Глава 41
Не сразу понимаю, что зовут меня, но вдруг вижу свою мама, которая активно машет мне рукой. А рядом, папа. Мне это снится. Вот точно. Но нет, он замахивается и бросает в Гошу спасательный круг.
— Пригодится, когда проиграешь тендер, — усмехается он и ловко ныряет в воду. Гоша смотрит на меня, подняв брови, а у меня просто нет слов. Мама неловко мне машет, опуская полотенце на шезлонг.
— Как вы тут оказались? Как узнали, что мы тут.
— Я слежку организовал, — выныривает папа. — Не хватало мне еще похищения. Кто знает, что у Воронцова на уме.
— Похищения — это больше по вашей части. Я действую прямо.
Не очень понимаю шутку, но сейчас меня дико возмущает поведение отца.
— Ты не имел права за нами следить. Я тебе все высказала!
Отец меня просто игнорирует. Поворачивается к Гоше.
— Ну что, ты плавать то умеешь? Или только всплывать?
— Маш, вызови скорую.
— Зачем?
— Ну вдруг у папы твоего от перенапряжения сердце встанет. Не хотелось бы праздновать свадьбу на его похоронах.
Боже… Какой кошмар.
— Кстати о свадьбе. Тебе Машенька рассказала про наш спор? Так что тебе недолго наслаждаться ее обществом.
— Маш, о чем он? — удивленно спрашивает Гоша, но отец уже ныряет, увлекая его в это показательное соревнование.
Мне остается только поджать губы и смотреть как они стремительно переплывают бассейн. Я вылезаю на бортик, ложусь на соседний с маминым шезлонг. Она читает книгу, потом только смотрит на меня.
— Почему ты его не отговорила?
— Дочь, ну я бы знала, что вы тут будете. Он вышел из ванной и предложил съездить поплавать, детей матери закинули. Как я могла отказаться?
— Ну да, как. Просто папы неожиданно много стало в моей жизни.
— Как — будто раньше было иначе.
— Не было. Просто мне не нравится, что он своими страхами мне жизнь усложняет.
— Ну чем усложняет?
— Ну а если Гоша бросит меня, не выдержав прессинга? Решит, что ему это все не нужно?
— Ну и зачем тогда такой мужчина нужен? — удивляет меня мама вопросом. — Папа не связал его, пистолет к лицу не приставил, просто соревнуется. Выводит из зоны комфорта.
— С чего бы ему вообще за пистолет браться?
— Что? Да ничего, я просто так сказала.
Просто так… А Гоша про похищения сказал. Мама про пистолет. Все вокруг меня что — то знают, а мне не говорят.
— Так, Маш, а что за спор с отцом? Почему я не знаю?
— Да, ничего особенного. Он думает, что мы не сможем выиграть тендр. Ну, компания Гоши, в которой я работаю.
— Ну и допустим не выиграйте, что будет?
— Свадьбу с Зотовым.
— Это шутка? Ты не могла всерьез на это поспорить.
— Да, успокойся. Папа никогда не сделает то что плохо для меня.
— Правильно, а брак с Зотовым он считает лучшим для тебя вариантом. Парень тебя с детства любит.
— Ну чего он там любит. Он никогда не добивался меня.
— Да потому что ты раз за разом высмеивала его знаки внимания.
— Мам, ну хватит. Во первых мы не проиграем, а даже если… Ты просто скажешь отцу, что этот брак невозможен. Или я скажу Глебу, что не люблю его.
— Ты переоцениваешь мое влияние на своего отца. И играешь в очень опасную игру. Ты сказала Гоше про спор?
— Нет, зачем ему это знать.
— Лучше если скажешь ты, чем он будет думать, что ты его обманывала.
— Все так серьезно, — дую губы и наклоняюсь к маминому плечу. Она тут же обнимает меня, гладит по голове. — Ты преувеличиваешь масштаб проблемы.
— А ты как обычно не думаешь о последствиях. Жаль, что тебе шахматы не зашли.
— Мам…
— Да ладно, ладно, мое дело маленькое, родить, да наблюдать.
Наконец — то мужчины приплывают обратно, садятся на бортик. Но я так понимаю, никакой дружбы между ними на данный момент быть не может.
— А кто, — хочу спросить, но Гоша говорит
— Мы уходим, — ловко выпрыгивает из басейна, вытирается полотенцем и кивает мне. — Ну что разлеглась, вставай.
Я целую маму, бросаю раздраженный взгляд на отца и поднимаюсь за Гошей. Мы молчим ровно до момента, пока не садимся в машину. И я не хочу слышать вопрос, который повис между нами.
— Что за спор?
— Да фигня, ничего особенного.
— Маш, я вопрос задал.
— Просто поспорила с папой, что тендер будет наш.
Он хмыкает, кивает головой.
— Рад, что ты в этом уверена, а если нет…
— Ну это вряд ли. Поехали, я что — то проголодалась.
— А если нет?
— Ну… Пообещала, что выйду за сына одного из его друзей. Но он вряд ли меня заставит.
— А если заставит? Сможешь нарушить свое слово?
— Ну… Если что поговорю с Глебом, он не станет…
— Ты опять игнорируешь мой вопрос. Ты сможешь нарушить слово?
— Нет! — срываюсь я, а Гоша бьет по рулю. — Гош, ну этого же не случится. Да и ты меня в обиду не дашь.
— Нахрена вообще было спорить?!
— Да что ты так испугался? Мой отец такой же бизнесмен, как и ты.
— Нет, милая, твой отец бывший бандит, у которого до сих пор остались такие подвязки, что он всю компанию может одним звонком прихлопнуть. И не сделал этого еще только потому что ему весело за всем этим наблюдать.
— Ты ошибаешься. Папа не… — вспоминаю случайные оговорки, много разных намеков, которым не придавала значение.
— Не ссы, не тронет тебя мой папа. И фирму твою не тронет. Выиграем тендер и я уйду, — отворачиваюсь, хочу выйти из машины, но Гоша блокирует двери. — Открой! Немедленно!
— остань, я же не бросаю тебя.
— А ты думаешь мне нужны твои подачки?
— Какие подачки, я в любви тебе признался! И меня напрягает, что ты обещаешь себя кому — то, когда ты со мной. И я хочу, чтобы так оставалось и дальше! И мне не улыбается вступать в схватки с криминальными авторитетами.
— Тебя никто не заставляет! И мой папа не бандит! Понял?! — толкаю его, нажимаю кнопку разблокировки и выскакиваю из машины. Гоша бросается за мной, но я оказываюсь быстрее и добегаю до остановки, где успеваю запрыгнуть в автобус. Только вот, проехав одну остановку и заливаясь слезами, я не сразу понимаю, что рядом со мной сидит мужчина. Очень знакомый мужчина. А автобус стоит.
— Эй! Чья тачка мне выезд заблокировала! — орет водитель, я же смотрю на Гошу.
— Я не хочу потерять тебя. Но и дело всей жизни тоже. Надеялся, что ты поймешь.
— Эй, мужик, твоя тачка.
— Рот закрой, — орет Гоша и водитель встает. Я тут же забираю его из автобуса. Не хватало снова попасть в отделение.
— Знаешь, — говорю тихо, уже в машине. — Иногда можно просто сказать, что тебя беспокоит, чего ты боишься. В этом и заключаются отношения. Орать лучше во время секса.
— Согласен, — берет он мою руку, целует и переплетает пальцы. — Реально рядом с твоим отцом чувствуешь себя желторотиком. Теперь я стал уважать Гошку сильнее, раз умудрился прийти к вам домой.
— Ну, он не успел… С тобой отец хоть разговаривает.
— Это должно меня успокаивать?
— Да, — улыбаюсь я, а потом жмусь к Гоше щекой. — Да, вообще все идет довольно неплохо.
Не считая того, что мой папа бывший бандит. И мама об этом в курсе.
— Осталось выиграть тендер.
— Да, лучше бы выиграть.
Глава 42. Георгий
Этот день был очень важным. Сегодня день, когда нужно продемонстрировать проект на получение тендера.
Последний раз я волновался, когда вкладывал бабки в открытие бизнеса, договаривался с крышей, чтобы не было проблем. Давал понять, что меня не запугать.
И честно, похуй на тендер, их будет еще много, но сейчас я понимаю, что проигрыш будет моим вторым позором.
Проиграть старику, это надо же. Но хуже всего будет, что придется ввязываться в войну, чтобы отвоевать Машу.
Я совершено не хочу ее терять. Я сомневался в том, нужна ли она мне, а теперь у меня ни капли сомнений.
Кто — то скажет, что мы поторопились жить вместе, но Маша как солнце, делает ярче любой мой день. Даже если злой после совещания, даже если заебанный после тяжелого дня. Она еще верит в хорошее и это заряжает меня положительной энергией, дает веру в лучшее.
