Желая поддержать достоинство своей королевы, де ла Гарди истратил при парижском дворе на 400 000 франков свыше суммы, ассигнованной ему на издержки. Вследствие этого Христина принуждена была прибегнуть к внешнему займу у города Гамбурга чрез посредство министра Адлера Сальвиуса. По возвращении на родину де ла Гарди был особенно обласкан королевою; они виделись очень часто; он сопровождал Христину в ее прогулках, и в сердце честолюбца закралась мысль быть ее супругом. Какие были объяснения между королевою и ее подданным, чье нескромное ухо могло их подслушать? Историк на подобные вопросы может отвечать предположениями более или менее основательными. Живя рассудком, Христина была не способна на увлечение сердечное, настоящее представлялось ей всегда залогом будущего. Брак с графом де ла Гарди мог восстановить против королевы и дворянство, и народ; бывали примеры, что короли в Швеции женились на своих подданных, но при подобного рода браках супруга пользовалась титулом королевы по мужу, Королева, выходя замуж за своего подданного, должна была во всяком случае нарушить закон: или, вопреки ему, пользоваться званием мужа, или передать ему звание короля наперекор вековым узаконениям. Не желая отдалять графа Магнуса от трона, Христина женила его на двоюродной своей сестре Марии Евфросинии. Брачные пиршества отличались блеском и пышностью; новобрачные были осыпаны щедротами королевы.
Переговоры о мире, который закончил тридцатилетнюю войну, заняли ум Христины и отвлекли ее сердце от несвойственных ему нежных мечтаний. По целым дням Христина просиживала в своем кабинете, ведя деятельную переписку с иностранными державами, участвовавшими в переговорах, давая инструкцию своим резидентам и министрам. В 1647 году двоюродный брат ее Карл Густав, возвратившийся из Германии, явился искателем ее руки, ссылаясь на дружбу детства и на свои чувства, нимало не изменившиеся. Христина отвечала, что хотя в детстве она и называла Карла мужем, а он ее женою, но что подобные шутливые прозвища не обязуют ее ни к чему; что замуж она пойдет, когда ей исполнится двадцать пять лет, и что если не выйдет за него, то навсегда останется свободною. Чтобы утешить принца, она прибавила, что назначит его своим преемником. Карл Густав объявил ей, что ему не нужно королевской короны.
— Вы шестью годами меня старше, — заметила Христина, — а между тем восторжены как мальчик, начитавшийся романов.
Однако же настойчивость Карла Густава заставила ее призадуматься над вопросом о замужестве. Происки и интриги графа де ла Гарди отклонили ее от решения выйти за Карла Густава. Она назначила его генералиссимусом шведских войск, находившихся в Германии, куда он снова отправился и вместе с Врангелем одержали ряд блестящих побед над имперцами. Здесь Карл Густав пробыл до 1650 года и возвратился в Швецию уже по заключении Вестфальского мира, по-прежнему, если только не более прежнего, влюбленный в Христину. Руки ее во время его отсутствия искали оба сына короля датского, электор Бранденбургский Фридрих Вильгельм и Ян Казимир, король польский. Всем этим женихам было отказано. Знатнейшее дворянство и народ выражали желание, чтобы королева избрала себе в супруги единокровного принца, всеми любимого Карла Густава, но она постоянно отклонялась от положительного ответа, оправдываясь отвращением к замужеству и любовью к независимости. Однажды, беседуя с приближенными о замужестве, она сказала им:
— Прошу вас не настаивать в нелепом желании. Вы утешаете меня мыслию, что я буду счастливой женой и матерью, и забываете, что от меня, точно так же, вместо Октавия Августа или Тита может родиться Нерон!
В исходе 1649 года, во время съезда государственных чинов в Стокгольме, Христина произнесла в сенате следующую речь:
— Вот уже несколько лет, как меня убеждают выйти замуж. Не могу не одобрить благоразумия тех, которые, любя отечество, желают предотвратить от него бедствия, могущие его постигнуть в том случае, если бы Бог призвал меня к себе по назначении мне преемника. Эта забота всех ближе касается меня, так как счастию родины я посвятила жизнь мою с той самой минуты, как стала управлять королевством. Брак налагает обязательства, мне еще неведомые, и я не могу сказать, одолею ли я когда отвращение мое к ним. Между тем для блага королевства я должна принять меры, не столь полезные для меня лично, зато надежные для его блага: я желала назначить преемника, который будет хранителем подданных моих и попечителем о их счастии. Все качества такого правителя я нахожу в принце Карле Густаве; в жилах его течет королевская кровь, и я желала бы, чтобы на нем остановился выбор народный.
После долгого раздумья сенаторы отклонили предложение Христины; некоторые даже дозволили себе о принце не совсем уважительные отзывы. Один из сенаторов заметил, что назначение Карла Густава в наследники престола нимало не упрочит династии на престоле шведском, так как принц после отказа Христины дал слово остаться холостяком:
— Будьте спокойны, — живо возразила королева, — он женат. Любить можно несколько раз, а корона сама по себе не имеет привлекательности!
Обсуждение вопроса было решено представить на рассмотрение государственных штатов (всенародной думы). Убеждения духовенства и депутатов не могли отклонить королевы от ее намерения, и чем ее более уговаривали, тем более она была настойчива. Выборные от духовенства, граждан и от крестьян утверждали выбор королевы; дворянство было принуждено уступить большинству… В свою очередь, и сенат уступил воле народной и скрепил акт о престолонаследии. Акт этот в главных статьях обязывал наследника и его потомков: 1) повиноваться королеве, как подданные вообще обязаны повиноваться государыне; 2) без ведома королевы и согласия сената не вмешиваться в государственные дела; 3) не иметь притязаний ни на какой особый удел в видах единства и целости государства; 4) довольствоваться поместьями на общих правах дворянства, чиня суд и расправу над своими слугами; 5) в случае получения в наследство какого-нибудь иноземного княжества или герцогства не переселяться в них, а жить в Швеции безотлучно; 6) наследнику в случае женитьбы испросить на то разрешения королевы и сената; 7) при воцарении не нарушать существующих в государстве узаконений; 8) охранять права и привилегии всех сословий вообще и каждого подданного в особенности.
Карлу Густаву дан был титул королевского высочества; на содержание его был ассигнован ежегодный пенсион и в недвижимую собственность дан был ему остров Эланд насупротив города Кальмара. Он желал, чтобы его назначили генерал-губернатором шведских провинций в Германии, но Христина на это не согласилась. Заботясь о единстве власти, она не желала дробить ее, превращая свои области в феодальные участки или турецкие пашалыки. Принц поселился на Эланде, где занялся охотою и науками, устраняясь от государственных дел, до которых, впрочем, его и не допускали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
