Обязанностей у дворян по-прежнему было гораздо больше, чем прав. В случае ненадлежащего выполнения воинского долга дворянин с легкостью мог лишиться имущества и даже жизни. Дворяне часто были плохо обеспечены материально. Лишь некоторые из них не являлись на весенние призывы «по нерадивости». Большинство же просто не имело для этого достаточных средств.
Служилые «по прибору». В категорию служилых людей «по прибору» могли принять любого свободного человека, поскольку по роду службы это были воины (стрельцы, пушкари, рейтары, солдаты, пограничные казаки), а потребность в них никогда не иссякала.
Служилые «по прибору» обеспечивались земельными владениями (но не в индивидуальном, а в коллективном порядке). Кроме того, они получали денежное жалованье, могли заниматься торговлей и промыслами.
Изменение в положении крестьян. Зависимые крестьяне существовали еще во времена Киевской Руси. Однако это были частные формы зависимости. С XVI в. установилась зависимость крестьян как социального слоя.
Закрепощение крестьян было вызвано целым комплексом обстоятельств.
Прежде всего оно предопределялось низким уровнем развития производительных сил и низкой плотностью населения.
Уже в начале XV в. в крестьянской среде появился слой старожильцев, которые утратили возможность перехода с одного участка земли на другой, от одного землевладельца к другому. Некоторые удельные князья и бояре устанавливали у себя ограничение перехода неделей до осеннего Юрьева дня (26 ноября) и неделей после него (временем, когда урожай был уже собран и установился санный путь). В масштабах всей страны это ограничение было зафиксировано в Судебнике 1497 г.
Все же основная масса крестьян оставалась свободной. В Судебнике 1497 г. речь шла не о запрете на перемещение крестьян вообще, а о запрещении миграции крестьян-должников. Кроме того, ограничение перехода от одного землевладельца к другому касалось только главы семьи: именно он не имел права покидать землевладельца, не расплатившись с долгами. Взрослые сыновья владельца участка были свободны. Даже будучи должником, крестьянин в рамках своего княжества был волен менять поля столько, сколько того требовала хозяйственная необходимость.
Юридический статус крестьянина определялся обычным правом. Он не отвечал перед судом своим имуществом за проступки землевладельца, и наоборот — землевладелец не нес ответственности за крестьянина. При рассмотрении в суде уголовного преступления голос крестьянина-свидетеля приравнивался к голосу боярина и дворянина. Крестьяне привлекались к формированию местных органов управления. При переходе с одного земельного участка на другой крестьянин заключал с его владельцем договор об условии проживания: порядную грамоту (запись). В этом случае, как и в судопроизводстве, крестьянин являлся юридическим лицом.
Таким образом, возможность крестьянского перехода ограничивалась необходимостью уплатить землевладельцу пожилое — своеобразную плату за пользование двором и земельным наделом. В лесных районах оно равнялось 50 коп., в степных — 1 руб. По тем временам это была очень большая сумма: 1,5 т ржи стоили как раз 50 коп. Все это оговаривалось частным договором крестьянина с землевладельцем.
С наступлением XVI в. положение крестьян стало быстро ухудшаться, основной причиной чему стала тяжелая внешнеполитическая обстановка.
До ликвидации ордынского владычества русские княжества активную внешнюю политику не вели и больших войск не имели. Распад Золотой Орды привел, с одной стороны, к прекращению выплаты дани, но с другой — к необходимости держать в постоянной боевой готовности полки, чтобы отражать набеги Большой Орды, Крымского и Казанского ханств. Для этой цели и была создана поместная система: ратник обеспечивался земельным наделом с работающими на нем крестьянами, чтобы он мог приобрести вооружение, двух коней и прокормить семью.
В 1551 г. ограничение крестьянского выхода Юрьевым днем в отдельных регионах страны было отменено. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы остановить бегство крестьян. Между тем в 50-е гг. в результате разгрома Казанского и Астраханского ханств к России были присоединены земли Среднего и Нижнего Поволжья. Приблизительно тогда же началось освоение русскими крестьянами территории Дона (первая казацкая станица на Дону датируется 1549 г.). Вскоре купцы Строгановы при помощи нанятых отрядов казаков начали освоение Сибири. Вслед за казаками в Сибирь потянулись крестьяне и ремесленники. В ходе опричнины миграционный поток еще более возрос.
Уход на новые земли наиболее трудоспособной части населения грозил приобрести масштабы экономической катастрофы. Оставшиеся старики уже не могли обработать прежние большие поля и вынуждены были их сократить. К началу 70-х гг. XVI в. в некоторых районах заброшенными оказалось до 9/10 пашенных земель. Крупные землевладельцы различными посулами и льготами еще могли остановить разбегающихся крестьян, переманить их с земель бедного помещика, защитить от опричников. Мелкий же служилый люд разорялся. Поэтому в 1581–1582 гг. переход крестьян в Юрьев день был отменен по всей стране на неопределенное время. Этот период известен как заповедные лета.
Однако бегство крестьян на ничейные земли продолжалось. Поэтому в 1592 г. правительство провело всеобщую перепись земель, которая одновременно позволила установить, сколько крестьян принадлежит каждому помещику. Важнейшим следствием переписи стал закон 1597 г., установивший урочные лета — время поиска беглых крестьян (первоначально пять лет).
Однако, во-первых, крестьянин при этом не терял личной свободы. Расплатившись с хозяином земли, он (теоретически) мог идти куда угодно. Во-вторых, правительство стремилось лишь к восстановлению разоренного в предшествующие десятилетия хозяйства, поэтому свободу передвижения терял только глава хозяйства. Остальные же члены семьи — братья хозяина или его взрослые сыновья — по-прежнему имели юридическую возможность уйти куда и когда хотели. Таким образом, данную ситуацию следует рассматривать как экономическую меру, вызванную ухудшением положения хозяйства страны.
Между тем в начале XVII в. наступила Смута. В 1612 г. поляков выгнали из Москвы, и, казалось, должен был прийти долгожданный мир. Однако страну терроризировали многочисленные банды, а вскоре армии Польши и Швеции вновь пересекли наши рубежи. Правительству Михаила Федоровича пришлось увеличить налоги вдвое по сравнению с суммами конца XVI в. Крестьяне в ответ традиционно устремились на окраины страны. Этот процесс требовалось остановить.
Поэтому правительство пошло по пути увеличения срока сыска уже прикрепленных крестьян: в 1619 г. устанавливается пятилетний срок сыска, в 1637 г. — девятилетний срок, в 1641 г. — десятилетний. Тем же законом 1641 г. землевладельцы получили право в течение 15 лет требовать возвращения своих крестьян, вывезенных другими землевладельцами на свои земли. С 1649 г. крестьяне с их женами и детьми становились «крепкими» земле: Соборным уложением завершилось юридическое оформление крепостного права.
Однако, принимая эти решения, правительство всегда помнило, что у помещиков и государства разные интересы. Государству был нужен тяглец, выплачивающий подати и содержащий служилых людей с их семьями. Помещик же мечтал о холопах, то есть полностью зависимых от него крестьянах.
На протяжении первой половины XVII в. правительство заботилось прежде всего об интересах государства. Это выразилось в принятии целого комплекса законов:
♦ помещик был обязан предоставить крестьянину землю;
♦ он нес ответственность перед государством за исправную выплату крестьянами налогов;
♦ приобретать крестьян разрешалось только мелким землевладельцам — и не более двух крестьян за один раз (этот указ был направлен на укрепление финансового положения мелкого служилого люда; крупные землевладельцы и так находились на службе, и увеличение численности крестьян на их служебном рвении никак не сказывалось);
♦ в случае плохого несения государственной службы у служилого человека отбирались и поместье, и крестьяне;
♦ перед продажей, покупкой или передачей права собственности на крестьянина землевладелец должен был спросить разрешения местного пристава с последующим утверждением сделки этим же приставом и судом;
♦ ловить и возвращать беглых крестьян прежнему владельцу имел право не их хозяин, а местный пристав;
♦ побег крестьян рассматривался властями как государственное преступление.
В существовании этих законодательных актов как раз и проявился государственный характер крепостного права в России.
Итак, в середине XVII в. завершился процесс юридического оформления крепостного права. Его признаками были:
