Читаем без скачивания Пушистики и другие (Fuzzies and Other People) - Бим Пайпер

Это была четвертая ночь с тех пор, как они пришли на это место. Они переночевали у огня там, где впервые встретились с Другом Больших. На следующее утро Друг Больших дал им Прекрасную Еду Больших, все, что у него было, так что каждому досталось понемножку. Он сказал, что в Прекрасном Месте Большие дают ее всем пушистикам, столько, сколько они захотят. После этого все захотели пойти в Прекрасное Место и подружиться с Большими, даже Большая. Они хотели отправиться в путь немедленно, но Друг Больших сказал, что надо построить плавучую штуку, которая называется «плот», спуститься на ней по реке и переплыть на другую сторону. Он сказал, что все время и труды, которые они потратят на это, окупятся, потому что иначе придется идти далеко-далеко вверх по реке до того места, где она становится достаточно узкой, чтобы перебраться через нее без плота.

Друг Больших сделал из веточек маленькую модельку, чтобы показать, каким будет большой плот, который он предлагает построить. Он сказал, что Большие часто делают что-нибудь маленькое, чтобы потом сделать то же самое, но большое. Потом они пришли на это место, и он сказал, что это хорошее место, чтобы строить плот. Поэтому они разбили лагерь, и он научил их, как построить шалаш, устроил место для костра и выкопал длинную яму для «бабакю». Потом они принялись выкапывать корни и делать веревку, а Друг Больших разводил костры у корней деревьев, которые были нужны ему для плота, и пережигал их так, что они падали. Они обрубали ветки рубильными камнями — «топорами», которые Друг Больших и Камнелом сделали из твердого камня, который они нашли в ручье, но сами деревья были слишком толстые, чтобы срубить их такими топорами, и Друг Больших пережигал их. Это было опасное дело. Друг Больших, и тот боялся. Ведь огонь мог вырваться на волю и сжечь все вокруг. Поэтому Мудрый и Друг Больших сидели и сторожили, пока остальные спали, а потом разбудили Пыряло, Большую и Хромого, которые спали, а те через некоторое время разбудили Собирателя, Другую и Ту-Что-Носит-Блестячки, и они сидели и сторожили до рассвета.

Через некоторое время Собиратель, Та-Что-Носит-Блестячки и Другая закончили плести веревку, свернули ее, а потом залезли в логово и улеглись спать. Камнелом все еще трудился над топором, а Друг Больших насаживал уже готовый топор на палку. Он подошел к куче веток, чтобы опробовать топор, а Камнелом смотрел на него. Топор оказался хорошим, и они оба рассмеялись от радости. Потом они с Камнеломом тоже забрались в логово.

— Покажи блестящий камешек, — попросил Камнелом.

Друг Больших достал камешек из заплечной сумки и потер его между ладонями. Потом все трое склонились над ним, чтобы закрыть его от света костра. Они никогда раньше не видели такой штуки, но Друг Больших сказал, что у Больших их очень много и один из его друзей, Папа Вик, выкапывает их из скалы. Этот он обнаружил, когда разбил кусок твердой черной скалы, который нашел в ручье. Он был внутри скалы — камешек в форме почки заразайца. Он выглядел точь-в-точь как все остальные камни, пока его не потрешь; а тогда он начинал светиться, словно раскаленный уголь в костре. Но он не был горячий. Это было непонятно. Даже Друг Больших не знал, почему так бывает.

— Папа Джек раньше копал такие камни, — сказал Друг Больших. — А потом все Большие узнали про пушистиков и сказали, что Папа Джек должен ничего не делать, а только заботиться о пушистиках и учить их.

— Расскажи еще про Папу Джека! Он Мудрый для всех Больших?

— Нет, — сказал Друг Больших. — Это Папа Бен Мудрый. Он Мудрый для пьявиства. Папа Джек — Мудрый для всех пушистиков. Все Большие слушают Папу Джека, когда он говорит про пушистиков.

Он долго рассказывал про Папу Джека, про Папу Вика, и Папу Бена, и Папу Герда, и Маму Вуф, и Папу Джорджа, и про Больших в синей форме, и про Прекрасное Место, и про Место Больших Домов. Все это было замечательно, только не очень понятно. У пушистиков было слишком мало слов, чтобы рассказать обо всем этом. Потому Друг Больших и говорил, что им нужно выучить как можно больше слов Больших. И еще им нужно научиться говорить задней частью рта, так, чтобы Большие могли их слышать. И они стали учиться говорить так.

Через некоторое время Камнелома сморило, и он улегся спать. Друг Больших достал трубку и табак, и они закурили, затягиваясь по очереди. На небо вышел один из ночных небесных огней — Большие зовут их «лунами». У Больших есть имена для обеих. Эта луна называется «Зеке». А другая, которой сейчас не видно, называется «Даий». Большие про них все знают: они огромные и очень далеко. Большие летают к ним на своих леталках. Друг Больших сказал, что сам бывал на Зексе, который выглядит таким маленьким. В это было трудно поверить, но Друг Больших так сказал.

— Это действительно так? Или ты просто говоришь то, чего нет?

Друг Больших удивился, что Мудрый задал такой вопрос.

— Никто не может говорить то, чего нет! — сказал он.

— Я однажды говорил так! — сказал Мудрый. Он был рад, что может рассказать Другу Больших о чем-то, чего тот не знает. — Я однажды сказал: я видел хеш-назза, чейтову скотину, а ее не было.

Он рассказал, как ему хотелось найти Место Больших, а остальные хотели остаться, где были.

— И я сказал им: я видел большую злую тварь, злая тварь гналась за мной. Они все испугались. Злой твари не было, но они не знали. Они все побежали, быстро побежали на гору, убегали от злой твари. Но злой твари не было. Мы пошли на другую сторону горы, не пошли обратно.

Друг Больших смотрел на него с удивлением. Он был очень мудрый, но такое ему в голову не приходило. Потом он рассмеялся.

— Ты Мудрый! — сказал он. — Я не догадался бы сделать так. Нет, я правда был на Зексе. Большие отвезли меня туда и прятали, когда другие Большие однажды стали делать плохие вещи.

Он стал рассказывать о Зексе, но это было трудно. Он не знал слов, которыми это можно рассказать. Через некоторое время оба улеглись и уснули.

Казалось, прошло всего несколько мгновений, когда Другая разбудила его, крича:

— Вставай, Мудрый! Огонь все сжигает! Большой огонь!

Мудрый толкнул Друга Больших, лежавшего рядом с ним, и сел. Да, это было так. Вокруг было светлее, чем когда обе луны полные и светят одновременно, и вокруг раздавался треск и рев. Он слышался оттуда, где они валили деревья с помощью огня. Огонь охватил сушняк, лежавший на земле, и мелкие кустики. Собиратель и Та-Что-Носит-Блестячки колотили по земле ветками, но огонь был слишком сильный и расползся слишком широко. Мудрый вспомнил про свой свисток и дунул в него что было сил. К этому времени Друг Больших уже проснулся, расталкивал Пырялу и говорил странные слова Больших, которых Мудрый не понимал, а потом все проснулись и начали кричать одновременно.

Пыряло схватил свое копье и бросился с ним на огонь. Друг Людей схватил его за руку.

— Копьем огонь не убить, — сказал он. — Чтобы огонь убить, нужно отнять у него сухие вещи. Стойте все! Ничего не делать — сперва думать.

К этому времени Та-Что-Носит-Блестячки и Собиратель вернулись обратно. Собиратель хлопал Ту-Что-Носит-Блестячки руками, чтобы потушить на ней мех там, где он загорелся.

— Не убить огонь, он слишком большой, — сказала Та-Что-Носит-Блестячки.

Друг Больших крикнул, чтобы все замолчали. Он схватил топор и немного прошел вперед, потом вернулся.

— Не погасить, огонь слишком большой, — сказал он. — Мы пойдем туда, где нет огня. Огонь всегда идет туда, куда дует ветер. Огонь не горит в воде. Мы войдем в воду и попробуем обойти огонь сзади.

— Но если мы уйдем — огонь сожжет наше хорошее логово! Сожжет веревку! Мы много работали, чтобы сплести эту веревку! — возразил кто-то.

— Вы хотите, чтобы огонь сжег вас? — осведомился Мудрый. — Тогда не спорьте! Делайте, что говорит Друг Больших!

Он снова дунул в свисток, и все умолкли.

— Что мы должны делать теперь? — спросил он Друга Больших.

— Брать копья, брать топоры, — ответил Друг Больших. Он ощупал свою сумку, чтобы убедиться, что ничего не забыл и что она плотно застегнута. — Зайдите в воду как можно дальше. Ждите, пока огонь не сожжет здесь все. Потом идите туда, где огонь не горит, где безопасно.

Та-Что-Носит-Блестячки подобрала палочки с гильзами. Она схватила Друга Больших за руку.

— Положи в сумку, храни, — сказала она. — Не потеряй.

Она сняла гильзы с палочек, и Друг Больших сунул их в сумку. Потом взял длинный кусок веревки и обвязал вокруг пояса.

— Все обвяжитесь вокруг пояса! — сказал он. — Мы пойдем в воду. Если кто-нибудь попадет в глубокое место, мы вытащим.

Никому не пришло в голову, что так можно сделать. Веревка ведь плелась затем, чтобы связывать бревна. Никто не подумал, что ее можно использовать ее зачем-то еще. Вот его зовут Мудрым, а ведь даже он об этом не подумал. К этому времени огонь разгорелся уже очень сильно. Он охватил дерево, которое засохло оттого, что глупыши объели на нем всю кору, и ветки дерева вспыхнули, а от него занялось другое дерево, стоявшее рядом. Весь сушняк на земле вдоль берега озера загорелся, но в той стороне, откуда дул ветер, ничего не горело.