– Покамлаю чуток, – мрачно сказал тролль, – а потом ка-а-к… Ох, кому-то сегодня не поздоровится.
– А давай мы лучше магией… – начал было Кевин.
– Нет, шеф. Я понимаю, что ты маг, но против нашего камлания ты еще слабак.
Зырг, буравя толпу, начал подбираться поближе к трибунам со старейшинами.
– И почему я в нашей компании постоянно чувствую себя идиотом? – жалобно спросил Кевин Офелию.
– Да потому что ты по жизни такой, – рассеянно откликнулась девушка, не сводя глаз с полога входа юрты. – Слишком много в тебе рыцарских понятий. Доверчивый ты, как ребенок.
Пока они вели свою неспешную беседу, Авоська с Небоськой успели не поделить артефакт, и начали азартно пихаться, воюя за прозрачный череп. Боевые действия велись настолько активно, что гномики умудрились потоптаться по мохнатым лапам соседних троллей и пару раз ткнуть их рукоятями кувалд в бока, что, естественно, привлекло к ним внимание соседей.
– Это из какого клана малышня? – прорычал один из пострадавших, около ног которого они и устроили потасовку.
– Мелко… – пропыхтел Авоська.
– …травчатого… – закончил Небоська.
– Но очень гордого! – прекратил пихаться Авоська.
– И очень горного! – на чистейшем тролльем языке уточнил Небоська.
На физиономии тролля отразилась усиленная работа мысли. Он, похоже, перебирал в уме все известные ему племена, пытаясь найти среди них гордый, да еще и мелкотравчатый клан. Но тут полог чума зашевелился, и, хотя «Аргыз» оттуда еще не появился, это послужило сигналом. Протрубил третий, последний зов. На трибуне поднялся один из старейшин с тяжелой суковатой палицей в руках, спустился с трибун и забрался на помост.
– Сегодня мы собрались, – зарычал он, – для того чтобы осудить отступницу Грыдмиру, неправильно истолковавшую волю духов. Могли ли духи отказать своим потомкам в плодородных землях и лесах, которые обещали нам почтенные друиды?
– Нет!!! – завопили тролли.
– В обещанных нам лесах мы смогли бы построить не эти жалкие юрты, а настоящие хижины!
– А-а-а!!!
Рев, вырвавшийся из луженых глоток троллей, был просто оглушительный.
– А сколько там грибов, ягод и лосей!
– А-а-а!!!
– А сколько там косуль, зайцев, медведей! Треть эльфийских лесов нам друиды пообещали!
– А-а-а!!!
– Самые плодородные поля зимней резиденции самого короля пообещали!
– А-а-а!!!
– И вот она от имени духов сказала: нет! Теперь понятно, почему исчез главный шаман. Эта старуха не пожалела собственного сына и извела его, чтобы говорить от имени духов вместо него. Мне об этом лично сказал Аргыз! Он камлал три дня и три ночи, пока духи не сказали ему, что она изменница!
– А-а-а!!!
– Я объявляю начало судилища!
К старейшине поднесли гонг, и он лично, своей палицей ударил в него. Судебный процесс над Грыдмирой начался. Загремели барабаны.
– Надеюсь, бесятина догадается, что настал его выход, – озабоченно пробормотал Кевин.
Бесятина догадался. Он выскочил из своего чума на помост и, размахивая посохом над головой, начал отплясывать вокруг мамаши Зырга. Танец чем-то напоминал лезгинку. Сходство усиливалось тем, что этот подлец подбадривал себя воплями «Асса!!!».
– Привет, друзья, а вот и я! Никто не хочет от меня?
– Чего? – спросил ошарашенный старейшина.
– Ну, типа малость схлопотать по роже?
– Смотрите! – завопил старейшина. – Смотрите, как нашего будущего шамана корежит! Наверняка она на него порчу навела! Последнего шамана извести хочет!
– Да колбасит меня круто! – не преставая плясать, откликнулся Люка. – Ломка по всему телу, но какой кайф!
– Гад, – пробормотал юноша, – опять развлекается. Офелия, приготовься. В случае чего фаерболами кидайся и держись поближе ко мне. А я пока на Авьене сосредоточусь. Туго придется, туда когти рвать будем.
– А-а-а! Я понял, – «дошло» до старейшины, – это наш будущий шаман в транс входит.
– Точно, – радостно подтвердил бес, – астральную связь навожу. Вот раздухарюсь немножко…
– С духами, с духами связь налаживает! – обрадовался старейшина, – Сейчас наладит и от их имени скажет!
Кевин уже нервно стискивал в кулаке рукоять меча, прикидывая свои шансы против огромной толпы троллей и прекрасно понимая, что их практически нет: массой задавят, – а потому рассчитывать можно только на магию, но это значит – понадобится читать сразу двойное заклинание! Всех друзей подтащить поближе к себе в одну кучу, включая матушку Зырга, и успеть с ними улизнуть в Авьен! Юноша проклинал себя за то, что не сделал этого сразу, пока команда не разбрелась в разные стороны. Около него была только Офелия и копошащиеся рядом гномики.
А окончательно вошедший в «астрал» бес тем временем перестал плясать и начал вещать от имени духов.
– Дети мои! – завопил он. – Вас всех крупно напарили!!! Вы только подумайте, над кем мы начинаем судилище? Над этой бедной, несчастной женщиной, я бы даже сказал – старушкой!
И тут на глазах изумленных троллей мамаша Зырга превратилась в маленькую сгорбленную мохнатую старушку, облаченную в рубище, с клюкой в руке и серым, замызганным платочком на голове. На ногах прямо из воздуха появились валенки. Она смотрела на всех подслеповатыми глазами так жалостливо, что у некоторых троллей появились на глазах слезы. Это превращение, похоже, было неожиданностью и для Люки, но он быстро опомнился, подобрал отпавшую челюсть и продолжил психологическую обработку публики.
– И вы хотите сказать, что эта маленькая, несчастная старушка, давшая нашим кланам великого шамана, могла убить своего сына, великого и могучего Зырга Великолепного?
Нечастная сгорбленная старушка мгновенно превратилась в гигантского тролля, габаритами раза в два превышавшего Зырга. Первые ряды зрителей невольно отшатнулись от стоящего на помосте, зловеще раздувавшего ноздри гиганта.
– И как вы думаете, что бы сказал ваш главный шаман, если б увидел такое безобразие? – продолжил свою обличительную речь Люка.
А думать ничего и не надо было.
– Слюшай, всэх зарэжу! – сказал «дух» главного шамана голосом Авоськи, а потом голосом Небоськи добавил: – Всэм кровя пущу!
Кевин резко повернулся к гномикам. Они валялись на земле и ухохатывались, от восторга дрыгая ногами. Ручонки их вцепились в магический артефакт, свистнутый Люкой у Черных Рыцарей. Гномики развлекались от души. Кевин нагнулся, выдрал из рук хихикающей парочки череп, и на помосте вновь материализовалась Грыдмира. Мать Зырга продолжала задумчиво рассматривать черные меховые рукавицы на своих руках.
– Да она камлает! – завопил старейшина, возвестивший о начале судилища. – Прямо через рукавицы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
