— Ты веришь, что она поможет тебе получить этот титул, эта англичанка, из чьей спальни ты только что вышел?
— В твоих словах определенно есть доля истины. И прошу, перестань устраивать эти сцены ревности…
— Неужели ты думаешь, что я стану помогать этой девчонке… отнять тебя у меня…
Герцогиня шагнула вперед и положила ладонь на плечо Нейла.
— Поклянись мне, поклянись как на Библии, что ты не любишь ее, что она для тебя не более чем оружие, которое поможет тебе получить герцогский титул, поклянись мне… — Она внезапно замолчала, а затем прошептала, тяжело дыша: — Ты не можешь поклясться, потому что любишь ее… Я знаю, что ты ее любишь…
Нейл грубо стряхнул ее руку со своего плеча и снова подошел к столику с напитками.
— Ради всего святого, избавь меня от этого спектакля…
Но она будто не слышала его и, стоя посреди комнаты, монотонно шептала:
— Она погубит тебя… Я знаю это… Ты любишь ее, но эта любовь принесет тебе только смерть и разрушение… смерть и разрушение…
В ее словах было что-то настолько жуткое, что лорд Нейл изменился в лице.
— Замолчи, старая ведьма! Тебе не удастся меня запугать!
Герцогиня закрыла лицо руками. Она вся дрожала. Лорд Нейл отхлебнул бренди.
— Ты должна уяснить кое-что раз и навсегда, — грубо проговорил он. — Я — сам себе хозяин. Моя жизнь только начинается, а ты уже далеко не молода. Так вот: что бы я ни значил для Беатрис Рексхэм, равно как и она — для меня, это не имеет ни малейшего отношения к тебе. Я благодарен тебе за то, что ты пыталась сделать для меня… Я говорю «пыталась», потому что ни одна из твоих попыток не увенчалась успехом… Теперь я обзавелся другим помощником — точнее сказать, помощницей — и верю, что она не подведет меня. Ты должна посмотреть правде в глаза, моя дорогая: когда-то нам было хорошо вдвоем, но это время давно прошло. Ты должна принять факты такими, какие они есть, и постараться смириться со своим новым положением.
Нейл поставил пустой стакан на стол.
— Надеюсь, завтра мы и не вспомним об этой ужасной, отвратительной сцене, — сказал он, обращаясь к жалкой, дрожащей фигуре, стоящей у него за спиной.
Взяв свечу, он зажег ее от висевшего на стене канделябра и церемонно поклонился:
— Желаю вашей светлости спокойного сна.
Не дождавшись ответа, Нейл пожал плечами и вышел из комнаты.
Некоторое время герцогиня стояла на том же месте, где оставил ее Нейл. Потом ее колени подогнулись, словно у куклы, и она опустилась сначала в кресло, а затем сползла на пол. Ее воспаленные глаза наполнились слезами — скупые слезы отчаяния и безысходности… С жизнью в замке Скэг было покончено, и ей не оставалось ничего другого, как собираться обратно в Англию.
Глава 12
Проснувшись ранним утром, Иона почувствовала себя необыкновенно счастливой. Поначалу это ощущение было неясным и расплывчатым, словно воспоминание о каком-то полузабытом, но очень приятном сне, но, когда девушка окончательно пробудилась, она вспомнила: Гектор был на свободе!
Кэти рассказала ей, что, обнаружив утром пропажу пленника, люди Нейла сбились с ног в поисках, но, так и не найдя беглеца, решили, что здесь не обошлось без вмешательства потусторонних сил. Да, Гектору удалось бежать, и в этом ему помог сам герцог!
«Может быть, сегодня мне наконец удастся с ним поговорить, — думала Иона, совершая свой обычный утренний туалет. — Я расскажу ему о принце, о том, зачем я на самом деле приехала в Шотландию».
Так же как и любая другая женщина, которой предстояло решить трудную задачу, этим утром Иона постаралась уделить своей внешности особое внимание. После недолгих раздумий она остановила свой выбор на муслиновом платье цвета молодой листвы. Наряд был со вкусом украшен бархатными лентами, и, немного покрутившись у зеркала, Иона приколола к своим непослушным кудрям маленький бант в тон платью.
Спустившись в Малиновую гостиную, она не обнаружила там никого, кроме служанки леди Рексхэм. У девушки было довольно кислое выражение лица, и она поспешно и молча ретировалась, не удосужившись даже поздороваться с удивленной Ионой.
Несколькими минутами позже служанка вернулась, на этот раз в сопровождении лакея, несшего в руках серебряный поднос с вином и двумя бокалами.
Герцогиня не появлялась.
«Пожалуй, надо подняться в ее покои и поинтересоваться, как ее самочувствие», — решила Иона.
Последнее время герцогиня вела себя немного странно: за обедом почти все время молчала, а на вопросы отвечала односложно и весьма неохотно. Сначала Иона решила, что такое поведение ее светлости вызвано ревностью, которую провоцирует в ней леди Рексхэм, но прошлым вечером, сославшись на недомогание, Беатрис не спустилась к обеду, но даже ее отсутствие не слишком обрадовало герцогиню.
«Интересно, что думает о леди Рексхэм его светлость, — размышляла Иона, шагая по полутемным коридорам. — Если они окажутся наедине, герцог вряд ли сумеет устоять перед ее сладкими, как мед, льстивыми речами…»
В этот момент мимо нее снова торопливо прошла служанка миледи, в руках у нее было парчовое платье с нижней юбкой из лазурно-голубого атласа и пышным кринолином. Глаза Ионы погасли: рядом с таким великолепием ее собственный наряд выглядел дешевым, блеклым и давно вышедшим из моды…
«Могу себе представить, какой контраст представляем мы с леди Рексхэм в глазах герцога, — печально подумала она. — Одна — разодетая по последней моде, утопающая в бриллиантах красавица, настоящая светская львица; и я… молоденькая, наивная простушка, с которой даже не о чем поговорить…»
С этими мыслями Иона подошла к покоям герцогини и постучала. Ответа не последовало. Девушка прислушалась: в комнате определенно кто-то был. Она постучала еще раз, немного громче и настойчивее. На этот раз голос за дверью пригласил ее войти.
Переступив порог, Иона ахнула от удивления: вокруг царил страшный беспорядок, а посреди комнаты стояли четыре открытых сундука. Над одним из них склонилась служанка герцогини — она упаковывала и укладывала туда книги, шкатулки, фарфоровые статуэтки, миниатюры, нитки для вышивания, которые были разбросаны вокруг нее прямо на полу.
Сама герцогиня сидела за бюро, держа в руках толстые пачки писем, изящно перевязанные атласными ленточками.
— А, это ты, — не слишком вежливо поприветствовала она Иону, едва взглянув на нее припухшими от слез, красными глазами. — Входи, твоя помощь не помешает.
— Что происходит? — удивленно оглядывая комнату, спросила девушка.
Герцогиня и ее служанка молчали.
