— Я никогда тебя не прощу, — в глазах сверкнул гнев. — Не боишься, что устрою переворот снова?
В ярости Дэвид толкнул Элизу на кровать. Он уже ринулся следом, но увидел неприкрытую ненависть во взгляде. Сильные пальцы стиснулись до побелевших костяшек, а ноздри затрепетали от злости.
— Лучше держи себя в руках, ясно? — рыкнул Дэвид. — Иначе я убью его у тебя на глазах.
Он резко отвернулся, словно сбегая, пока не сорвался снова. Элиза бросила короткий взгляд на пистолет на полу. Будто почувствовав, Дэвид подобрал оружие и упавшую сумочку. Уже на выходе из комнаты он глухо сказал:
— Ты простишь меня и научишься подчиняться. Девушки продаются и за меньшее.
А потом дверь захлопнулась, и скрежетнул ключ в замке.
Глава 46
Побывав в подземельях замка, Люцифер первым делом решил переодеться. Он сбросил рубашку, на рукавах которой осталась ангельская кровь. Пленники не выдали ничего, но по глазам стало понятно: уверены в победе. Надев новую одежду, Люцифер вышел в коридор. Пальцы на ходу прошлись по верхним пуговицам.
— Что будем делать? — спросил Самаэль, выходя из темноты.
— У нас нет времени на подготовку, — Люцифер невозмутимым жестом поправил воротник. — Нужно будет выпускать Изначальных.
Взгляд упал на кольцо с сигилом. Особый ключ, открывающий самую прочную дверь в подземельях. Люцифер и забыл, когда в последний раз прикасался к нему.
— Что?! — Самаэль отшатнулся. — Ты понимаешь, о чем говоришь?
— Об Изначальных тварях, которые населяли Ад до того, как сюда сбросили нас. Которых я подчинил своей воле. Если боишься, можешь на время битвы запереться в своем особняке, — тон стал ледяным.
Люцифер сложил руки на груди, смерив надменным взглядом. Самаэль недовольно нахмурился.
— Я не боюсь, — процедил он. — Просто ты же помнишь, их заперли ты и Элиза. Вы оба без сил. Где гарантия, что они подчинятся? Если не сработает, твари набросятся на каждого на своем пути!
В причудливой акустике коридоров последние слова разнеслись далеко-далеко. Самаэль с опаской оглянулся в полумраке, разбавляемой лишь свечами на стенах.
— Если мы их не используем, то набрасываться будет не на кого, — отрезал Люцифер. — Самаэль, к войне не готовятся за два дня! Рай может атаковать в любую минуту. Я справлюсь с какими-то там тварями.
Повисло тягучее молчание. В нем стал особенно слышен вой холодного ветра за стенами замка. И стоны грешников, доносящиеся из-под толщи ледяного озера Коцит.
Самаэль тяжело вздохнул, отводя взгляд. Огоньки свечей отразились в глазах неестественного желтого оттенка. Тени на лице показались особенно мрачными.
— А выживешь ли после этого? — глухо спросил Самаэль.
Взгляды встретились. Люцифер недовольно поджал губы прежде, чем выдавить:
— Разберемся.
Спустившись в подземелья, он остановился у тяжелых двухстворчатых дверей высотой больше, чем в два человеческих роста. По темному дереву пробежали огненные нити, подчеркивая зловещую резьбу: силуэты с рогами, когтями и раскрытыми клыкастыми пастями. Весь огонь сбежался к одному месту. Замку, открыть который могли лишь два кольца с печатками.
Люцифер достал из кармана второе, более изящное. То, которое раньше принадлежало Элизе.
— Ты уверен? — вполголоса спросил Самаэль.
— Лучше проверить сейчас, чем когда враги будут на берегах Коцит, — Люцифер задумчиво покрутил в пальцах ее кольцо. — Если что-то пойдет не так, просто прикрой меня.
Он поднес оба «ключа» к замку. Тот вспыхнул ярче, почувствовав знакомую энергию. Даже факелы на стенах полыхнули сильнее.
— От тысяч тварей, которые жаждут только крови, — почти неслышно проворчал Самаэль.
Люцифер рывком, как хищник, повернул голову. Приподнятый подбородок, высокомерный взгляд — сплошной холод в каждой черте. Да и в натянуто равнодушном голосе тоже:
— Мы будем обсуждать мои решения?
Вздохнув, Самаэль отрицательно качнул головой. Судя по взгляду, проглотил пару ругательств на латыни, которые уже вертелись на языке. Ладонь легла на рукоять меча на поясе. Клинок выскользнул из ножен с тихим-тихим свистом, и отблески огня заиграли на стали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сдержанно кивнув, Люцифер поднес оба кольца к замку. Мужское вспыхнуло первым. Оно притянулось, как магнитом. Следом загорелись огнем знаки и на женском. Замок принял и его, после чего двери мелко задрожали.
Люцифер немного отступил назад, вынимая меч из ножен. Два клинка направились прямиком на вход в давным-давно запечатанный зал.
Двери затряслись сильнее. Внутри зарокотало, как в грозовой туче. Огненные прожилки на темном дереве надрывно запульсировали.
Грохот.
Ослепительная вспышка.
По подземелью прокатилась волна горячего воздуха. Она оказалась такой мощной, что Люцифера и Самаэля с силой отбросило прочь. Звякнул отлетевший в сторону меч. С потолка посыпалась мелкая каменная крошка, и поднялись клубы пыли.
Закашлявшись, Люцифер резко перекатился набок. Почти вслепую он схватил меч. Голова закружилась, от брови сбежала капелька крови. Игнорируя это, Люцифер вскочил на ноги. Он выставил меч вперед, готовясь отражать атаку. Впрочем, как и Самаэль.
Пыль осела, а огненные прожилки на дверях почти погасли. Они так и остались закрытыми. Кольца же отлетели прочь, на пол.
— Не сработало, — зло прорычал Люцифер.
Самаэль провел рукой по волосам, отбрасывая назад выбившиеся из низкого хвоста черные пряди.
— Вы запечатывали двери вместе. Значит, и открывать нужно вдвоем.
Люцифер молча подобрал кольца. Он сжал их в ладони, глядя в пустоту. В глазах — ледяная ярость. На Рай и собственное бессилие.
«У нас обоих нет сил. Сейчас это слишком опасно, и я не поставлю ее под удар, — подумав это, Люцифер едва заметно качнул головой. — Не позволю рисковать. Найду другой выход… только вот какой?»
Глава 47
Вернувшись на Землю, Люцифер обнаружил в квартире Руту. Он на миг удивленно приподнял брови, но потом взял себя в руки. В тоне — лишь прохладца:
— Что ты здесь делаешь?
— Меня хотели сбросить. За то, что я отказалась тебя убить… — Рута тихонько подошла ближе.
Она вкратце рассказала обо всем. Люцифер сдержанно кивнул, не выдавая эмоций.
«Увидит хоть каплю сочувствия — привяжется еще сильнее», — подумал он.
— Понятно. Где Элиза?
— Она… собиралась уйти, — Рута опустила взгляд. — Насовсем. А потом позвонили насчет Дэвида. Он попал в аварию или что-то вроде того.
— Дэвид, значит, — в голосе Люцифера появились рычащие нотки.
Пальцы стиснулись в кулаки. Люцифер выхватил телефон, набирая Элизу. Длинные гудки — и ничего. Раз за разом. Люцифер и сам не заметил, как начал мерить комнату шагами.
— Я тоже ей звонила, — пробормотала Рута. — Не берет.
Стоя в сторонке, она взволнованно переплела пальцы. Люцифер напряженно бросил взгляд на панорамные окна. Над городом уже начал заниматься рассвет, зимний, поздний и тягучий. Небо грязно посерело над небосводами, тлея медленно, как мокрая бумага.
— Сколько прошло времени? — Люцифер рывком развернулся к Руте.
— Часа три. Может, четыре, — она прикусила губу. — Может, она с ним в больнице, а сумочку… забыла где-то.
Слушая ответ, он набрал еще раз. На этот раз вместо гудков раздался механический голос. Похоже, телефон Элизы разрядился.
— Черт! — рыкнул Люцифер.
Он отбросил телефон прочь. Тот отлетел к стене, падая на пол. На экране расползлась сетка трещин. Люцифер застыл, восстанавливая дыхание. Только бы вернуть обычное хладнокровие.
«Она не хочет меня видеть», — не такое уж жуткое предположение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Она в опасности», — куда страшнее.
— Собирайся, — холодно скомандовал Люцифер. — Мы найдем ее.
— Но как? — растерялась Рута, нервно поправляя волосы. — Я даже не в курсе, в какую больницу она поехала. Мы просто не знаем, где искать…
