Каково же было мое удивление, когда я обнаружила Виталика в отчасти привычной позе для системного администратора - на четвереньках - под моим столом, шерудящего в бесконечной череде разъемов и проводов, очевидно пытаясь заставить мою допотопную машину работать.
- Привет! – поздоровалась я. От неожиданности Виталик ударился головой о крышку стола и вылез, потирая рукой ушибленное место.
- Привет! Вот, распоряжение руководства, - он указал рукой в сторону моего стола, и только тогда я заметила, что мой старенький монитор был заменен новым двадцати четырех дюймовым жидкокристаллическим экраном фирмы DELL.
- Практически последнее слово техники! – Виталик не мог скрыть свое восхищение - Не машина, а зверь! Процессор…
Дальше я его уже не слушала. В моей голове крутились сотни логических цепочек, выводящих меня на виновника подобного подарка. И судя по утренней выволочке, это точно был не генеральный директор. Новый компьютер – заслуга Ивана. Я снова поняла, что мне крайне необходимо с ним поговорить как о вчерашнем инциденте, так и об этом чуде робототехники. Оставив Виталика наедине с собой, чтобы он мог в спокойной обстановке установить драйверы, программы и настроить прочие мелочи, я направилась в кабинет антикризисного менеджера.
Дверь в кабинет Ивана была открыта. Уже подходя, я услышала, как он грубо разговаривал с кем-то по телефону.
«Надеюсь, это не по работе», - я больше всего не любила, когда руководители, пользуясь своими должностными возможностями, срывались на крик или унизительный тон при разговоре с подчиненными.
- Я же говорил, что не хочу этой встречи… Да… Да… Я не знаю, как долго буду в Питере - контракт подписан на три месяца, потом будет видно, - подняв глаза, он увидел меня.
Ледяной холод обдал мое тело при виде его синих глаз. Он продолжал смотреть на меня в упор, когда резко бросил собеседнику:
- Я сейчас слишком занят, перезвоню позже, - и, не дожидаясь ответа на противоположной стороне виртуального провода, Иван положил трубку и обратился ко мне: - Я тебя слушаю.
Выражение его лица было более чем серьезным, оно источало напряжение: челюсть плотно сжата, брови нахмурены.
- Я пришла поблагодарить за то, что вчера спас меня… снова, - смотря на меня, он сильно сжал кулаки, сбитые костяшки побелели от напряжения, но выражение лица совершенно не изменилось.
- Тот человек… Он сказал, что ты первая к нему полезла, - сквозь зубы процедил он. Я удивленно вскинула брови, прежде чем поняла, что Иван имел в виду.
- Он собирался избить моих друзей только за то, что те нетрадиционной ориентации, - проговорила я. Озноб страха прошелся по моей спине. «Почему я боюсь этого человека?» - подумала я. Иван резко встал. От неожиданности я сделала один шаг назад, но он, казалось, этого не заметил.
- И ты решила защитить двух мужиков, пусть и геев?- ноты гнева отчетливо были слышны в его голосе. - Я оставил тебя на одну минуту, чтобы покурить, а ты решила подраться со здоровенным мудаком, чтобы защитить двух геев?
Его голос эхом отозвался в моем сердце: «Я оставил тебя… тебя…» Я откашлялась, чтобы мой голос не звучал настолько жалким при моем оправдании.
- Послушай, - я говорила осторожно, но уверенно, - я понимаю, что это выглядит глупо, но я была уверена, что он не будет трогать девушку, пока…
- Что пока? – Иван быстрым шагом обошел стол и направился ко мне. Я инстинктивно обхватила себя руками и сделала еще один шаг назад. Увидев мою реакцию, он резко остановился:
- Ты что, боишься меня? Думаешь, я могу тебя ударить? – я с ужасом кусала губу, пытаясь подобрать слова.
- Я не думаю, что ты ударишь, просто вчера… казалось, что ты убьешь его, - он отошел от меня и закрыл глаза, гнев и негодование отразились на его лице. Я стояла молча и наблюдала за ним, когда Иван наконец успокоился и открыл глаза, в которых я увидела лишь сожаление:
- Послушай, - говорил он тихим и нежным голосом, - я бы никогда не смог тебя обидеть, - он развернулся и, глядя в окно, продолжил: - Я вообще не трогаю женщин, детей и стариков.
Это уже было сказано холодным, ровным тоном. Сравнил меня со всеми женщинами. От обиды я вспыхнула и проговорила:
- Ты себя в зеркало вообще видел? Ты в порыве гнева убить взглядом можешь! Тебя вообще о помощи не просили. Там была охрана, обошлась бы без тебя!
На мои слова Иван даже не обернулся. Руки он опустил в карманы брюк и вполголоса, как будто самому себе, ответил:
- Не знаю, что на меня нашло. Это больше не повторится.
«Так он еще и жалеет о случившемся!» - моя самовлюбленная гордость была не просто задета - она кровоточила от его слов. Я резко развернулась и, уже находясь за дверью, крикнула ему:
- Спасибо за компьютер! Если вдруг пожалеешь, что предоставил мне его, ты знаешь, где меня найти! – выговорившись, я хлопнула дверью.
========== Глава 19 ==========
Когда в начале десятого вечера я с тихим скрипом открыла входную дверь квартиры, я была крайне удивлена представшей перед моим взором картине: моя закадычная подруга, облаченная все в ту же утреннюю пижаму с розовыми слониками, прыгала на диване с микрофоном в руках и старательно пыталась попасть в ноты под караоке песню «О Боже, мама, мама, я сошел с ума…», причем последнее ей не очень хорошо удавалось. Обнаружить мое присутствие ей удалось только через несколько минут:
- О! Привет! Ты уже пришла! Как работа? Как новый руководитель?
- Работа терпимо, новый руководитель - не очень, – Кира вопросительно на меня смотрела. - Похоже, он жалеет, что влез вчера в драку.
- Он так сказал?
- Нет, но это было очень хорошо понятно из контекста, - я достала из холодильника бутылку воды. Сделав несколько глотков, я спросила:
- А как у тебя дела? Не знала, что эта пижама у тебя любимая.
- Да нет что-то желания наряжаться… - она опустила глаза, я понимала, что она плакала. - Я тут подумала, что давно у родителей не была, съезжу на недельку, проведаю.
- Кира, ну чего ты как маленькая? Позвони ему, попроси не давить, не обязательно же сейчас детей рожать? Тебе же хорошо с ним! Чего страдать-то?
- Нет, я вообще не создана для брака, - Кира села за стол и зарылась пальцами в волосы.
