Читаем без скачивания Ананасная вода для прекрасной дамы - Виктор Пелевин

Вместе с расфасованным героином были изъяты ультратонкие dvd-боксы с двухсерийным худ. фильмом „Serenity of the Sirins“ с русскими субтитрами (картина рассказывает про банду русских педофилов, терроризирующих маленький городок на Среднем Западе). Футляры от dvd использовались в качестве разделочных подставок при изготовлении т. н. „дорожек“, то есть разовых доз наркотика. Предположительно, разделочные подставки были завезены в страну вместе с партией наркотического вещества».

Сперва власти не придали значения полученной информации — решили, что это какая-то идиотская самодеятельность, за которой вряд ли стоит чужое правительство или спецслужбы. Такой вывод был сделан из-за малограмотности сопровождавшего рисунки текста.

Однако эксперты ФСБ объяснили, что многочисленные орфографические ошибки и стилистические пездабряки, встречающиеся в надписях — это не проявление непрофессионализма, а, наоборот, тщательно продуманный элемент психологической войны. Подсознанию реципиента как бы нашептывается: Россия настолько уже ничего не значит на мировой арене, что нам даже лень тратиться на грамотный перевод — хотя из вежливости мы все еще делаем вид, будто бубним на вашем скифском наречии.

Эксперты напомнили, что этот прием широко применяют Госдепартамент, Голливуд и даже индустрия компьютерных игр, в которых единственное грамотно написанное русское слово — это «хуй» во весь экран, а если по сюжету должен появиться, например, корабль из России, то он будет называться «Зол Тереньтяк».

Кроме того, упаковочный материал был крайне высокотехнологичным.

Выходило, что это все-таки спецслужбы.

Такое развитие событий чрезвычайно встревожило власти. Перед ними опять замаячил старый кошмар — они решили, что Америка наплевала на все негласные договоренности и начала подготовку к цветной революции. В этом случае все сразу становилось на места — было ясно, что умелая психологическая обработка такой многочисленной и психически неустойчивой социальной страты, как героиновые наркоманы, внесет серьезный вклад в планируемые уличные беспорядки.

Однако сильнее всего власть была напугана полной незаметностью других симптомов надвигающейся бури. Выходило, подготовка идет полным ходом, а в Кремле о ней даже не подозревают. Это и было самым страшным. Как говорил Дональд Рамсфельд, катастрофа наступает не тогда, когда мы знаем, что чего-то не знаем, а тогда, когда мы этого не знаем.

Власть почувствовала себя плывущей в неясное завтра сквозь сгущающийся туман, и у нее сдали нервы. Словно перед Курской битвой, в Кремле решили нанести упреждающий артудар и разом выложили все козыри на стол.

В Баренцевом море всплыла подлодка «Св. Варсонофий» и запустила две баллистических ракеты по полигону Кура. Одновременно военные брокеры ГРУ из спецподразделения «Пикирующие Медведи» провели на нью-йоркской бирже диверсионный сброс акций, рассчитанный таким образом, чтобы запустить автоматический селл-офф по ключевым точкам индексов «NASDAQ» и «S&P», после чего началась двухдневная паника и доу-джонс рухнул на полторы тысячи пунктов.

А затем с носителя «RuTube» было применено новейшее информационное оружие — кассетный компромат-боеприпас оперативно-тактического калибра. Боеприпас имел множество отдельных инфоголовок, каждая из которых индивидуально наводилась на одного из потенциальных лидеров будущей цветной революции.

Неделю или две пользователи интернета могли наблюдать (избежать этого было почти невозможно), как малоизвестные широкой общественности люди оправляются в лесу, чешут яйца, мастурбируют в туалете и зевают (скорей всего, к открытому рту планировалось подмонтировать член, но в спешке об этом забыли).

Копромата (как его называли из-за физиологически-бытового характера) было много, и он быстро надоедал, поэтому каждые сорок две секунды черно-белый видеоряд перебивался цветными вставками с изображением условного зрителя, зырящего эту лабуду хмуроватыми зенками, изредка растягивая рот в ухмылку — так что ошибиться насчет требуемой реакции не было никакой возможности.

По поводу этих вставок много кто острил, но хотелось бы сделать одно серьезное замечание. Эта продвинутая, хоть и простая в реализации мета-ситкомовская технология называется на профессиональном жаргоне «ви-ви», или «the view of the viewer» — на экране на пару секунд возникают ржущие или недоумевающие зрители, с которыми непроизвольно самоотождествляется смотрящий передачу человек.

Это делается, чтобы снять возможное отторжение закачиваемого видеокода, мобилизуя свойственный всем крупным приматам инстинкт подражания. Здесь очень важен точный расчет временных интервалов, поэтому применение «ви-ви» курировал вольнонаемный американский профи.

Так вот, несколькими годами раньше тот же самый специалист участвовал в разработке анимационного ток-шоу, производимого системой «col1_0» для несанкционированных утечек в интернет. И это совпадение, на наш взгляд, парадоксальным образом показывает, насколько прочно уже вошла Россия в семью цивилизованных наций — хотят этого наши недруги или нет.

Дальнейшие события развивались стремительно. Американцы стали выяснять, с чем связана внезапная нервозность русских. После конфидециальных переговоров Москва получила заверения, что никаких дестабилизационных планов у американцев нет. А когда выяснилась суть проблемы, волновавшей американцев, российские дипломаты долго не могли поверить, что дело всего-навсего в одном позабытом сотруднике внешней разведки.

ФСБ получило команду немедленно отозвать Скотенкова на Родину. В обмен американцы обязались прекратить то, что Москва назвала «компанией психологического террора», хотя и предупредили — лежащих в пустыне листовок, возможно, хватит упаковщикам на годы. Но главным для российских переговорщиков было, конечно, не это. Развеялся туман политической неопределенности, который так отравлял жизнь высшим чиновникам страны, и на уходящих к горизонту трубах снова с осторожным оптимизмом засверкало солнце.

Довольны были все — кроме одного человека.

О том, как Скотенков встретил такой поворот судьбы, рассказывает катарский инвестор, воспоминания которого о битве пустыни и неба мы уже цитировали.

«Мастерская, где работал Аль-Эфесби, располагалась в просторном шатре, затянутом сверху маскировочными сетками. Шатер стоял среди кустов в небольшом ущелье, и был совершенно неразличим даже в нескольких шагах.

Я застал Аль-Эфесби в одиночестве. На нем были камуфляжные штаны и такая же майка. Мастерская была почти пуста.

У стены стояли подключенные к спутниковой антенне ноутбуки, обтянутые прозрачной пленкой. С экранов, покрытых засохшими плевками, лживо улыбались лица неверных (обычно во время работы Аль-Эфесби смотрел „CNBC“ и „Bloomberg“, иногда переключаясь на „MTV“). Поглядывая на них, словно для вдохновения, Аль-Эфесби трудился над новой сурой возмездия — и я впервые увидел, как это происходит.

На земляном полу лежало большое полотнище из сшитых друг с другом листовок, которые кяфиры уже много месяцев разбрасывали с неба на радость декханам и всем нам (братья использовали их для растопки и других хозяйственных нужд). Листовки были покрыты белой грунтовкой и соединялись в подобие холста, на котором Аль-Эфесби, как художник, создавал свои творения.

Полотно покрывали слова на языке кяфиров. Аль-Эфесби, хмурясь, взял баллончик с белой краской и закрасил часть надписи. Подождав, пока краска высохнет, он начертал поверх нее новые знаки, отошел и задумчиво вгляделся в написанное.

Поклонившись, я спросил, что означают слова на холсте. Я понимал, что мое поведение может показаться неподобающим, но Аль-Эфесби был в хорошем настроении.

Он сказал, что верхняя надпись уже готова и значит следующее: цензура для кяфирских СМИ есть не клетка, куда их невозможно посадить, как бахвалятся язычники, а скелет, который из них невозможно вынуть. Это не контролирующий их внешний фактор, а главный производимый ими продукт, именно то, для чего они существуют. Только цензуре подвергается не проходящая сквозь СМИ бессмысленная болтовня ни о чем, а сама реальность, исчезающая за смрадной информационной волной, которую они гонят на человеческие мозги по заказам хедж-фондов, этих гнойных упырей финансового сумрака, выскакивающих из смрадной тьмы, чтобы вырвать у простого человека заработанное непосильным трудом на старость.

Подивившись этим мудрым словам, я спросил, о чем нижняя надпись, которая пока состояла из разбросанных по листу слов, кое-где закрашенных белым (я заметил, что несколько раз повторялось словосочетание „uglosuckson schmo“).

Аль-Эфесби нахмурился и стал объяснять, что высшее искусство лжи не в том, чтобы врать все время, а в том, чтобы бросать в реку правды крохотные крупицы неправды, которые будут проглочены как истина — и в этом подлом искусстве у кяфирских СМИ нет равных. Они не заботятся о том, из чего будет состоять информационный поток, и не пытаются его контролировать — они всего лишь добавляют к нему в нужный момент каплю яда…