Ия вздрогнула от неожиданности, поняв, что перестала следить за своим окружением и не засекла того, кто последовал за ней. Того, кто смог проникнуть сквозь туман, не потревожив.
Не отрываясь от колонны, повернула голову и посмотрела через плечо в серую туманность, откуда незнакомец обратился к ней.
— Кто вы? — коротко спросила она и добавила настойчиво, — Как смогли пройти через завесу?
Из туманных вихрей выступил мужчина. Приглушенный свет, заглядывающий в зал из проема, осветил высокую фигуру в черных одеждах. Никаких коротких тог и легких тканей. Он был облачен в плотные одежды воина. И не торопился рассказывать, как прошел через туман и зачем ее искал.
Ия безотчетно вскинула голову, как всегда, когда чувствовала по отношению к себе неодобрение, осуждение или вызов. Слегка свысока посмотрела на того, кто нарушил ее уединение. Осмотрела короткие черные волосы, торчавшие ежиком, глубоко посаженные неожиданно светлые глаза на смуглом лице, поджатые губы, твердый подбородок, отметила закрытую одежду, скрывающую всю его фигуру по подбородок, нагрудник и штаны из кожи, заправленные в высокие сапоги. Одежда воина или охотника. Что нужно ему в ее доме?
В глубине души встревожившись не на шутку, она никоим образом не показала этого и лишь пристальнее взглянула на его лицо. Это был тот самый деймос. Кажется, брат назвал его "вторым".
Мужчина остановился на расстоянии вытянутой руки. И снова, как тогда в зале, смотрел, не отрываясь, на нее.
Ия мысленно фыркнула. Нашел кого смущать взглядом. Хотя…образец впечатляющий. Если бы не эта непонятная, неунимаемая тревога, что в конец испортила ей вечер, она бы нашла ему применение. Возможно.
Девушка усмехнулась. Каким бы талантливым этот деймос не был, в этом доме только она всемогуща. Если он будет ее донимать, она его выкинет отсюда. В один момент. Время пошло. Пусть докажет, что заслуживает оказанного ему гостеприимства.
— Вам скучно среди гостей? — почти равнодушно поинтересовалась она, вернувшись к созерцанию сада в воде, — Напитки, вроде бы не закончились…
Сказав это, она вспомнила про свой бокал. Не глядя, поднесла его к губам и только тут заметила, что он пуст. Обидно.
Мужчина усмехнулся. Протянул руку и забрал из ее руки пустой бокал. Во второй руке он держал сразу два, которые и протянул ей. Один с темным напитком, другой с золотистым. Ия слегка улыбнулась и взяла один.
— Вы пришли напоить меня? — спросила она и без проверки отпила светлый напиток.
— На меня это не действует, — продолжила, — Отравить тоже нельзя. Я же не зря дочь воды.
— Разве ты не знаешь, что там нет ничего опасного, Ия? — мягко ответил вопросом на вопрос он, — Твоя завеса для меня ничто. Моя сущность способна даже поглотить ее.
— Спасибо, что этого не сделал, — с сарказмом отозвалась она, — Иначе все здесь утонут.
— Я так и подумал. Ты завязала весь контур воедино. И окна, и двери, и территорию дворца. Это опасно, Ия. Все может рухнуть в один момент.
Она вопросительно приподняла брови и снова сделала глоток. Дело принимало непредсказуемый поворот. Девушка вновь искоса посмотрела на собеседника, пытаясь припомнить, где и когда они в последний раз встречались, что он так запросто общается. Все же от посторонних она такое не принимала.
Но его голос ей был определенно знаком. И руки знакомые. Дальше она решила не думать, что еще ей в нем знакомо, задумавшись об ином. Более важном, как оказалось в этот момент.
В последнее время она избегала пиры и празднества. Последним, если ей не изменяет память, была разгульная пьянка у Фавна несколько лун назад.
Она вернулась в Верхний мир после встречи с Танатосом сама не своя. Долго металась по своим комнатам в материнском дворце, не смогла самостоятельно успокоиться, а потому отправилась искать утешения. И попала к Фавну, который как истинный друг в беде и тревоге ее не оставил.
Откуда-то возникли бутыли с нектаром. Потом им срочно потребовалась компания, и они начали вызывать знакомых. К моменту смены дня дом Фавна едва вмещал всех желающих повеселиться. В приходом нового дня она покинула гостеприимную компанию, отправившись строить свой дворец.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ия поморщилась. Тогда она сознательно напилась и старалась быстро не протрезветь. Не сказать, что она этим гордилась. Да, такое было и не раз.
Девушка обычно выкидывала эти случаи из памяти, завидуя Лете, которой это удавалось без каких-либо усилий. Сложнее было потом объяснять случайным кавалерам, что продолжения не будет. И почему все непременно хотели продолжения? Из-за ее происхождения и дара?
Им было легче поймать ветер, право слово. Ее мать связала себя узами, потому что так было задумано. Свободолюбивую Уну никто не смог уговорить на такое. Как и других сыновей и дочерей Эо и Каведа. Кроме Астия, который оказался толи более податливым, толи расчетливым, если принимать во внимание, кто стал его женой.
Ия снова покосилась на деймоса, который растворил пустой бокал и облокотился о колонну плечом к ее плечу, продолжая ее разглядывать. Богиня с трудом заставила себя оставаться на месте и не отодвинуться.
Конечно, можно было повторить прошлую встречу, раз уж настолько его впечатлила, усмехнулась она. Между прочим, сама тоже не жаловалась на отсутствие более, чем приятных воспоминаний.
Только… она бросила на него искоса взгляд, заметила, что он следит за ней, и решила, что это будет откровенной глупостью с ее стороны. Брат был прав, говоря о вопиющей глупости, хотя не так уж он и знал этих суровых парней из Нижнего мира.
— Э…, — неопределенно протянула она, снова отвернувшись от него и пытаясь подобрать слова, пока наконец не выдала наиболее нейтральное и откровенно фальшивое, — если что-то между нами было, то я этого не помню.
Мужчина внимательно на нее посмотрел и покачал головой.
— Способности Леты не заразны, — с нарочитым сочувствием сообщил он, отпивая из своего бокала.
Девушка на миг зажмурилась и попросила:
— Я не могу и не хочу сейчас об этом говорить….Я даже не помню, как тебя зовут, — беспомощно призналась она.
— Адриен, — вынужден был представиться он и добавил как положено, — Очень приятно.
Она согласно кивнула и отсалютовала бокалом, предпочитая напиток неприятному разговору. Нынче "везло" на желающих с ней поговорить по душам.
Деймос понял, что больше ничего не добьется, а потому с заметным раздражением, но все равно настойчиво сказал:
— Мы уходим. Я забираю сестер. Ия, давай не откладывать разговор надолго. Нам есть, что обсудить.
В ответ девушка привычно легкомысленно рассмеялась, отодвинулась разом и от мужчины, и колонны и, вскинув голову и посмотрев в серьезное лицо собеседника, сочувственно поинтересовалась:
— Все настолько серьезно? Не пугай меня, Адриен. До этого момента я была уверена, что для мужчин не бывает последствий…
— Ты не настроена общаться, я понимаю, — терпеливо откликнулся он и серьезно поинтересовался, не сводя с нее глаз и не давая увести разговор в сторону, — Я могу тебе чем-то помочь?
— Нет, — покачала она головой, — но я сообщу, если мне понадобится помощь. Хорошо? — обезоруживающе улыбнулась, взмахнула длинными ресницами и бросила лукавый взгляд, слегка смягчая фактический посыл мужчины в далекие дали.
Он вздохнул и согласно кивнул. Для чрезвычайно открытой и общительной, какой она казалась на первый взгляд, Ия умело закрывалась ото всех, если не желала общаться.
— Всего самого лучшего, Ия. До скорой встречи, — сказал он обязательные слова, которые вряд ли отражали его состояние, и, сделав шаг назад, растворился в тумане, возвращаясь в зал к гостям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ия раздраженно выдохнула. Да как же это все надоело! Сколько можно? Она чувствовала себя загнанной в угол. Как же она могла такое допустить?
— Ия, мы уходим. Ты нас проводишь? — мягко позвала ее Хита из тумана.
Бокал, как бы сам собой, с легким звоном разбился в ее руке. Напиток выплеснулся. Капли и брызги на мгновение зависли в воздухе образуя хаотичный рисунок, повинуясь воле госпожи, а потом осыпались на пол. Часть недавнего напитка потекла по ладони, смешиваясь с кровью из ранки.
