розыгрышам Проскурин решил пожаловаться Мерецкову потом, когда будет докладывать командарму лично. Сначала нужно дождаться, к чему же весь этот глупый розыгрыш приведет. Заранее жаловаться непонятно на что означало поставить самого себя в нелепое положение. Отдав клочок бумаги с рядами цифр радисту и убедившись, что Зиновий сообщение передал, Проскурин вернулся к Васильеву. И вместе они спустились с вершины холма, где их уже ожидал автомобиль майора вместе с водителем. То был трофейный черный «Опель Адмирал» в отличном состоянии с кожаными сидениями.
— И откуда только у вас здесь такие шикарные трофеи? — поинтересовался Проскурин, когда они с майором устроились на заднем сидении за водителем.
— Эту машину мы конфисковали из гаража концентрационного лагеря. На ней лагерное начальство ездило. Да не успели удрать, когда мы напали, — сообщил Васильев.
— В смысле, вы с военнопленными мятеж устроили? — не понял капитан.
— Нет, я тогда еще партизанским отрядом колхоза «Красный посев» командовал. Вот мы и освобождали военнопленных. Всю их охрану ликвидировали, финнов перебили, а эсэсовцы сбежали от нас, даже не приняв бой, — рассказал майор.
Услышав такое, штабной капитан сразу немного поменял свое мнение о Васильеве. Валентин Проскурин до этого еще не слышал ни об одном подобном случае, чтобы партизаны смогли взять штурмом целый концентрационный лагерь. Но, может и это неправда и часть розыгрыша?
— И как же вам подобное удалось? — спросил капитан.
— Наверное, одним и не удалось бы, да только нам помогали гиперборейские шагающие танки, — сказал майор.
«Опять он за свое. Точно сбрендил с этой Гипербореей», — подумал Валентин. А вслух произнес:
— Ну, что военнопленных освободили, то молодцы, конечно. Просто героические какие-то у вас партизаны. Вот только, как же вы из освобожденных полк сформировали, если половина всех тех, кто в плен сдается — это же враги народа, предатели, которым нельзя доверять?
— А у нас особый прибор есть, рамка из гиперборейского камня. Так он достоверно показывает, кто враг. Лампочка красная над головой у врага сразу зажигается, — объяснил майор.
«Точно же сумасшедший!» — ужаснулся капитан.
Но, когда приблизились по грунтовой дороге к склону высоты 168,5, Проскурин подумал, что сходит с ума сам. Напротив их автомобиля, прямо из скал, примыкающих к темной огромной арке, в которой почему-то клубился туман, выходили один за другим каменные гиганты страхолюдного облика, высотой в два-три человеческих роста, с глазами, горящими зеленым огнем, со свирепыми каменными лицами и с огромными черными зубами в оскаленных ртах. У каждого из взвода каменных существ на лбу горела красная звезда, а каждое отделение вели за собой командиры пятиметрового роста с длинными руками и разлетом плеч метра в три. Увидев автомобиль Васильева, самый высокий и страшный из них изобразил на каменном лице подобие улыбки и приветственно помахал рукой. А Васильев помахал ему из открытого окна в ответ.
— Что за каменные чудовища у вас тут такие разгуливают? На танки они совсем не похожи, даже на шагающие. Я атеист, конечно, но эти уж очень демонов напоминают, только рогов и хвостов им не хватает, — испуганно пробормотал штабной инспектор, когда взвод промаршировал мимо них с каменным грохотом, создавая настоящее землетрясение, раскачивающее автомобиль, и оставляя за собой огромные следы сбоку от дороги.
— Да это же подполковник Сомов ведет своих новых парней в бой, — объяснил майор, приказав водителю проезжать сквозь туман прямо в арку.
В этот момент Валентин Проскурин лихорадочно соображал, что же за наваждение такое творится вокруг? И почему какой-то подполковник Сомов, которого поприветствовал Васильев, выглядит, словно самое настоящее каменное чудовище из страшных сказок? Но, еще больший сюрприз ожидал Валентина внутри, с другой стороны от арки в скале. Сквозь открытые окна автомобиля внутрь сразу ворвался жаркий по-летнему воздух, а солнце висело высоко в небе, в то время, как снаружи уже тени удлинились, светило клонилось к горизонту, и наступал вечер. За аркой текла еще и река средних размеров, а за водным потоком на противоположном берегу поверху скал стоял лес совсем не осенний, без единого пожелтевшего листочка на деревьях.
По широкому каменистому речному пляжу в обе стороны сновали люди и ездили грузовики. Направив взгляд дальше вдоль берега, Проскурин увидел, что машины курсируют между военным палаточным лагерем и каким-то сооружением, похожим на большой склад и расположенным рядом с еще одним выездом, сделанным в виде металлической аппарели из тоннеля, пробитого в скале. А на самой реке рыбаки с деревянных мостков ловят упитанных рыбин навскидку метрового размера. Сзади Проскурина, рядом с той аркой, через которую они въезжали, находилась еще одна. Правда, туда и оттуда никто не проезжал. Никаких каменных чудовищ тоже на глаза не попадалось.
Если не считать военного лагеря, то пейзаж, можно сказать, выглядел вполне мирно. Но, как все это могло находиться внутри холма, Валентин Проскурин понять никак не мог, лихорадочно соображая, что же это за морок? Может, в чай, который он выпил на командном пункте полка, ему подсыпали какой-нибудь препарат, вызывающий галлюцинации? Может, это тоже входило в план розыгрыша, устроенного ему полковыми майорами? Капитан ущипнул себя несколько раз очень сильно, но ничего не помогало. Вокруг пейзаж не изменился.
Тем временем «Опель Адмирал» остановился на стоянке у скал, проехав мимо военного лагеря, состоящего из множества палаток. Водитель, немолодой сержант, вышел из машины и распахнул дверь перед гостем. И Проскурин вылез из немецкого автомобиля, озираясь по сторонам. Он все еще никак не мог поверить своим глазам. Ведь получалось, что тоннель, о котором говорил Васильев, существовал на самом деле. И существование этого сооружения не вписывалось в версию о розыгрыше. Вот только куда же этот тоннель выходил? На подземелье все вокруг никак не походило.
— Куда это мы приехали? — сразу спросил штабной инспектор у Васильева.
— В Гиперборею, — сообщил ему майор.
* * *
Вдохновленная успехом возле Эссойлы, авиагруппа майора люфтваффе фон Гегенбаха вылетела бомбить каменных великанов, атакующих финские позиции около населенного пункта «Красная Пряжа». Настроение у всех летчиков было хорошим. Как утверждали финны, гранитных чудовищ осталось всего двое. Но и они наводили ужас на финские войска. «Юнкерсы» подходили к целям на высоте пять тысяч метров, когда неожиданно попали под огонь вражеской зенитной артиллерии. Причем, на этот раз по немецким самолетам стреляли не сами великаны, а какие-то дальнобойные зенитные орудия, установленные на высотах вокруг поселка. По пикировщикам с земли открыли огонь еще на подлете. И огонь
