небытия француза и вернул его в жесткую действительность. Окинув глазами пространство вокруг себя, Эд окончательно осознал где он. Оглядел себя и на удивление быстро сообразил, что его раздели мадригалы скорее всего. В очередной раз ощупал себя, чтобы оценить масштабы нанесенного ему ущерба. Все было плачевно. Одет он был на данный момент в нижнее белье (даже носки забрали) и только. Болела только голова. Все остальное было дееспособным. Эд пошарил взглядом и руками вокруг себя. Нашел драную, вонючую одежду бродяг. Стуча зубами от холода, он нацепил на себя все это тряпье, уже абсолютно не задумываясь о гигиене, черт бы ее побрал. Нужно было двигаться. Для этого босые ноги создавали очень большое препятствие. В поисках обуви или чего-то похожего на нее Эд обошел всю комнату. Ничего даже издалека напоминающее обувь не попалось. Пришлось из тряпья и кусков картона мастерить онучи. Критично оглядев свое творение, Эд остался относительно довольным. По крайней мере можно было ступать на землю, не боясь проткнуть ногу ли отморозить. Куда нужно добраться Эд знал, пока они с Сашей ожидали часами Лидочку, он выучил адрес их гостевого пребывания наизусть. Вот только понять в какую сторону нужно двигаться и как долго он еще сообразить не мог. На такси денег не было. Да и на общественный транспорт также. Хотя, даже если бы и были, то вряд ли в этом виде его туда пустил бы. Что ж. Значит пешком. В голову пришла избитая фраза: «en guerre comme en guerre». Глупо, но, ой, как уместно. Да, уж. На войне, как на войне. Эд напоследок еще раз оглядел свою тюрьму, да не зря. В тусклом лунном свете его взгляд наткнулся на карту. Точнее на кусок карты, который торчал из-под груды мусора. Слава небесам и туристическим районам города! Это действительно была карта, туристическая карта города.
Ориентироваться по картам Эд умел, таблички в городе под какой-то глобальный европейский праздник были изготовлены и развешены нового образца – наименования улиц были написаны на местном языке, но и продублированы на английском. Так что, осталось дело за малым – дойти до нужного места назначения в целости и сохранности. Эд иронично усмехнулся своим мыслям. Да уж. В целости. Острая боль в голове явно говорила о том, что Эд сейчас не в одном куске, так сказать. Но, не смотря на нарушенную координацию движений из-за травмы головы, Эдмон сжал и без того тонкие губы и решительно шагнул на улицу.
Саша много читал и смотрел в интернете о сокровищах. Ведь интернетом он в основном пользовался у папы, а у того в интернет закладках всегда была эта информация. Вот так мальчик и заболел папиной страстью к приключениям. Именно там Саша получил знания, которые пригодились сейчас ему как никогда. Он нашёл в открытом по чьей-то невнимательности подвале подходящее место, чтобы спрятать найденные камушки. После Саша решил заняться своим бытом – французские корни взяли верх над страхом и безнадегой. Надо было как минимум найти еду. Воровать было не вариант. Во-первых, не умел, а в этом деле Саша был уверен, что нужна была сноровка. А во-вторых,.. а во-вторых, Саша даже не стал додумывать. Надо либо выпросить, либо заработать. После достаточно длительного пребывания в этой стране, Саша понял, что люди здесь хоть и сердечные, приветливые, но жадные, по крайней мере едой делиться по собственной воле за просто так точно не будут. Значит надо пойти на заработки. Вот только, кем может работать Саша в этой чужой ему стране, да еще без знания языка? Да… Беда…
Побродив немного во дворе дома, где они гостевали, Саша решил направиться на запах еды. Вдоль тротуара были расположены маленькая уютная кофейня и хлебный магазин, которые настолько дурманили аппетитными запахами, что у мальчика закружилась голова от голода. Бариста – молодой красивый парень с располагающей улыбкой вышел на улицу покурить. Людей в это время суток в кофейне было мало. Было скучно, да и хотелось покурить. Поэтому мальчишка, круживший возле витрины, а потом и вовсе залипший как собачонка, сразу бросился в глаза. Костя (именно так звали баристу) внимательно рассмотрел мальчонку и пришел к выводу, что малыш иностранец. Почему так подумалось Косте, даже ему самому ясно не было. Но что-то в мальчишке было иностранное, не наше. Чтобы не попасть в глупое положение, Костя на всякий случай начал по-русски: «Ты голодный что ли?»
Мальчик встрепенулся, но по его лицу было заметно, что он ничего не понял, из сказанного Костей. «Может денег нет просто? you have no money». Мальчик улыбнулся. Потом с какой-то странной реакцией начал рыться у себя в карманах. Нашел портмоне, настоящее мужское кожаное портмоне совсем не по возрасту для этого мальчика. Еще раз улыбнулся, опять порылся, но уже в портмоне, нашел купюру и протянул ее Косте с очередной блаженной улыбкой и странными словами, которые Костя определил, как французские: «vendez-moi du café et un croissant». Костя взял деньги, улыбнулся в ответ: «let's go, Наполеон, напою тебя кофе или лучше какао, а? Что скажешь, месье?» Костя улыбнулся еще раз на всякий случай и потянул малого за рукав куртки за собой в кофейню. Саша был в восторге от сложившейся ситуации. Как? Как он мог забыть про папин кошелек с деньгами? От холода, голода и страха мозги у него вообще перестали работать. Вот сейчас выпью кофе, поем свежий круасан и сразу все станет на свои места. По крайней мере в его, Сашиной, голове. Ароматный горячий шоколадный напиток приятно обжигал горло и живот изнутри. Да, это не кофе, это какао, хотя все равно. Да и круасан не круасан, а какая-то булка с изюмом вроде бы и корицей, но главное, что свежая и ароматная. Все было очень вкусное и теплое, включая улыбку баристы и тихую приятную музыку, льющуюся откуда-то из-за барной стойки.
Саша ожидаемо уснул, удобно умостившись среди подушек на мягком гостевом диванчике. Косте было жаль гнать мальчишку на улицу, да и детективчик звал обратно его на свои страницы, тем более было уже не так скучно, как раньше. Костя довольно хмыкнул и зашуршал страничками маленькой книжонки, содержащей интересный сюжет криминального рассказа.
Эдмон, сделавший так мужественно шаг на улицу, также быстро вернулся обратно. В поисках обуви, он пару раз натыкался на связку ключей. И только сейчас он понял, что ключи эти были его. Точнее временно его от квартиры Лидочкиных родственников, так любезно приютивших Лидочку с Эдмоном и
