В ответ на воззвание ЦК РСДРП(б) волна демонстраций протеста против антинародной политики Временного правительства под лозунгами «Долой войну!», «Вся власть Советам!», «Долой десять министров-капиталистов!» прокатилась по всей стране.
Демонстрации состоялись во многих городах Центральной России, а также на Украине. Здесь на призыв местных комитетов РСДРП(б) откликнулись революционно настроенные рабочие и солдаты Киева, Харькова, Луганска и других промышленных центров. Над колоннами демонстрантов реяли красные знамена с большевистскими лозунгами, а на митингах принимались резолюции с требованиями положить конец политике соглашательства с буржуазией и передать всю власть в стране Советам. И хотя кое-где эсеро-меньшевистским руководителям исполкомов местных Советов удалось на неделю-другую оттянуть проведение демонстраций, они все же состоялись и почти везде выявили чрезвычайный рост политической сознательности масс и влияния большевистской партии среди рабочих и солдат.
Тысячи революционных рабочих и солдат Киева вышли на демонстрацию 18 июня 1917 г. под знаменами большевиков. Приспешники Временного правительства пытались остановить их колонны, но демонстранты прошли по центральной магистрали города — Крещатику, а затем у здания Совета рабочих депутатов провели многолюдный митинг.
Под лозунгами «Вся власть Советам!», «Долой буржуазное правительство!», «Да здравствует социализм!» вышли на демонстрацию рабочие большинства предприятий Харькова.
Бурно прошли июньские дни в ряде городов и поселков Донбасса. В Юзовке 25 июня рабочие вышли на демонстрацию отдельной колонной под большевистскими лозунгами вопреки попыткам соглашательского руководства местного Совета устроить в этот день шествие в поддержку наступления на фронте. Против рабочих был брошен отряд копной милиции. В связи с тем, что в юзовской демонстрации принимали участие и рабочие соседних рудников — Берестово-Богодуховского, Пастуховского, Григорьевского, этот инцидент был резко осужден на многих рудничных собраниях большевиков и рабочих митингах.
Острая борьба предшествовала проведению демонстрации в Екатеринославе. Соглашательское большинство Совета несколько раз откладывало ее проведение. Против действий меньшевиков и эсеров решительно выступили пролетарии города, и в первую очередь коллектив Брянского завода. В ответ на решение Совета об очередном изменении даты демонстрации рабочие снарядно-прессового цеха на собрании 27 июня заявили: «Мы, рабочие, будем протестовать». Под нажимом комитета РСДРП(б) и революционных масс пролетариата соглашатели вынуждены были сдаться, и 2 июля 1917 г. демонстрация все же состоялась. 4 июля большевистская «Звезда» писала: «Все крупные заводы вышли под нашими лозунгами. Начиная с 9 час. утра, проспект был залит морем волнующихся знамен. Один за другим проходили Брянский, Трубный и заводы Заднепровья. Стройными рядами… по-военному прошла рабочая Красная гвардия. Под знаменами Екатеринославского комитета рабочей партии шли не только заводы, но и отдельные организации и союзы… Знамен с доверием Временному правительству было всего лишь несколько единиц»[95].
Авангард революционного пролетариата Украины в июньские дни 1917 г. решительно заявил о полном недоверии политике соглашателей. Многие рабочие выражали протест выходом из меньшевистской и эсеровской партий.
Вместе с рабочими активное участие в июньских демонстрациях приняли солдаты гарнизонов Киева, Харькова, Екатеринослава, Одессы, Николаева, Винницы, Кременчуга и других городов Украины. И везде они проявляли возросшую политическую сознательность и стремление к объединению революционных сил. Особенно организованно прошли июньские выступления трудящихся в крупных промышленных центрах.
Июньская демонстрация в Петрограде свидетельствовала о падении среди рабочих и солдат доверия к мелкобуржуазным партиям и росте авторитета большевистской партии. «…18-е июня, — писал В. И. Ленин, — было первой политической демонстрацией действия, разъяснением — не в книжке или в газете, а на улице, не через вождей, а через массы — разъяснением того, как разные классы действуют, хотят и будут действовать, чтобы вести революцию дальше»[96]. Июньские демонстрации в других городах проиллюстрировали глубокую поляризацию классовых сил в стране и назревание нового политического кризиса. В. И. Ленин отмечал: «Политический кризис, по признанию самих эсеров и меньшевиков вечером 18 июня, разразился бы наверное, если бы его не перерезало наступление на фронте»[97].
План Временного правительства с помощью наступления на фронте задержать нарастание революции соответствовал интересам империалистических кругов Франции и Англии, которые именно в это время усиленно требовали от него соблюдения «союзнических» обязательств и активизации военных действий. Российская буржуазия сознательно шла на авантюру, лишь бы доказать свою верность союзникам и одновременно воспользоваться наступлением на фронте для подавления революционного движения в стране. В случае успеха наступления власть Временного правительства, по мнению буржуазии, настолько окрепла бы, что оно получило бы возможность разгромить Советы, а в случае провала неудачу наступления можно было бы снова-таки свалить на большевиков. «Наступление, — указывал В. И. Ленин, — при всех возможных исходах его с военной точки зрения, означает политически…укрепление основных позиций контрреволюции»[98].
Для наступления был избран отдаленный от ведущих промышленных центров Юго-Западный фронт. Но даже и на этом фронте, где засилье соглашателей в солдатских Советах и комитетах было большим, чем на Северном и Западном фронтах, в ряде полков — Гренадерском и Павловском, 47-м Сибирском, в 12-й и 13-й стрелковых дивизиях 7-го Сибирского корпуса (7-я армия) солдаты отказались занять исходные рубежи. Прокатилась волна демонстраций, митингов, участники которых принимали антивоенные резолюции. Солдаты 66-й дивизии 7-й армии даже открыли огонь по артиллерийскому парку, который поддерживал решение о наступлении. В 11-й и Особой армиях также было немало отказов от участия в военных действиях. В 11-й армии, например, воспротивились перегруппировке и переходу на боевые позиции 627-и и 625-й гвардейские егерские и 419-й полки, полностью 20-я дивизия и др.
Репрессивными мерами, в частности расформированием революционно настроенных частей, командованию удалось сломить сопротивление солдат. Определенную роль сыграли и насаждаемые соглашателями иллюзии, будто успешные военные действия ускорят окончание войны.
18 июня 7-я и 11-я армии Юго-Западного фронта развернули активные боевые операции. 27 июня даже удалось взять Галич, а 29 — Калуш. Однако плохая подготовка наступления (Юго-Западный фронт к этому времени ощущал колоссальный недостаток не только в оружии и военно-техническом снаряжении, но и в продовольствии и обмундировании) и растущее нежелание солдат воевать за чуждые им интересы обусловили ею провал
Войска противника, прорвав фронт в районе Тернополя, 6 июля перешли в контрнаступление. 11 июля они захватили Тернополь, 21 — Черновцы Значительная часть территории Украины — до Волочиска и Каменца-Подольского — оказалась в их руках. На протяжении месяца кровопролитных боев (18 июня — 21 июля) Юго-Западный фронт потерял около 150 тыс. убитыми, ранеными, пленными. Так позорно провалилась преступная авантюра буржуазии. Это углубило политический кризис в стране и вызвало еще большую ненависть трудящихся к Временному правительству.
Борьба большевиков Украины против буржуазного национализма за интернациональное единство трудящихся. В период перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую национально-освободительное движение вступило в новый этап развития. Претворяя в жизнь разработанный В. И. Лениным в Апрельских тезисах курс партии, большевики наполняли лозунги по национальному вопросу новым историческим содержанием, связывали национально-освободительное движение с борьбой за победу социалистической революции. «Выставляя принцип права народов на самоопределение, — отмечалось на Апрельской конференции РСДРП(б), — мы поднимаем тем самым борьбу против национального гнета на высоту борьбы против империализма, нашего общего врага»[99]. Последовательное отстаивание большевиками права наций на самоопределение способствовало наиболее полному раскрытию творческой активности задавленных веками социального и национального гнета народов, определяло их заинтересованность в дальнейшем развитии революции. Ведя за собой трудящиеся массы на решающий штурм капитализма, пролетариат обеспечивал условия для успешного осуществления революционной программы национально-освободительной борьбы.
