Читаем без скачивания Мы можем жить среди людей - Варвара Еналь

— Не уберут, — заверила его Эмма, — этой ночью Сонька ночует одна.

— А у нас есть код пятнадцатых, и мы можем попробовать заблокировать эту вашу с Сонькой комнату, чтобы больше никого не подселяли, — идеи у Колючего так и сыпались, видимо, мысль о еде придавала сил, — Федь, ведь можно так сделать?

— Ну, теоретически — да. Наверное.

Появилась Нитка. Она выглядела немного заспанной и лохматой. Громко ступая, Нитка подошла к столу, дотронулась до чайника и буркнула, обращаясь к Вовику:

— Что, трудно чайник поставить? Орете так, что уснуть невозможно. Нашли место для новенькой?

— Может, к Илье и Кате ее? — неуверенно спросила Маша.

— Я с ней спать в одной комнате не стану, — решительно отрезал Илья.

Эмма дернула плечом и ответила, не глядя на него:

— Я с ним тоже не стану.

— Гляньте, какие нынче дети переборчивые, — пожала плечом Нитка, — а спален больше нет. Пустых, я имею в виду.

— У меня пусть спит, я уступлю ей свою кровать, — спохватился Колючий, — у меня много места. Себе постелю на полу матрас, вон, как Федька.

— Вот и славно, — тут же согласилась Нитка, — и теперь нас тут полным — полно. На следующий год будем просить Овальных, чтобы пустили к себе.

— Да, пустят они, жди, — проворчал Колючий, — они только своих друзей пускают. А друзей у них очень мало.

— Ну, эта болтовня будет долго длиться, — Таис подошла к столу, взяла круглую, немного плоскую буханку хлеба и ловко нарезала несколько вытянутых ломтей, — я делаю бутерброды себе и Федьке, а после иду есть и спать. В душе я уже была. Федьку грязного в спальню не пущу, пусть занимает очередь и моется.

Последнюю фразу она произнесла негромко, скорее для самой себя. Федор помнил правила, которые Таис установила — душ каждый день. Но иногда делал вид, что забывал. И приходилось напоминать.

— Это ты кому говоришь? — спросил Вовик и с шумом втянул в себя воздух.

— Не тебе, это точно. Вас купает Маша, она и напомнит тебе.

— Это она мне, — пояснил Федор, — я хочу спать, потому я первый в душ.

3.

Быстро уснуть все равно не удалось. Сквозь открытую дверь долетала милая болтовня Колючего и Эммы. Эмма рассказывала ему о последних экзаменах, о годовалых детях, которых ей приходилось нянчить, о фильмах и книгах. Они разговаривали так, будто всегда были близкими друзьями, и теперь, встретившись после долгой разлуки, делились впечатлениями и историями.

— Послушай, все хотела спросить, что вы сделали с тем пятнадцатым, что он остановился? — голос Эммы звучал бодро и спокойно.

Будто сейчас вовсе не половина двенадцатого ночи, и будто не они днем лазили на Третьем Уровне и подвергали свои жизни опасности. И чего этой Эмме не спится?

— Мы когда спасали Катю и Илью, завалили одного пятнадцатого. Разобрали его немного. Я тогда увидел разъем у него в шее. Видимо, для флешки. Сегодня я прыгнул на пятнадцатого и вставил флешку в разъем. А Федька уже через флешку отключил андроида.

— Просто отключил?

— Да. Закинул программу, которая автоматически выключает файлы. Это не сложно.

— Да, я знаю. Сама пробовала прописывать такие программы. Но ведь этим программам надо время, хотя бы минуты две — три. А у вас робот отключился довольно быстро.

— Ну, эту программу Федька писал, а он в этом хорошо соображает. Он вообще голова. Да и не так быстро робот отключился. В меня выстрелить успел.

— Умеете вы обращаться с роботами, ничего не скажешь…

— Мы же специалисты, — Колючий, видимо, улыбнулся, судя по голосу, — мы уже профессионально воюем с роботами. Мы давненько занимаемся этим.

Федор повернулся на бок на своем матрасе и пробормотал:

— Понесло Колючего. Напыжился, как пингвин. Тоже мне — специалист…

— Эй, специалист, давай потише! — крикнула ему Таис и тихо засмеялась.

Похоже, к Колючему пристанет еще одно прозвище.

— А вы не подслушивайте там! — донесся ответ.

— Как тут не подслушивать, когда вы орете. Спите уже, давайте.

Таис завернулась с головой в одеяло и поджала ноги. Пальцы в носках все равно оставались холодными. Просто ледяными. Неприятно и мерзко — спать с холодными пальцами ног. Стянув носки, Таис принялась растирать руками стопы, при этом морщилась и отчаянно зевала. Спать хотелось ужасно, даже голова болела. А тут еще эти за стеной со своей болтовней.

Что бы такое придумать, чтобы ноги согрелись?

— Ты чего возишься? — снова пробурчал Федор.

— Ноги замерзли. Придумал бы ты обогреватель специально для нас, а, Федь? Ты же умный…

— Обогреватель для ног, что ли?

— Хотя бы.

— Хочешь, я сам тебя согрею. Лягу рядом, спина у меня теплая. Ты быстро согреешься.

Федька поднялся, сонно взлохматил волосы и перебрался к Таис на кровать.

Они так иногда делали, когда становилось совсем холодно. Прижимались спинами друг к другу, накрывались сразу двумя одеялами. Это помогало согреться и уснуть, но зато становилось ужасно тесно на узкой кровати. Не повернуться, не раскинуться.

Тай еще немного повозилась, подпихивая одеяло под колени, после сказала:

— А мы все‑таки молодцы, Эмму спасли.

Сказала тихо, чтобы не услышали в соседних спальнях. Федор угукнул в ответ и тут же задышал ровно и глубоко. Быстро засыпает, ничего не скажешь.

Тайс впихнула ступни под коленки друга и почувствовала, наконец, как приятное тепло охватывает и затягивает в сон. Все, надо спать. Завтра будет новый день и новые хлопоты.

4.

Пахло вареным картофелем и кофе. И еще чем‑то вкусным, приятным. Пахло так сильно, что Таис скинула одеяло и села на кровати, пихнув коленями Федора в бок.

Тот буркул что‑то о том, что мол, хватит дергаться и раскидывать свои кости, повернулся на живот и сам стукнул Таис рукой по плечу. Ладно, пусть спит. Надо пойти и посмотреть — чем это так здорово пахнет.

Ежась от прохладного воздуха, Таис спустилась в общую комнату, подошла к обогревателю и хмуро глянула на Вовика, хрустящего вафлей.

— Что ты трескаешь? — спросила и глянула на стол, с краю которого примостилась варочная плитка.

На столе стояли несколько коробок. Больших прямоугольных коробок, полных вафлей и печенек. На полу под столом светлели бока трех больших паков — и Таис тут же угадала по этикеткам, что в одном пакеты с сухим молоком, в другом — с сухим картофельным пюре, а в третьем — пропаренный рис.

— Колючий, Илья и Эмма только что принесли. И сказали, что это не все, отправились еще за коробками, — пояснил Вовик и счастливо заулыбался. Двух верхних зубов у него не хватало, и улыбка вышла смешной и доброй.

— И когда только зубы у тебя вырастут, а, малек? — весело спросила Таис и потянулась за чайником, — Как можно есть столько вафель без зубов? Ты чай уже пил?

— Я кофе пил. С молоком, между прочим.

— Таким как ты, кофе нельзя. Нечего переводить продукты.

— А его полно, этого кофе. Вон, сама посмотри.

Таис тут же глянула на железные, выкрашенные в белый цвет полки на стене и увидела несколько пакетов с растворимым кофе, несколько больших банок с чайной заваркой и даже пару коробочек с какао.

— И как они все это дотащили только?

— Им привез робот. Лон тут был, всего час назад. Сказал, что мы обормоты и ловко устроились, но еды нам надо побольше. Представляешь?

— Робот, который за нас — это просто класс! Вот это хорошие новости с утра. Не зря мы парились вчера с этой Эммой, что ни говори.

Это, видимо, тот самый робот — Лон, кодом которого они столько раз пользовались, чтобы проникнуть в систему Моага. Тот самый, которого форматировал Колючий. Робот вполне может помогать. В программах у Лонов стоит важная и приоритетная задача — защищать своих подопечных. Заботиться о них, лечить, кормить, воспитывать, охранять, купать и все остальное. Так что Лон просто продолжает выполнять свои программы, не отчитываясь при этом Моагу.

Неужели вечная проблема с едой наконец‑то решится? Неужели можно не дергаться при мысли, что доели последний хлеб и допили последний чай?

И даже кое — какой приличной одежды можно будет раздобыть, хотя бы корабельной, форменной Моаговской. За корабельную одежду не надо платить бонусами, она полагается всем детям бесплатно. Пусть это — не модные вещи, но целые и по размеру. Ну, для Таис размер найдется, она не высокого роста. Для Федора и Валька, а также для Машки и Нитки вряд ли, но это уже их проблема. Пусть сами ее и решают.

Таис почему‑то вспомнила лоскутную пайту Федора и, вытаскивая горсть мелких печенек из коробки подумала, что, возможно, с кодом пятнадцатых можно раздобыть одежду для взрослых на Третьем Уровне. Вдруг там есть на складах формы? Хотя им не встречалась ни разу взрослая одежда, видимо, Моаг не заказывал.

Но ведь взрослые на этом корабле когда‑то были, Федор в этом уверен. Неужели после них не осталось никакой одежды? Или это было так давно, что вся одежда истлела?