Читаем без скачивания Муж беспорочный - Марина Александровна Шалина

вернулся домой с богатой добычей. Дети, игравшие на берегу, увидели вдали «Белого волка» и побежали сказать об этом кормилице, и она, услышав такую весть, скорее побежала на берег, хотя и была уже стара и немощна, и, как только ярл сошел на берег, поведала ему о случившемся. Асбьерн, услышав то, опечалился и сказал такие слова: «Верно говорят мудрые люди: если невеста плачет перед свадьбой, после будет смеяться. Только забывают добавить: плакать придется ее мужу». После того он пошел домой, где жена встретила его как ни в чем не бывало, и все домочадцы рады были его возвращению, он же ничего никому не сказал, поскольку замыслил хитрость.

На следующий день Асбьерн устроил пир, на который пригласил Буи с его дружиной. Когда же все гости насытились и мужи начали состязаться между собой в силе и ловкости, как принято в нашей земле, Асбьерн сказал так: «В одной из стран, куда ходили мы за славой и добычей, видели мы такую забаву: один воин подбрасывает обруч, а другой должен поймать его на острие стрелы, и это, скажу я вам, совсем не так легко, как кажется». Услышав это, Буи сказал, что нет в этом ничего сложного, и что он готов доказать это. Тогда Асбьерн велел своей жене снять золотой обруч, который был у нее на руке, чтобы использовать его для состязания, она же так и поступила.

Тогда Асбьерн первый раз подбросил обруч, и Буи не смог поймать его на острие стрелы. После бросил обруч Буи, и Асбьерн тоже не смог поймать его. Во второй раз бросил обруч Асбьерн, и Буи снова не смог его поймать. Буи бросил обруч во второй раз, и Асбьерн поймал его, и Буи сказал: «Уж третий раз все решит!». В третий раз бросил обруч Асбьерн, и Буи поймал его на острие стрелы. И тогда Буи в третий раз бросил обруч, и Асбьерн поймал его и, словно бы случайно, так повернул руку, что обруч соскользнул ему на запястье. Увидев это, Хельга закричала: «Развод!». Да будет вам известно, что в нашей земле существует обычай: если муж будет уличен в том, что надел украшение своей жены, жена его имеет право немедленно развестись с ним, и воистину обычай этот мудр, поскольку каждому подобает свое.

Так вот закричала эта женщина, потому что всякий человек, лишенный совести, спешит указать на позор другого, чтобы не вспомнили о его собственном позоре. И Буи тоже закричал: «Развод!» — и по тому многие догадались, в чем было дело. И люди Асбьерна схватились за оружие, также как и люди Буи. А Асбьерн сказал: «Да будет так! И все вы будьте свидетелями тому, что было». И такова была его любовь, что он в тот же час покинул дом, оставив жену свою свободной. Воины же его остались на месте, не желая больше служить вождю, потерявшему честь, и только четверо последовали за Асбьерном, сыном Харальда, по прозвищу Красноглазый. На следующее утро они поднялись на свой корабль, звавшийся «Белый волк», и было их слишком мало, чтобы идти на веслах, но удача их была такова, что в тот день был попутный ветер. Тогда подняли они парус и ушли в море, никому не сказав, в какой край направляются.

Буи взял в жены Хельгу и увел ее в свой дом. Они и по сей день живут там, и у них родился сын и две дочери. А Асбьерна с верными ему воинами больше не видели в тех краях, и никто не может сказать, сгинул ли он в далеких землях, или же суждено ему вернуться домой, покрыв себя новой славой взамен прежней, что потерял он из-за любви к женщине.

Уже после, на походном ложе из веток в своем шатре, уже в полудреме, Ростиславу вдруг подумалось: «А если бы тот варяг убил неверную жену, он сохранил бы честь. Только кому от этого стало бы лучше?».

Глава 17

Аще муж убиен на рати, то какое чюдо есть?

Дружинная поговорка.

— С нами Сварог!

Блеснул на замахе меч. Легко вошел в живую плоть. От плеча до бедра. В тот же миг Ростислав вздернул коня на дыбы, уходя от копья; изогнувшись, рубанул пешего весина. И послал коня вперед, ища новой схватки.

Белозерцы все больше теснили врага. Новгородскими были Большой Полк и Полк Правой руки. Белозерцев оставили слева. По замыслу, Правый и Левый полки должны были зажать противника в клещи и прижать к берегу озера. Шаг за шагом, но весские воины отступали. Дожимать. Дожимать!

С копьем наперевес мчался какой-то знатный весин в нарядной броне. Сдуру попытался ударить с замаха. В щит, вскользь; Ростислав вывернул щит, весина вмиг вырвало из седла, прямо на чей-то топор.

— Княже Ростиславе! — на взмыленном коне подлетел гонец. — Правое крыло…  долго не удержится. Весь навалилась всей силой.

— Князь Остромир?

— Ранен. Просим подмоги, княже!

Тотчас не смог ответить. Насели трое пешцев. Свистящее двуцветное лезвие врубилось в чей-то череп, разваливая наполы. На обратном ходу звякнуло о чужой клинок. Вывернувшись змеей, отбросило прочь. Обезоруженный весин потянулся было за ножом. Не успел. Цвет Грозы выплеснул жизнь вместе с алой струей. Третьего принял на клинок стремянный.

Ростислав торопливо поискал глазами Ратибора. Окликнул ближайшего ратника.

— К воеводе. Дожимать. Гнать к реке. Некрас, со мной. Там пройти можно?

Новгородец кивнул. Ростислав хлестнул уставшего уже коня. Кто-то самонадеянно решил, что князь бежит; ринулись было вдогон. Там же и остались. Вырвавшись из сечи, Ростислав, огибая поле боя по широкой дуге, поскакал на правый фланг. Значит, туда ударили всей силой. Потому и отступали перед белозерцами. Навстречу Ростиславу брели раненые. С пригорка поле было видно как на ладони. Шатался из стороны в сторону золотой стяг; новгородцы уже смешали строй. Ростислав гнал коня. Тропа шла под уклон, и князь уже не увидел, как пал, подрубленный, новгородский стяг; словене отступали. Еще не бежали, но…

— С нами Сварог!

— …  Сварог! — эхом откликнулся Некрас.

Ростислав не пытался остановить их. Просто, отбросив шелом, помчался вперед. Вперед, сшибая встречных новгородцев. Между полками легло пустое поле. Почему весины не идут вперед, не развивают успех?

Вперед! Летел по ветру изорванный алый плащ, жаркой медью горели волосы. Прекрасная цель. Сейчас засвистят стрелы. Ростислав не оборачивался. Не видел, что сзади скачет уже не один стремянный. Стрелы пели вокруг. Одна завязла в