давние, но Софьюшка не виновата. Он выбрал её, и уже давно, — нежно звучал голос Варвары.
— Как так получилось, что я опоздала? — с тяжёлым выдохом вопросила Лиза.
Софья подглядела в щель двери и видела, как ещё не закончившая одеваться Лиза опустилась в кресло и опрокинулась на его спинку, словно потеряла желание продолжать делать что-либо.
— Ты же уже сама замужем, — смотрела на Лизу сочувствующая ей Варвара. — Умоляю, прекрати страдать по Алексею.
— Я рада, что могу убегать от мужа сюда, проводить у вас хоть одну ночь, как раньше…. в кругу подруг, в кругу людей, которые поддержат, поймут.
— Давай-ка позову твою бывшую горничную, оденешься и поедем со мной на прогулку, — предложила вдохновившаяся Варвара. — Забудь ты его?
— Я постараюсь, — устало молвила Лиза, и Софья попятилась назад.
Что-то в груди сжималось, становилось так неприятно и страшно. Всё же прогоняя душащие предчувствия чего-то худого, Софья поспешила вернуться к кабинету, где, как знала, любимый беседовал с государыней… К счастью, вышедшая Шувалова позвала за собой, но тревога не отступала.
— Что-то случилось? — заметила её состояние Шувалова.
— Лиза, — только и молвила Софья, не находя иных слов, на что та с пониманием улыбнулась:
— Ах, милочка, не обращай внимания. Знаем, знаем, но её сразу выдали замуж, чтоб успокоилась. Муж молодой, любит её. Успокоится. А вот, — повернулась она к открывающейся двери, обратив внимание Софьи на входящего Алексея.
Та сразу выпрямилась, полная тревоги, и любимый поспешил заключить в объятия, извинившись тут же перед улыбающейся Шуваловой:
— Простите за проявление чувств, Екатерина Петровна… Софья, милая, что случилось?
— Я пыталась убедить Софи, что переживать уже не стоит ни о чём, — сообщила Шувалова. — А ещё есть предложение остаться служить при дворе.
— С детьми, — отозвалась сразу Софья.
— Ради Бога, как угодно, — засмеялась довольная Шувалова.
— Я хочу быть ближе к малышу, — взглянула в глаза удивлённого любимого Софья, и тот, вспомнив, как она трепетно всё время занималась подкидышем, имя которому тоже было Алексей, он нежно улыбнулся:
— Мы можем его и усыновить.
— Что? — смотрела Софья, не ожидавшая такого предложения, на что улыбка его стала ещё теплее, ещё больше:
— Ты ведь станешь моей супругой?
Прикусив губы от наслаждения видеть их счастье, Шувалова поспешила незаметно уйти, тихо закрыв дверь. Алексей же не дожидался ответа. Он приблизился к губам любимой, взгляд которой дрожал со слезами любви, и одарил их сладостным теплом поцелуя…
— Нет, — Софья повернулась вдруг к милому спиной, но он, обхватив за талию, упрямо прижал в объятия. — Этого не может быть.
— Перестань сомневаться, — прошептал Алексей, покрывая её шейку и щёки поцелуями. — Всё позади…
— Слишком много женщин мечтает о тебе, — прослезилась любимая, но Алексей так и продолжал целовать её, успокаивая:
— Мне нет дела до них… Пусть.
— Та же Лиза, — упрямо шептала встревоженная Софья. — Или же служанка Шуваловой…. Ульяна… Она называла тебя любимым… Так называла, будто ты обещал быть с нею.
— Никому я ничего не обещал, — повернул любимую к себе лицом Алексей. — Я просил Ульяну забыть обо мне. Елизавете твоей так же нечего ловить. Я твой. Твой!
— Ульяна, — отошла от двери подслушивающая Лиза.
Она оглянулась в пустом коридоре, убеждаясь, что никто её не видел, и вновь взглянула на дверь, за которой Алексей говорил с Софьей.
— Значит, надо заглянуть к Шуваловой, — прошептала она и скорее скрылась за углом, услышав, что дверь кабинета открылась…
— Всё равно страшно, — молвила Софья, покидая кабинет в объятиях любимого.
— Уедем ко мне в имение. Его достроили. Если согласишься, там и будем строить нашу жизнь вместе, — успокаивающе говорил любимый, веря, что ничто их уже не разлучит. — Обо всём остальном забудь, как страшный сон, прошу.
— Ты можешь такое забыть? — взглянула в его глаза милая, и Алексей, выдержав паузу, ответил:
— Могу, если мы вместе.
Софья молчала… Глядя в глаза его, давно желанного, по которому так страдала и к которому так рвалась всей душой, жив он или нет, она видела его такую же крепкую любовь… Их губы вновь сблизились в бережном поцелуе, перерастающем в поцелуй вечной преданности. Счастье теперь, казалось, будет с ними, а все преграды — уже ничто…
Глава — 40
Скорее приехали Алексей и Софья в дом Шуваловой, чтобы забрать дочь с собой в имение. Только их хотели проводить в комнату, где дочь спала под присмотром Алёны, в коридор вышла и Ульяна. Её взгляд, полный надежды на ответное чувство Алексея, был целеустремлённым. Она смотрела на любимого, но он пока не замечал её, обнимая Софью…
— Ульяна, — прошептала та, заметив её вдруг, и резко остановилась.
Только Алексей, проявляя равнодушие, слегка потянул Софью за собою, чтобы продолжить путь.
— Она так надеется, — прошептала Софья, когда они уже поднялись к комнатам на второй этаж, а любимый прошептал в ответ:
— Я не могу ей помочь и не собираюсь. Меня волнуешь только ты.
Видя в глазах его бескрайнюю любовь, которая грелась и в ней к нему, Софье стало легче. Они вошли в детскую комнату, где над двумя колыбелями стояла Алёна, а рядом — Николай… Оба, оглянувшись на прибывших друзей, сделали знак молчать. Дети сладко спали и души каждого радовались столь мирному их виду.
— Мы забираем Елену с собой, — прошептал счастливый Алексей другу и тот, такой же счастливый, прошептал в ответ:
— А мы сына… Наконец-то будем тихо-мирно дома жить. Приезжайте к нам, как устроитесь.
— Обязательно, — обещал Алексей. — У нас тоже теперь всё будет прекрасно, — обнял он снова смутившуюся любимую.
Оставившие их наедине друзья тихонько вышли из комнаты, и Алексей тут же повернулся к любимой, нежно обвив руками:
— Что же ты так всё сомневаешься?
— Страшно мне, — смотрела Софья в его глаза, а слёзы вновь навернулись. — Отнять тебя хотят. Да и достойна ли я, чтобы удерживать?
— Ты достойна большего. Твои сомнения сильны, но я одержу победу над ними, — шептал уверенный любимый и спросил. — Ты всё ещё любишь меня, или…
Софья не дала ему договорить, ласково прикоснувшись к его щекам и припав к губам крепким поцелуем. Долго целуясь, не выпуская из рук друг друга, они верили ещё сильнее в то, что судьба за них…
— И даже наши друзья счастливы все, — заметил Алексей в окно, как на дворе ласково шептались Алёна с Николаем.
Взглянув на них, соприкоснувшихся после поцелуя лбами с любимым, Софья улыбнулась:
— Неужели наступит счастливая пора? Бывает такое?
— Время верить, — улыбнулся в ответ любимый. — Вера в лучшее поможет отогнать любые беды. Я теперь это знаю. Правда, без удачи
