Читаем без скачивания Мы можем жить среди людей - Варвара Еналь

Но ведь взрослые на этом корабле когда‑то были, Федор в этом уверен. Неужели после них не осталось никакой одежды? Или это было так давно, что вся одежда истлела?

Тем старым нейтфонам без голограмм, которые нашел Федор, было лет десять. Может, пятнадцать — не больше. За полтора десятка лет форма не могла истлеть. Это нереально. Значит, где‑то на Третьем Уровне вполне можно найти базы с формой для взрослых. Теперь с кодом пятнадцатого можно открыть гораздо больше дверей и проникнуть в те коридоры, в которые раньше им не было доступа.

Появился заспанный Федор, удивленно и длинно свистнул и сказал:

— Все‑таки Колючий не усидел, раздобыл продуктов. Молодец, ничего не скажешь.

А вскоре показались Эмма и Колька. Следом шли Катя с Ильей и все четверо тянули коробки и пакеты.

— Надо украсть и отформатировать робота — погрузчика, — пропыхтел Колючий, тяжело опуская на пол свою ношу, — забодаешься таскать такие тяжести.

— Хорошая мысль, — ответил Федор, забирая коробки у Эммы и опуская их у края стола, — что в этих коробках?

— Консервы, — ответил Илья, с грохотом опуская свой груз, — мясо и овощи. Консервированные. Лон сказал, что овощи и мясо есть обязательно. Умный робот, ничего не скажешь.

— Как он отреагировал на появление Эммы? — спросил Федор.

Эмма откинула со лба длинную челку и спокойно пожала плечами.

— Нормально, — она слегка улыбнулась, — сказал, что так и знал, что меня выгонят. А про вас сказал, что вы мелкие нарушители и по вам плачет изолятор. Это же робот, он не станет удивляться. А нам надо сделать так, чтобы к Соне никого не подселяли больше.

— Соня не разболтает? — вмешалась в разговор Таис.

— Может, — Эмма сжала губы и сощурила глаза.

— И что делать?

— Не знаю. Но сюда приводить Соню я не позволю. Она должна учиться и жить в нормальных условиях.

— Я тоже так думаю, — кивнула Таис, — надо убедить ее, чтобы держала язык за зубами. Это ведь не сложно — не болтать.

— Соня нас не видела, она спала. Я и Колючий пришли ночью, и говорили очень тихо. Лон не проболтается, это точно. Еды нам на семидневку хватит, а там видно будет.

— Все‑таки ты остаешься с нами, да, Эмма? — с еле заметной ехидцей спросила Таис и снова потянулась за печеньем.

— Еду надо распределить и закрыть. Чтобы не таскали просто так. Кто‑то должен отвечать за продукты. Всем всего поровну, — Эмма сделала вид, что не заметила вопроса, повернулась и направилась в спальню Маши.

— Надо поделиться с Овальными и Дикими, — Федор глянул на Колючего и добавил, — они с нами тоже всегда делились.

— Это Дикие делились, что ли? — удивился Колючий.

— Овальные. Ну, а Дикие — тоже люди. Нельзя их оставлять без еды.

— Они не люди, они идиоты, — буркнула Таис.

— Мы с ними тоже поделимся, — голос Федора звучал твердо, — так надо.

— Да, поделимся, — оглянувшись, кинула через плечо Эмма, — еда теперь не будет проблемой. Нет смысла сидеть на коробках и жадничать. Главное теперь — не переедать, сидя над планшетами. А то растолстеете тут в своих подвалах.

5.

Три пачки с сухим картофелем и три пакета с молоком поначалу не казались очень уж тяжелыми. Но пока пробирались полутемными коридорами, руки у Таис затекли, а кисти просто ломило от усталости. И не переложишь ношу на Федора, тот тащил еще больше. К Диким они отправились вдвоем. Федька сказал, что необязательно ходить туда толпой, да и никто больше не проявлял особого желания топать в дальние коридоры Нижнего Уровня, находящиеся на противоположном конце от мусорки.

Пришлось делать изрядный круг, но по — другому к Диким было не добраться — большинство проходов и дверей на Нижнем оказывались намертво закрыты или вообще запаяны.

— Что это за Уровень такой? Зачем он вообще нужен на этом корабле? — спросила Таис у Федора, когда они прошли очередные коридоры и завернули в узкий темный проход.

— Да загадка какая‑то, — Федор оглянулся, — не отставай, пожалуйста. Только не пойму, зачем Диким было забираться в такую даль?

— Помнишь, как они напали на нас недавно? Может, туго им с едой пришлось?

— Сейчас разберемся.

— А вдруг поколотят нас, а?

— Пусть попробуют. Тебя ведь, Тай, так просто не одолеть, да?

Таис только усмехнулась в ответ.

Переступили через высокий порог дверного отверстия — дверь почему‑то оказалась сломанной и валялась в коридоре, преграждая путь. Перебрались через нее, спустились на две ступеньки вниз, миновали ряд труб, через который тоже пришлось перебираться. И, наконец, за поворотом открылся проем базы Диких.

Резкий, едкий запах ударил в нос, и Таис зло ругнулась:

— Вот же зараза! Чем у них так воняет?

Она не успела докончить фразу, как что‑то толкнуло ее в бок и пронеслось мимо. В сумраке — у Диких горела только одна лампочка в углу базы — Таис не поняла, что это было. Потеряв равновесие, она покачнулась и упала бы, если бы Федор не подставил плечо.

За железным столом, покрытым цветным пластиком, сидел, положив голову на руки, мальчишка. Или уже парень — на вид ему давно исполнилось больше шестнадцати. Грязные волосы свисали слипшимися прядями на самые руки, засаленные рукава коротковатой куртки, истрепанные до лохмотьев, пугали убогим и страшным видом.

— Эй, привет! — позвал его Федор.

Парень не шевельнулся.

Федор осторожно приблизился, качнул боком столешницу и снова позвал:

— Эгей! Ты спишь, что ли?

Парень снова остался недвижим.

— Пацан, ты заболел?

Медленно, очень медленно поднялось лицо, и сквозь слипшиеся пряди сверкнули темные, слишком темные глаза, лишенные белков. И даже, кажется ресниц — в сумраке Таис не смогла рассмотреть. Тонкие губы, приплюснутый широкий нос — не лицо, а гримаса уставилась на них. Секунда — и парень снова опустился на руки и погрузился в сон. Дернулись плечи и замерли.

Таис попятилась, все еще прижимая к себе пакеты с едой. Что это такое? Неужели еще один сон? Быть этого не может. Того, что она только что увидела — просто не может быть. Как зовут этого парня? Что у него с лицом?

Таис перевела взгляд на Федора и увидела, что тот растерян не меньше. Нахмурившись, он дотронулся ладонью до плеча Таис, слегка отталкивая ее назад, и ругнулся:

— Черт! Что за ерунда?

И вдруг этот странный лохматый парень прыгнул. Точно прижатая пружина, которую внезапно отпустили. Тихо, без предупреждения, он рванулся вверх и оказался с ногами на столе. Присел на корточки, опустив вниз руки, и его страшные темные глаза уставились на Таис. Прямой взгляд его оказался таким странным, что Таис почувствовала, как сумасшедший, безотчетный ужас наполняет грудь и рвется наружу. Еще немного — и она заорет. Будет орать и орать…

Федор вдруг рванул ее за руку и закрыл собой. Вовремя, потому что парень еще раз взвился вверх и прыгнул на них двоих. В лицо ему полетели пакеты с картошкой, брошенные Федькой, и это сбило нападение. Парень рухнул на пол, Федор вытолкнул Таис в коридор и с резким грохотом задвинул дверь. Створка тут же дрогнула от удара.

— Неси быстро ту дверь, что валялась в коридоре! — заорал Федор.

Яростный огонь в его глазах и дикие стуки в дверь заставили Таис придти в себя. Конечно, надо просто припереть дверь, чтобы она не открывалась. А после делать отсюда ноги. Еле подавив желание бежать без оглядки прямо сейчас, Таис с неимоверным трудом притащила тяжелую створку двери, что валялась в соседнем коридоре. Пришлось волочить ее по полу, и она мерзко скрежетала.

Федор держал дверь из последних сил. Пальцы его побелели, на лбу выступил пот. Замковые разъемы тут, видимо, не срабатывали. Щелчка не было, и дверь ходила ходуном под энергичными ударами. Приподняв ту створку, что притащила Таис, Федор закрепил ее на высоком пороге, уперев в небольшую дверную ручку. Отступил на шаг.

Дверь дрожала, но створка не давала ей возможности отъехать в сторону.

— Это его задержит. Пошли, бегом!

В этот момент из бокового коридора показался еще один мальчика. Худой, бледный и какой‑то странный. Он остановился, посмотрел на Таис и Федора и хриплым голосом спросил, медленно и с трудом выговаривая слова:

— Вы его видели, да?

— Кто это такой? — быстро спросил Федор.

Дверь еще раз дрогнула под градом ударов.

— Это Жека… он просто заболел… мы думали, что это болезнь… после заразились еще двое. Зря вы сюда пришли. Мы все заболели…

Парень попятился и, прежде чем исчезнуть в проеме, тихо добавил:

— Не ходите сюда.

— Как тебя зовут? — крикнул ему вдогонку Федор.

Ответа не последовало.

— Пошли поскорее отсюда. Он же сказал — заболели все. Федор, пошли, — Таис взяла друга за ладонь и потянула за собой.

Уйти отсюда поскорее. Так жутко ей еще не было, даже тогда, когда пятнадцатый палил в них около лифта. Тогда все было ясно и понятно.