сунулись к русским, но очень быстро получили отказ. Если в прежние 5 лет одной из проблем Российской империи являлась недостаточная загрузка верфей, то ныне в стране наблюдался дефицит всех потребных для судостроения ресурсов. Мало того, что строительство грандиознейшей гидроэлектростанции, равной которой мир еще не видывал, поглощало огромные объемы стали и денег, так еще на черноморских верфях одновременно заложили четыре огромных линкора для Российского Императорского Флота. Вместе с четверкой уже спущенных на воду и достраивающихся «Измаилов», два из которых появились на свет в Севастополе, они выбрали все производственные, материальные и финансовые ресурсы страны, начисто обрезав возможность отвлекаться на сторонние заказы в ближайшие три — четыре года. Когда же стали известны характеристики новых русских линкоров, со стороны напоминающих пока еще не существующие американские линкоры типа «Теннеси» в том виде, в котором они застали начало Второй мировой войны, откровенно дурно стало всем понимающим людям.
Прекрасно осознававшие, что тягаться в военно-морской оружейной гонке с ее лидерами им не с руки, русские пошли по своему собственному пути. Они попросту вновь поломали планы всех прочих стран, заложив корабли, которые по водоизмещению и весу бортового залпа минимум в полтора раза превосходили сильнейшие из уже заложенных одноклассников любого флота мира. Сделав ставку явно не на количество вымпелов, а на боевые характеристики своих линейных кораблей, Российский Императорский Флот таким образом внес свою малую лепту в потребность очередного значительного увеличения морского бюджета соседних стран. А поскольку деньги из воздуха не появлялись, приходилось отщипывать отовсюду, включая урезание финансирования армии.
В общем, в то время пока в Рейхстаге и Парламенте кипели нешуточные страсти, связанные с борьбой за недопущение очередного повышения военных расходов, в России потихоньку, без лишних волнений, создавался флот и потребная наземная инфраструктура, достаточные для ведения оборонительных действий против любого противника. Правда, в Османской империи придерживались несколько иного мнения о своем соседе. Слишком уж сильно шокирующим для них видом являлись два достраивающихся «Измаила», вдобавок к которым еще четыре более мощных корабля закладывали на освободившихся стапелях в Николаеве и Севастополе. Учитывая тот факт, что на Балтике в это же время вели работу над втрое меньшим числом дредноутов, не надо были иметь семь пядей во лбу, чтобы осознать простую истину. Кто бы что ни говорил, но в следующий раз русские явно планировали вести боевые действия в акватории Черного моря, где кроме Османской империи врагов у них не имелось вовсе. Одновременно это же означало пересмотр итогов Парижского конгресса 1856 года допустить чего, ни Англия, ни Франция, ни Германия, ни Австро-Венгрия, никак не желали. Русский медведь был интересен и даже полезен лишь будучи запертым в клетке перекрытых проливами морей. Вот только Корейский пролив уже успел перейти под контроль РИФ после занятия им Цусимы. И, видимо, осмелевший «зверь» решил проверить на прочность все остальные стенки созданного для его сдерживания узилища.
В чем-то предписывающие России подобные замыслы были правы. В Санкт-Петербурге действительно было принято решение «вскрыть» те «двери», что доселе препятствовали развитию внешней торговли. Вот только выводы из увиденного были сделаны в корне не верными. Отнюдь не грозным стальным громадам предстояло стать главной ударной силой Российского Императорского Флота в самом ближайшем будущем. И вообще, к тому, что обязано было произойти, российский флот не должен был иметь никакого прямого отношения. Не просто ведь так еще в 1908 году министр иностранных дел Двуединой монархии, Алоиз фон Эренталь, оказался откровенно обескуражен той сделкой, кою предложил ему со своей стороны министр иностранных дел Российской империи в обмен на поддержку притязаний Австро-Венгрии на территории Боснии и Герцеговины. Сам-то австриец испытывал немалые надежды на обман своего российского коллеги и последующее политическое очернение восточного соседа. Однако никак не такого. Для чего и почему в обмен на свое согласие в вопросе принадлежности данных территорий Николай II затребовал передачи России от австрийцев прав на проведение морского и санитарного контроля в районе единственного черногорского порта Антивари, он догадаться так и не смог. Все равно держать там крупные боевые корабли не представлялось возможным в силу его крошечности. Однако же очередная секретная международная сделка была оформлена и уже к 1910 году в Адриатике появились четыре старых и давно списанных бывших броненосца береговой обороны Балтийского флота, притащенных сюда для исполнения роли блокшивов. Официально. Не официально же на месте демонтированных башенных установок уже были смонтированы основания для монтажа лафетов 11-дюймовых мортир. И еще два старых, но до сих пор не пущенных на слом, корабля подверглись похожей переделке в Севастополе. Ни один из них не смог бы что-либо противопоставить даже самому маленькому миноносцу или же канонерской лодке. Вот только отнюдь не для противостояния вражеским кораблям переделывались эти старички, которым еще только предстояло сыграть свою немалую роль в очередном изменении мирового порядка.
Глава 5
Правила игры и не джентльмены
— Эх, и чего Ники не хочет раздавить этих зазнавшихся лайми совместным ударом, — принялся вслух жаловаться на свою жизнь Вильгельм II. — С его оставшимися броненосцами и крейсерами мы и вовсе могли превзойти англичан, тем более что успевших повоевать офицеров у него едва ли не половина флота. Да и французов сразу можно было бы выкинуть из уравнения в обмен на обещание не трогать их вовсе. Во всяком случае, в ближайшие лет десять. Но ведь как хитер племянник. Хитер! Всех умудрился обмануть со своей кораблестроительной программой! И ведь он тогда совершенно не врал, говоря о намерениях лишь защищать свои территории. А то, что защита может быть очень гибкой, никто и не подумал. Вот и трясутся нынче англичане, узнав настоящие характеристики четверки новых русских больших крейсеров, что по весу бортового залпа превосходят любой из их линкоров. Да и моих тоже. Заполучить бы этих красавцев! Тогда и воевать не страшно. Такие корабли точно смогут парализовать все торговое судоходство в любом океане. Да ведь не уступит. И так он своих моряков сильно обидел с продажей старых броненосцев. Новой сделки ему точно не простят. А ведь года через три он получит еще не менее восьми линкоров. И тогда точно придется пересматривать все планы. Слишком уж сильным станет русский флот на Балтике, чтобы оставлять его за спиной. Не-е-е-т, — протянул последнее слово кайзер, — надо решать здесь и сейчас. Иначе другие решат за меня. — В тот момент кайзер еще не догадывался о том, что куда больше линейных крейсеров типа «Измаил» первый морской лорд Великобритании, сэр Джон Арбетнот
