Уж больно спокоен он был после того, как Дерек утихомирился.
Когда через пару минут дверь со стороны водителя открылась, и в автомобиль нырнул Марти Нейман, у Кэрри похолодели руки. И не зря – наткнувшись на нее взглядом, клавишник группы замер на мгновение, а брови его сошлись на переносице. С силой хлопнув дверью, он пристегнул ремень, и только после этого холодно осведомился:
- Твой секретарь едет с нами?
Дерек, которому был адресован вопрос, поднял глаза.
- Как видишь, - ответил он лениво. – Ты же не против, а?
Не ответив, Нейман завел мотор и вывел автомобиль со стоянки. Кэролин изо всех сил старалась не реагировать – ну что, что она могла с этим поделать?
Дорога до нужного места показалась ей вечностью. Парни не проронили ни слова, Дерек усердно копался в своем гаджете, а Марти следил за дорогой, изредка, впрочем, кидая неприязненные взгляды на Кэрри в зеркало заднего вида. Когда машина остановилась возле высотного здания, Кэролин почти с облегчением выбралась на свет божий, и дала себе слово, что обратно поедет на такси, пусть даже Дерек изойдет желчью.
Офис модельного дома оказался светлым, просторным и полным молодых сотрудников. Одетые свободно, зачастую в неформальную одежду, парни и девушки весело переговаривались между собой, склонившись над столами с рисунками и выкройками, а также собравшись возле больших мониторов. Царила атмосфера творчества и позитива, и Кэролин подумала, что если бы не ее тревоги и переживания, ей бы тут непременно понравилось.
Она всегда немного завидовала людям, которые занимались любимым делом, особенно тем, кому посчастливилось иметь творческие профессии. Ходить на работу, как на праздник, что может быть лучше и чудеснее? Сама Кэролин в свое время выбрала то, на чем настаивала ее мать, поскольку у нее самой в семнадцать лет не было особых предпочтений. Когда же стало ясно, что работа финансиста ее не привлекает, было слишком поздно что-либо менять. Оплатить другую учебу ее родители не могли, и Кэролин решила, что, возможно, ее работа ей понравится. Она ошиблась, но ведь теперь ее жизнь изменилась. Кэрри проводит время со своим кумиром, посещает интересные и разнообразные мероприятия, и даже живет с ним в одной квартире! Разве такие перемены не к лучшему?
Кэролин очень хотелось убедить себя, что именно так. Но ее все возрастающая тяга к Дереку, а также сложности, связанные с характером его и окружающих его людей, заставляли ее сомневаться в том, стала ли лучше теперь ее жизнь. Но и сейчас Кэролин не могла ничего изменить – а как же Дерек? Она не сможет его оставить, это было ясно, как Божий день.
Пара модельеров – модно и со вкусом одетые парень и девушка – тепло поприветствовали Дерека, Марти и Кэролин. Как позже поняла Кэрри, это были основные художники линии «Черного ветра», и сейчас они разложили перед музыкантами множество набросков, цветных и черно-белых, и принялись объяснять, что к чему.
Дерек, как ни странно, вел себя очень хорошо. Видимо, ему самому было интересно, потому что он внимательно просматривал эскизы, делал какие-то пометки и замечания. Модельеры слушали живо и с вниманием, кивали и соглашались, лишь изредка возражая Дереку, да и то, по мелочам. Кэролин на время забыла о своих тревогах и прислушивалась к разговору.
Ее внимание привлек эскиз платья – черное и свободное, нижний край его был словно порванным, крой плеча – ассиметричным, а на черном фоне ткани белели мелкие фигурки волка. Кэролин извлекла рисунок из кучи других – в данный момент все равно никто им не интересовался – и принялась рассматривать. Да, пожалуй, в нечто подобное и должна одеваться неформальная девушка. Не то, что Кэрри – сплошная классика и ничего примечательного.
- Нравится? – раздался внезапно над ее ухом язвительный голос. Кэрри подпрыгнула и торопливо обернулась.
Рядом с ней стоял Марти, который буравил ее взглядом сузившихся глаз. Кэролин растерялась, но все же сумела взять себя в руки.
- Да, очень, - сказала она, положив, тем не менее, рисунок на место.
- Присматриваешь себе шмотки на будущее?
Кэрри вновь сделала вид, что не замечает его выпадов.
- Нет. Едва ли у меня хватит денег, чтобы купить подобное.
- Ой, ну не скромничай, - закатил глаза Нейман. – Разве ты не сумеешь раскрутить Дерека на пару покупок? Или твои услуги оплачиваются только наличным расчетом?
- Вам лучше спросить об этом у Дерека, - проговорила Кэрри. В висках ее стучало.
- Он пока занят, вносит комментарии по поводу штанишек, - Марти не отставал. – А вот ты – свободна. Скажи, сильно тебе пришлось его напоить, чтобы он захотел обзавестись этакой секретаршей? А постер он тебе уже подписал? Или ты довольна каждый день лицезреть оригинал?
Кэролин была почти в отчаянии от обиды и злости. Нейман намеренно провоцировал ее на скандал, издевался над ней! За что, господи? И Дерек, как назло, ничего не замечал.
- Знаете, я понимаю, что не нравлюсь вам, - сказала она прямо. Марти поднял глаза и холодно уставился на девушку. – Но я и не должна. Это Дерек решил меня нанять, и это – его дело и его решение. Но никак не ваше. Если вас раздражает мое присутствие, обсудите этот вопрос с Дереком.
Последние слова все же не остались незамеченными. Дерек оторвался от эскизов и поднял глаза сначала на Кэролин, а потом на Марти.
- Что не так? – спросил он, недоумевая.
- Да все отлично, - отгрызнулся Марти. – Вообще офигенно. Можете со своим секретарем сделать все, как вам нужно, а я пошел отсюда.
Он вышел из кабинета, ни с кем не попрощавшись, а взгляды модельеров обратились на покрасневшую Кэрри. Без сомнения, они поняли, что причиной раздражения Неймана была именно она.
Понял это и Дерек, но, к удивлению Кэролин, не подал виду, а напротив, попытался отвлечь внимание художников на очередной рисунок. Кэрри отошла в сторону, глядя через окно на улицу.
Да, наверное, она привыкнет. Но, черт, как же это все обидно и несправедливо…
Позже, ее настроение чуточку поднялось, поскольку ей действительно пришлось поучаствовать в работе над эскизами. Парень – его звали Тим – все же заметил, что она интересовалась этим рисунком, и спросил ее мнения. Кэролин очень смутилась, но все же ответила, что платье – прекрасное. Но Тим не отставал и требовал озвучить недостатки, пока, наконец, Кэрри не сдалась и не призналась, что ей не очень
