какой стороны, не мог ничего услышать, увидеть, унюхать и почувствовать. Даже, если бы и прошёлся прямо по лежащим телам. Более того, все неприятные и неизбежные последствия нахождения там изрядного количества мертвых тел – внутри этого квадрата каким-то образом и запирались. Так что любой, рискнувший данное заклятие снять – неизбежно получал на свою голову весь накопившийся негатив. Для какого-нибудь деревенского колдуна это могло бы стать и вовсе печальным подарком – копыта отбрасывались почти гарантированно.
Да уж… как вспомню воду, превращавшуюся в мутную жижу…
– Сил это потребовало… очень много, я на такое даже и не рассчитывала. Одно дело – ненадолго сделать скрытое видимым. Это трудно, но относительно безопасно. И совсем другое – убрать заклятие совсем. К сожалению, это стало понятно далеко не сразу – тут поработал очень сильный маг! Который, между прочим, и это тоже учёл. И принял меры против слишком любопытных. Но прерывать процесс снятия заклятия нельзя! Могилу можно начинать рыть прямо сразу – и на этом же месте.
– А вино – оно, что, помогает?
– Это не совсем простое вино… и да, оно помогает. Но – только после того, как всё завершено. Кстати, на том месте, где пролилась эта вода – которой мне омывали руки, теперь лет пять ничего не будет расти.
Она проводит по лицу рукой, словно стряхивая что-то неприятное.
– Кстати, это не тот караван, который ты ищешь. Этот – пропал раньше. Но я ищу и его тоже. Искала…
– Нашла же…
Похлёбка тем временем согрелась, и я наливаю ей полную глиняную миску. Ставлю рядом горшочек с – уже местной – аджикой.
– Попробуй… только осторожно, много не клади!
Ну и себя, любимого, тоже, естественно, не обделяю.
Да и Краю, заинтересованно высунувшему морду из кустов, тоже мосол перепадает – завтрак!
Хороший перекус – он всегда приподнимает настроение.
Не стал исключением и данный случай.
– Я вот всё думаю… – отставляет пустую миску в сторону наша магичка. – Это заклятие… Тут использовано множество… э-э-э…
– Компонентов?
– Что?
– Ну, самых разных частей, из которых сложено что-то одно.
– Интересное слово… Пожалуй, ты прав. Обычный деревенский колдун или обозный маг такое заклятие не сотворит. Нет, принцип – он понятен многим. И составить заклятие временной невидимости вполне возможно. Но это будет действовать очень недолго и только на небольшую группу людей. Прикрыть таким образом караван… ну, я даже и не знаю… ни у кого это пока раньше не получалось. А здесь применили части тел некоторых животных, свечи из человеческого жира…
– Фигасе… это кто же тут такой продвинутый деятель?
– Не знаю. Во всей округе – такого точно нет.
– А зачем части тел и этот… жир?
– Чтобы никакие животные не тронули мертвых тел. Ну и чтобы никакой человек ничего не увидел…
Охренеть, какие тут тонкости! И все – весьма малоаппетитные. Что-то мне профессия мага с каждым днём всё больше перестаёт нравиться…
– Ладно, какие планы на будущее?
– Ну… – задумчиво смотрит она на меня. – Надо сообщить в ближайший монастырь – пусть похоронят мертвых. Не дело, когда они вот так, под открытым небом, лежат.
Отрицательно покачиваю головой.
– Я бы этого не делал.
– Почему? – Дану настолько изумили мои слова, что она даже рот раскрыла от удивления. Не говоря уже о широко «распахнувшихся» глазах – между прочим, красивых…
– А кто у нас специалист по поиску злодеев?
– Я… Не морочь мне голову! Какое отношение это может иметь к погребению убитых?!
– А подумать?
Она с шумом вскакивает с места – тотчас же встрепенулся и Ларс, а из кустов высунулась морда пса.
– Ты!
– Я – никого другого тут нет. Присядь и выслушай – мы ведь так договаривались?
Она нехотя опускается на место.
– Как думаешь, монахи станут делать тайну из похорон? – интересуюсь я.
– Нет. Зачем? Надо ещё и родственников оповестить – они, наверное, уже переживают за своих близких…
– Угу… А тот самый маг, чьё заклятие ты так успешно разломала, узнает, что этот метод сокрытия следов более не работает. И следующие жертвы они попросту сбросят в воду – привязав к ногам что-нибудь тяжелое. Как тогда искать станем? А?
Молчание.
На этот вопрос у неё ответа нет.
– Хорошо… Что ты предлагаешь?
– Мы довозим тебя до ближайшего крупного поселения. Оттуда едешь в монастырь и рассказываешь всё настоятелю. Свой долг – ты исполнишь. А вот его задача – сделать так, чтобы никаких похорон в ближайшее время не было бы. Как ты будешь его в этом убеждать – дело твоё.
– А что делаешь ты?
– Еду к Замковому утесу. По моим прикидкам, там должны быть какие-то подвалы.
Дана отрицательно покачивает головой.
– Там ничего интересного нет – подвалы давно засыпало оползнем. Я сама там была – да и не только я. Это место неоднократно проверялось.
– По этой дороге, – киваю в сторону лесного кладбища, – тоже много кто ездил… Если не ошибаюсь, то и один мой знакомый маг тоже мимо проезжал.
Девушка прикусывает губу.
Извини, но мне сейчас как-то не до политесов!
– Ну… хорошо… Но ты будешь там меня ждать! И один никуда не полезешь!
Да куда ж я денусь-то…
Сказано – сделано.
И уже через пару часов мы тронулись в путь.
Высадив Дану в деревне, где она хотела нанять, либо купить, лошадь, неторопливо следуем дальше. Путь не самый близкий – дня два-три у нас точно на это уйдёт. Придется делать крюк, проезжая через пригороды Кределя – других дорог здесь нет.
Но действительность, как это часто бывает, и тут внесла свои коррективы…
Непогода застала нас на подъезде к городу, оставалось не более пары часов дороги, но, как назло, пошел проливной дождь – и проезжую часть немедленно размыло. Эх, где тот Рим… это только там, в приблизительно в такое же время, делали мощёные камнем дороги! А тут – песок, да глина… Копыта лошадей противно чавкали по грязи, я замерз, и показалось, что заболеваю. Да и Ларс подозрительно зашмыгал носом. Чтобы не свалиться с простудой, пришлось завернуть в придорожный постоялый двор, переждать грозу, а может, и заночевать – вот-вот упадет темнота. На раскисшей дороге мы могли застрять надолго. Ларс, к тому же, беспокоился о собаке – Край, оказавшись на свободе, всю дорогу носился от радости, как угорелый. Лечение Даны давало себя знать, собакин ощутимо крепчал прямо на глазах. Эх, не тем наш маг занимается – могла бы деньгу лопатой грести! Остановил Края только дождь, пес сдулся и стал жаться к нам поближе, путаясь
