Читаем без скачивания Мы из Бреста. Рейд выживших (СИ) - Вячеслав Сизов

Выслать тех, кто сможет нас остановить можно только из Пружан. А это двенадцать километров по дороге на Оранчицы. Иного пути нет. Ну, а встретить, несущуюся на всех порах из Пружан помощь силами всего отряда сможем только так. Опыт есть. Можем даже мост не взрывать подождать преследователей и решить обе задачи вместе.

Оставшихся в городе сил охранного батальона для помощи аэродрому уже не хватит. Им бы город и пленных удержать. А мы не замедлим, ударим по аэродрому. Вообще было бы прекрасно взорвать все мосты, но это только бурные фантазии моего воспаленного мозга. Хотя, еще один мост во время отхода в пущу нам взорвать будет вполне по силе.

По аэродрому ударят снайпера и егеря. Расстреляем из безшумок дежурные посты и расчеты. Захватим часть зениток. По возможности так и будем действовать дальше от объекта к объекту, по — тихому выбивая часовых и дежурные расчеты. Следом за егерями пойдут штурмовики, блокируя палаточные городки и казармы. По завершении зачистки дежурных и захвата артиллерии они нанесут свой удар по основным силам врага. Пленных будем освобождать в последнюю очередь. Дальше по обстановке. Либо все сожжем, либо удастся выполнить задуманное.

Нужно еще раз провести проверку подходов к мосту и имению. И для успеха миссии придется ее сделать самому.

_____________________________________

Из неопубликованных воспоминаний Маршала Советского Союза Шапошникова Б. М. (АИ)

… В конце июня сорок первого года меня пригласил к себе Сталин. Поздоровавшись и предложив присесть он, зная о моей болезни, поинтересовался моим самочувствием. Я ответил, что чувствую себя хорошо. Затем он предложил мне ознакомиться с одним документом и высказать о нем мнение. После чего достал из стола толстый том в серой картонной обложке и протянул его мне.

— Со всем полностью я думаю вам знакомиться не надо, но вот те страницы, что с закладкой я думаю, вам будут интересны.

Сев за стол я вчитался в написанные мелким почерком строки. Это был план нападения Германии на Советский Союз. Там были перечислены все части как немецкие так и наши. Их состояние и расположение на начало войны. Возможные направления ударов. Много чего. Зная складывающуюся на фронте обстановку и действия немецких войск я понимал что написанное в тексте правда. Закончив читать, я спросил у Сталина.

— Откуда это? Если бы знать раньше все, то, что тут написано. Скольких бы ошибок мы могли избежать.

Сталин, держа в руке трубку и прохаживаясь по кабинету, ответил:

— В начале июня ко мне поступило несколько писем. Одно из них вы только что прочитали. Кто автор этого документа я не знаю. Мы не могли поверить на слово и должны были все досконально проверить. Факты, изложенные тут, нашли свое подтверждение. Жалко, что поздно, но, тем не менее, не все потеряно. Я надеюсь на вашу помощь в исправлении допущенных ошибок…

В начале июля я был вновь назначен на должность Начальника Генерального Штаба. Моим заместителем стал Василевский. Бывший Начальник Ген. Штаба генерал армии Жуков решением Ставки был направлен в войска. Где достаточно успешно командовал войсками Белорусского фронта в ходе Белорусской и Смоленской оборонительных операций…

Дальнейшие события войны во многом подтвердили изложенное в письмах. Часть из указанных событий не произошло. Или произошли, но немного по — другому, чем было описано. Используя сведения из писем, нам удалось избежать блокады Ленинграда, Киевской и Харьковской катастроф, удержать Крым…

В годы войны мне еще несколько раз пришлось изучать то письмо. Были еще письма, но я с ними ознакомлен не был. Полного доверия к ним насколько я знаю, у Иосифа Виссарионовича не было. Тем не менее, в качестве справочного материала он достаточно часто ими использовался.

Автор писем так установлен и не был. Что я могу сказать о нем. Мне показалось, что письма писал человек с военным образованием. Русский, долго живший за границей. В Англии или в одной из англоговорящих стран. О чем говорили очень уж специфические обороты употребляемые автором…

____________________

Вечером сразу после возвращения группы Сергея и ужина, воссоздав из песка макет аэродрома, его служб, вооружившись картой, мы засели за разработку плана атаки на него и на остальные цели. Думали и обсуждали его до позднего вечера, пока не вернулись с тренировки в лагерь штурмовые группы и остальные бойцы. Дав им немного привести себя в порядок, собрали командиров групп и подразделений для дальнейшей шлифовки плана.

Утром мы с Дороховым на моем бронетранспортере в сопровождении разведчиков выехали на разведку подходов к мосту. Карта это конечно хорошо, но свой не замыленный взгляд лучше. Выскочив на трассу, мы пристроились к колонне грузовиков двигавшихся в сторону Пружан. С колонной без проблем добрались до перекрестка дорог у слияния Мухи и канала Вец. Тут мы расстались с колонной. Она пошла в сторону Ружан, а мы повернули на Слободку (она же "Кошарка" или "Казармы").

О том, что рядом с городом расположен штаб армии практически ничего не говорило. Так пара постов, усиленных скрытыми под масксетями бронетранспортерами и легкими танками, стоящих на перекрестках дорог в сторону с. Чахец. Очень органично вписанные в окружающий ландшафт нескольких зенитных батарей и "кюбели" двигавшиеся в сопровождении охраны на мотоциклах вот и все видимые приметы большого штаба. Хорошо, что нам туда не надо.

У деревни Линево пришлось притормозить и осмотреться, где- то здесь находился 130–й ДУЛАГ, о котором в свое время мне приходилось читать. Насколько я помнил, на 12.07.1941 в нем содержалось около 6900 военнопленных, которые работали в рабочих командах по ремонту и восстановлению железных дорог. Он подчинялся 87–й пехотной дивизии и охранялся подразделениями 221 охранной дивизии. Лагерь находился на окраине деревни. До войны здесь несколько наших частей располагалось. Немцы тут неплохо устроились со всеми причиндалами необходимыми для такого дела. Пулеметные вышки, несколько рядов колючей проволоки. Лезть в лагерь мы не стали. У нас своя цель есть и пока мы ее не отработаем о чем — то другом говорить не стоило.

По дороге до жд. станции Оранчицы нас никто не проверял, не останавливал, документов не требовал. На въездах и выездах и на станцию постовые окинули нас взглядом и без вопросов подняли шлагбаум. К мосту мы ехали по полевой дороге вдоль жд. насыпи. Когда постройки станции скрылись из вида мои связисты, вооружившись кошками, залезли на телеграфные столбы и подключились к телефонному кабелю. Ничего интересного мы не услышали. Обычные беседы военного люда — доклад о положении на объекте, проследовании эшелона, заявка на продовольствие.

Вскоре мимо нас со стороны Бреста прошел грузовой состав, а ему навстречу пассажирский состав с ранеными. Уже на подъезде к мосту нас обогнал поезд охраны железнодорожных линий, спешивший в сторону Кобрина. На прицепленных к паровозу полуплатформах были установлены зенитные спаренные пулеметные установки МГ-34 и пара минометов. Расчеты и до взвода пехотинцев вольготно разместилось около них.

Дорогу к мосту преграждал шлагбаум и пулеметное гнездо. Вообще мост охранялся серьезно. По два ДЗОТа, по два 88–мм и 20мм орудия обвалованных мешками с песком, несколько пулеметных гнезд, траншеи полного профиля с каждой стороны моста. Все это дополняли колючая проволока по периметру и три капонира с установленными в них трофейными танками Т-26 в качестве средств ПТО. Еще над одним, со снятой башней, копошилось несколько солдат в трусах. Часовые торчали на зенитных позициях, шлагбаумов и на самом мосту. Остальной личный состав располагался в палатках рядом с ДЗОТами или купался в Мухавце. Просто тишь и благодать.

Наше появление никакого ажиотажа у часовых не вызвало. Дежурный унтер подошел, посмотрел протянутые мной документы и дал команду часовому нас пропустить. Единственное что просил, так это ускорить проезд по мосту, вскоре ожидался проезд эшелона. Словно такие как мы тут постоянные гости.

Отъехав от моста несколько километров, мы свернули в лес. Разведчики, что уже все здесь облазили, быстро определись на месте и, взяв с собой артиллериста и радиста, ушли к точке, откуда планировалось вести корректировку артогня по имению "Каштановка". Идти им было напрямик порядка четырех километров. И это без учета буераков, завалов, лесных ручьев, обхода деревни Речицы.

Мы же, вновь присоединившись к кабелю, слушали переговоры между станциями и мостом. Пока разведчики не вернулись, мимо нас прошло три эшелона на Барановичи и два в обратную сторону. В одном из них везли большую группу пленных. Мотодрезина тоже пару раз отметилась.

Артиллерист и радист вернулись, еле волоча ноги. Несмотря на тренировки, тяжело парням вот так по лесам за разведкой мотаться. Дорога, к усадьбе выбранная разведкой была на любителя — мазохиста по буеракам и звериным тропкам. Зато позволяла обойти все посты. Выбранное место позволяло видеть практически всю усадьбу и парк у него. Радиосвязь работала устойчиво.