из-за спины Эльки мужской голос ее любимого тембра – баритональный бас. Костер тут же, повинуясь чьей-то неведомой воле, вернулся в свое нормальное состояние.
Элька вынырнула из водоворота магии, осененная новым пониманием возможности вызова своей силы, а голос, подозрительно знакомый голос, между тем продолжил:
– А пожрать у вас что-нибудь осталось, ребята?
Тут из-за деревьев показался и сам обладатель голоса – здоровенный мускулистый небритый брюнет в тонкой белой рубашке навыпуск и ярко-синих атласных штанах и тут же направился к столу. Скатерка – вот подхалимка! – услужливо организовала ему огромную свободную тарелку, и дядя, под взглядами онемевшей от такой наглости компании, свалил на нее практически все, что нашел на столе. Потом гость, прихватив еще и пару бутылок, подошел к костру и, опустившись на траву рядом с Элькой, принялся с аппетитом уписывать еду.
– Связист? – неуверенно уточнила девушка, проверяя свою догадку.
– М-м? – отозвался жующий, не отвлекаясь от тарелки.
– Это Связист? – недоуменно уставился на жрущего гражданина Рэнд.
– Ух ты, – радостно восхитился Макс, взмахнул руками и, потеряв равновесие, плюхнулся навзничь в траву.
Мири просто молчала и смотрела.
– Этого не может быть, – отрезал Гал, наблюдая за подозрительным чужаком и готовясь в любой момент вступить в бой.
– Силы не принимают человеческий облик, – подтвердил изумленный Лукас, потирая бровь, как всегда, в минуты задумчивости.
С одной стороны, он знал каноны поведения Сил и законы магии, а с другой – маг безоговорочно доверял своему чутью, и именно оно вслед за Элькой настойчиво твердило, что этот лопающий их ужин нахал и есть Связист. Это и повергло мосье в состояние недоумения.
– Не в обычае – не значит запрещено, – скептически хмыкнул, проглотив кусок, Связист. – Я же Вольная Сила, мне многое можно, чего нельзя другим. Так что не мешайте, будьте добры, дайте поесть по-человечески. А потом и поговорим, у меня для вас новости.
Умерив свое любопытство, команда принялась ждать, пока Сила-посланник утолит голод и снизойдет до объяснения своего поведения.
– Значит, так, – опустошив тарелку по второму разу и прихлебывая вино, деловито заявил Связист спустя десяток минут. – Сегодня у вас последний день отдыха, адаптация закончена. Поскольку вы друг друга за недельку совместного проживания не поубивали, значит, сработаетесь. Завтра начнете разбираться с делами. Я вам целую кипу обращений к Совету принес для начала. На столе в зале совещаний бросил. Ах да, чуть не забыл еще кое-что! Ловите!
Связист достал прямо из воздуха горсть чего-то сверкающего и подкинул в воздух. Зависнув на несколько секунд над костром ожерельем разноцветных светлячков, нечто рассыпалось на отдельные угольки и упало прямо в руки каждому члену команды.
Рефлекторно поймав брошенный предмет, Элька раскрыла ладонь и увидела перстень из какого-то белого металла с камушком причудливой огранки. «Наверное, это бриллиант», – решила она и поднесла украшение поближе к лицу, чтоб рассмотреть узор, проступающий светящимся серебристым контуром в глубинах камня. Рисунок оказался знаком: весы с мечом вместо перекладины и книга – символ Совета богов, такой же, как на печати в контракте. Насколько девушка могла заметить, каждому члену команды досталось аналогичное украшение, различался только цвет камня, подобранный под цвет глаз носителя.
– Это – знак вашего предназначения, – дождавшись, пока все хорошенько рассмотрят перстни, пояснил Связист. – Надевайте. Пригодится! Заклятье убедительности, наложенное на них, покажет любому, что вы именно те, за кого себя выдаете. – Посланцы Совета богов.
– А каким еще могуществом обладают сии предметы, мосье Связист? – поспешил досконально выяснить магическую подноготную талисманов Лукас перед тем, как нацепить перстень на палец.
– Я же сказал тебе, не мосьекай! – пренебрежительно фыркнул Связист, но на вопрос ответил: – Они будут переносить вас туда, куда нужно для разбора жалобы, и назад, к вашему дому. Для того чтобы перстень заработал, надо нажать на камень и четко сформулировать, где вы желаете появиться. Он и невидимым может становиться. Снять против вашего желания этот перстень так же невозможно, как вам потерять его. А если его надумает надеть кто-то другой, то запросто лишится пальца.
– Хороший способ борьбы с конкурентами и мести недоброжелателям, – рассудила Элька, надевая перстенек, и подумала, как скоро она станет похожа на смертельно опасную новогоднюю елку, если приобретение ювелирных украшений будет продолжаться такими же темпами. Ведь за первую неделю она уже успела обзавестись парой побрякушек.
Остальные тоже покорно надевали украшения. Даже Гал недовольно поджал губы, но надел перстень с изумрудом без скандала.
– Да, эти штучки еще и друг на друга настроены: чтобы перенестись к другому владельцу перстня, надо нажать на камень и заявить, с кем рядом хотите оказаться, – припомнила еще одну маленькую подробность Сила.
– Вы считаете, что мы уже готовы приступить к работе? – уточнил, предусмотрительно «не мосьекая», Лукас.
– К такой работе подготовиться невозможно, – обрадовал команду Связист, пожимая плечами, и тут же беспечно заявил: – Ничего, научитесь на собственном опыте. Учить-то вас все равно некому. Первые! Но не расстраивайтесь, я буду с вами.
– Предполагается, что это должно нас радовать? – резко спросил Гал.
– Ну конечно, – с воодушевлением подтвердил Связист, отбрасывая опустошенную бутылку. Та, не долетев до земли, куда-то пропала. – Меня Совет Сил окончательно к вашей команде приписал.
«Сдается мне, они это сделали, чтобы от тебя избавиться», – мрачно подумал воин, на сей раз предпочитая оставить свои мысли при себе.
– Мне тоже сдается, – ко всеобщему недоумению, почему-то вдруг ликующе заявила Сила. – Боятся они моей непредсказуемости!
