– Ай-яй-яй! Это ты глупо поступил, – притворно пожурил пленника Чаки. – Теперь уж нам придется сделать тебе бо-бо, а то ведь это будет неправильно – ты нас обидел, а за это полагается дать сдачи, верно?
Шестеренка краем глаза уловил неподалеку какое-то движение. В следующий миг прозвучал металлический голос:
– О, Великий Газма! Сколь любопытное зрелище! Имею ли я удовольствие наблюдать за распространенным способом финансового обмена?
– Не твое дело, – буркнул Чаки и, ссутулившись, шагнул к незваному гостю, в котором Шестеренка признал зенобианца – летного лейтенанта Квела. – Ты бы лучше шел отсюда, покуда цел.
– Ну нет, – решительно отозвался зенобианец. – Как я посмотрю, это один из моих сослуживцев! – Он подошел поближе. – Солдату негоже бросать друга в беде.
– Еще один шаг – и я ему печенку распорю, – предупредил тот бандит, что держал Шестеренку. – Держись подальше, тогда оба целы останетесь.
– Позволю себе выразить несогласие, – учтиво заметил Квел. – Опасность утратить целостность угрожает не нам, а вам. Будьте так добры, предоставьте свободу этому человеку.
– Размечтался! – хихикнул Чаки. – Значит, так, мы щас будем медленно-медленно отходить, а ты стой, где стоишь и не рыпайся, ежели хочешь, чтобы мы твоего дружка не порезали. Приятеля моего лучше не сердить, а то он нервный очень. Того и гляди сорвется.
– Какая жалость, – сказал Квел. Он остановился и прикоснулся к своему широкому поясу. – В таком случае, ему не повредит период временной бездеятельности. – Он вытянул перед собой руку и… что-то такое сделал. Шестеренку мгновенно охватило непреодолимое желание вздремнуть. Он смутно почувствовал, что рука, сжимавшая его горло, ослабла, что когда он падал на асфальт, рядом с ним упал и его враг. В полусне Шестеренка гадал что же такое произошло.
А потом рядом с ним очутился Квел.
– Отдыхай, друг, – сказал он, – и не печалься ни о чем. Я уже вышел на связь с Мамочкой, и она обещала прислать нам подмогу. Теперь все беды позади.
«Что бы он такое ни вытворил, он мне жизнь спас, вроде бы», – успел подумать Шестеренка перед тем, как потерять сознание.
– Не делаю ли я ошибки, продолжая доверять ему, Бикер? – рассеянно проговорил Шутт, отодвинул в сторону стопку распечаток, чтением которых он занимался за завтраком, и откинулся в кресле.
– Если я вас правильно понимаю, речь идет о Суси, сэр? – уточнил Бикер и поставил на блюдце кофейную чашечку.
– Именно о нем, – подтвердил Шутт. – Могу ли я по-прежнему доверять человеку, который способен завладеть моим счетом системы «Дилитиум Экспресс», или мне следует ликвидировать всякий доступ к моим деньгам и тем самым дать понять Суси, что я ему больше не доверяю? Ведь от степени доверия в один прекрасный день могут зависеть жизни всех и каждого во вверенной мне роте.
– Любому человеку приходится искать равновесие между степенью доверия и степенью самозащиты, сэр, – глубокомысленно изрек Бикер. – Как говорят, «доверяй, но проверяй». Существует информация, которую в вашей роте обязаны знать все до единого – это пароль дня, к примеру. Между тем к сверхсекретной информации допущены только избранные, и никому не кажется что этот факт является проявлением недоверия к остальным. И чем меньше будет людей, осведомленных в ряде вопросов, тем выше будет степень нашей безопасности. Мне кажется совершенно бесспорным вопрос о том, что доступ к вашим Деньгам должен быть ограничен.
Шутт отпил глоток сока и потер подбородок.
– Совет замечательный, Бикер, но вот в чем загвоздка – более надежной системы хранения сбережений, чем «Дилитиум Экспресс» пока никто не изобрел. Если Суси способен взломать этот счет, есть ли хоть какая-то система, взломать которую он не в силах?
– Может быть, такой системы и нет, – согласился Бикер, – но если «Дилитиум Экспресс» ненадежен, следует изыскать какую-то альтернативу.
– Наверное, ты прав, – вздохнул Шутт. – И очень жаль, что нам не удалось предотвратить распространение этих сведений. Но даже если бы мы задержали этого якудзу, где гарантия того, что он еще не успел сообщить о случившемся своим боссам, где, наконец, гарантия того, что некоторые догадались о том, что стряслось с моим счетом, исключительно с помощью сопоставления фактов?
– Верно, джин выпущен из бутылки, – кивнул Бикер. Лицо его было по обыкновению бесстрастно. – Теперь наша задача состоит в том, чтобы свести к минимуму неприятные последствия этого досадного недоразумения и попробовать, елико возможно, обратить случившееся нам на пользу.
– Не представляю, какую пользу мы могли бы извлечь из того, что теперь всем и каждому станет известно о том, что на мой счет кто угодно может забраться с ногами? – буркнул Шутт, встал из-за стола и заходил по комнате. – : Пока я вижу единственного, для кого эта история кончилась со знаком «плюс» – это Суси.
– А вот мне представляется, что мы могли бы извлечь известную пользу из уникальных способностей Суси, – задумчиво проговорил Бикер. – Порой распустить слух о том, что ты способен сделать то-то и то-то, это почти то же самое, как если бы ты на самом деле это сделал. А слух о том, что один из ваших людей умеет взламывать счета системы «Дилитиум Экспресс», очень быстро разлетится по криминальному миру. Это, несомненно, сподвигнет некоторых обладателей горячих голов на то, чтобы попытаться повторить подвиг Суси, но вы от этих поползновений будете защищены, так как заранее примете меры предосторожности в виде утроенной защиты счета.
– Понятно, – кивнул Шутт. – И покуда наши враги будут увлеченно заниматься взломом счета, они оставят нас в покое на других направлениях. Не сказал бы, что я в полном восторге, но выбирать не приходится. Но защиту моих денег нужно обеспечить так, чтобы самим при этом не утратить легкости доступа к ним.
– О, вот как раз на этот предмет у меня имеется предложение, которое, как мне кажется, должно вас очень заинтересовать, – сказал Бикер, и губы его тронула едва заметная улыбка.
– Вот как? – вздернул брови Шутт. – Ну, выкладывай, что ты там такое придумал.
Только Бикер открыл рот, чтобы ответить, как зажужжал сигнал – наручного коммуникатора Шутта.
– Да, Мамочка? – опасливо ответил Шутт, гадая, что за очередная беда обрушилась на его многострадальное подразделение.
– Приведи себя в порядок, миленький мой, да смотри, чтоб коленки не дрожали, – подготовил капитана к известию Роза. – Тебя по голофону вызывает твой возлюбленный командир.
– Генерал Блицкриг? – ахнул Шутт.
– Мне кажется, я не ошиблась, признав его, – проворковала Роза. – Я бы на твоем месте ответила ему поскорее. Конечно, я могу его помариновать, сколько надо, но не думаю, что он будет от этого в восторге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
