губу, сморщила лоб, и взгляд ушел внутрь, притихла.
– Бляха точно не краденая, а найдена, такую вещь вообще украсть крайне трудно. Принадлежала она человеку, имеющему отношение к торговле, на ней заклятия охранные, только владельцем почти не использованы. Хозяина нет в живых, не менее недели уж как, – она подняла глаза на меня. – А заклинания повреждены…
Это, простите, как? Что-то я про такие вещи и не слыхивал даже.
Дана ловит мой непонимающий взгляд, и поясняет.
– Ну… как бы взломаны. Целые, но не работают. Следы остались, от вмешательства сильной магии. Но больше сказать ничего не могу, мне место, где ты ее нашел, увидеть надобно. Чувствую рядом с ним смерть, мертвые люди еще есть, много. На месте побываю – еще скажу, – скупо роняет она слова.
Она проводит по воздуху рукой и отрицательно покачивает головой.
– Не вижу… не могу сказать, где оно. Скрыто это от меня, тут сильный маг поработал.
О-па. Я попался. Поди, проверь – правда или нет, что ей место увидеть надо. Может, за дурачка меня держит, доберется до места нападения с моей помощью, разузнает там все, а мне с три короба наврет, а потом – поминай, как звали. А как проверить-то? Видит она чего или нет? «Кощей» тоже мне клятвы давал…
Но пока все сходится. Кое-что любой наблюдательный человек тут, конечно, и без магии бы рассказал, пораскинув мозгами. Но были в ее рассказе моменты, которые наугад не скажешь, тут знать надобно.
– Слушай, Дана… – собеседница вмиг взъярилась и фыркнула.
– …уважаемая Дана, – поправился я.
Не угадал, опять недовольное лицо.
– Уважаемая Дана Бакли…
Или может еще и титулы какие-то припомнить? Хрен знает, как тут положено обращаться к женщине-магу? Я на мгновение замолк, ожидая реакции. Ее не последовало.
– Вот, что, маг… или тебя надо как-то иначе титуловать? Так ты скажи! Предлагаю тебе работать вместе. Ты же видишь, я тоже кой-чего стою. Награда за труды – достойная, а опасность тем более, всегда лучше пополам разделить. Ты меня почти не знаешь, но видишь – за меня уважаемые люди поручились, не проходимец я никакой. И риск у нас – равный, я ведь тоже тебя не знаю. По рукам?
Ага, задумалась… это хорошо! Подкинем дровишек…
– Если это тебя не устраивает – расходимся. Я – сам по себе. А ты – сама по себе. Никто никому не мешает – каждый сам землю рыть будет. Только ведь у меня, по крайней мере, уже что-то есть, а тебе особо похвастаться, как я вижу, нечем пока…
Сказал я это, а сам думаю – и как тут с женщинами договор скрепляют – не рукопожатием же, наверное? Может, шляпу надо поднять, или, там поклониться – хрен знает. Но я как-то слабо себе представляю, что она вот тоже сейчас в реверансе изогнется. Такая дубиной по башке скорее даст, чем голову наклонит.
Это я правильно подумал. В смысле, что не бросился кланяться и прочих глупостей не натворил. Дана постояла минуту в раздумье и коротко бросила:
– Идет. Только уговор – я говорю, ты – делаешь. Если какие-то свои идеи есть – сначала мне скажи, вместе подумаем. Один раз на мой счет проедешься с шуткой – насчет женщин и прочей фигни – так это будет последний момент, когда ты меня увидишь. Я тебя не знаю, но и ты меня – тоже. Так что не думай, что умнее меня. Согласен?
А что делать-то? Сам все равно не разберусь, а девчонка, похоже, дело свое знает, и не из трусливых. По-любому, лучше «кощея».
– Лады, подписываюсь. С чего начнем?
– Спать идем, а завтра поутру покажешь мне место. Встречаемся на выезде из деревни, не надо, чтобы нас видели вместе. Бляху эту, – кивает она головой на найденный знак, – спрячь подальше.
Видимо, на моём лице отобразилось некое удивление, и она пояснила.
– Тут, – она оглянулась за спину, – всяких полно… разных. Нам огласка ни к чему, прощай до завтра.
И она растворилась в темноте. Крутая девчонка. Надеюсь, неплохой компаньон. Уже радует, что в разговоре она сказала «нам». Значит, мы теперь команда. Ну что, и правда, спать пора, завтра начнем совместные поиски.
Поутру, едва наша повозка притормозила на выезде из деревни, Дана тотчас же вышла откуда-то из-за домишек. Молча кивнув в знак приветствия, забралась на козлы, слегка потеснив Ларса. Тот, заранее предупреждённый о нашем новом компаньоне… компаньонше?.. подвинулся, а потом и вовсе перебрался внутрь. И только Край заинтересованно обнюхал нового человека и ткнулся башкой ей в бок, мол, вот он я – чеши!
Магиня… а правильно ли будет так сказать? Короче, девушка не только почесала доверчиво подставленную голову, но и сделала рукою какой-то жест, после чего собак умиротворённо прилег на пол.
– Пусть сил набирается, – коротко прокомментировала она. – Ему нужно.
Разговор так дальше и не склеился, так что почти до самого места мы ехали в молчании.
Притормаживаю и киваю в сторону.
– Здесь. Смотри…
Дана приподнимает бровь, и спрыгивает на землю.
Вот, интересно… никогда не видел, каким образом осуществляется осмотр места происшествия колдуном. Криминалистами – видел и не один раз. И даже сам такой протокол как-то подписывал. В качестве понятого, понятное дело – а вы что подумали?
Она стоит на месте и внимательно осматривается по сторонам. Поднимает руку, проводит ею по воздуху… отрицательно покачивает головой – не то!
А на поясе у неё меч. Ну, не бог весть, что… относительно небольшой (ну, это если с моим полуторником сравнивать), но вполне себе аккуратно сделанный.
Вытащив из ножен, девушка с его помощью отмеряет на земле некоторое расстояние. Потом ещё… делает отметку клинком.
Хм, я вообще-то много чего видел – но, вот чтобы меч использовали в качестве линейки…
Разметив какую-то фигуру, она убирает оружие в ножны и, подойдя к повозке, вытаскивает свой дорожный мешок, который она при посадке поставила на пол. Расшнуровывает и достаёт оттуда какие-то свечи. Расставляет их в разных углах своего рисунка, зажигает и продолжает чертить на земле мечом какие-то фигуры.
Так… присматриваюсь – мне с козел это хорошо сверху видно.
Ага, направление она определила… ну, в целом, правильно. Только я левее бы чуток взял. Но с советами не лезу, ещё отбреет как-нибудь… неохота терять авторитет в глазах подчинённых.
Закончив рисовать, Дана поднимается, и, вскинув руки над головой, выкрикивает какую-то длинную фразу…
Опа!
Вскакивает на ноги Край, а я зажимаю нос.
Запашок, однако!
– Странно… – присев на корточки, девушка осматривает мертвые
