будешь! — решила немного построить из себя злючку — колючку.
— Хорошо. Если Лешенька напортачит — можешь смело отбирать у него леденец и ставить в угол! Только по попе бить не надо и уколы ставить тоже не нужно! Нельзя детишек обижать! — заявил великовозрастный детина.
— Я подумаю, — ухмыльнулась, представляя, как его наказываю. На ум, кроме эротических игр, ничего не приходило. — Ладно, давай спать. Если нам повезет — вставать через три часа, примерно полчетвертого, — улеглась поудобнее.
— Давай поспим. А то взгляд у тебя что — то кровожадный стал. Боюсь не дожить до утра, — ухмыльнулся Леха, как будто сумев прочитать все мои мысли.
Второй раз нас Вика позвала в четыре утра. Тут наша команда справилась намного быстрее и уже через пять минут Вика спала. Не привыкшие разрывать ночь такими спонтанными подъемами — мы спали уже через шесть минут.
Глава 29. Новая пакость или сон в руку, 27 октября
Ровно в семь утра и ни минутой больше, как и предупреждала Катюшка, нас разбудило детское агуканье. Вика мило улыбалась во весь свой беззубый рот и рассматривала натяжной потолок в зале.
Я вынула ребенка из кроватки и начала ей показывать различные игрушки: все, что смогли с Лехой найти. Вика с интересом рассматривала каждую вещь, которую я ей протягивала, и сосала пальчик. Похоже, у нее скоро проклюнутся зубки — слюни текли рекой. Я вынула из подготовленной сестрой сумки ватные диски и вытерла племяшке ротик.
Леха в скоростном режиме оделся и забрал у меня девчушку. Я тоже не стала мудрить с гардеробом — одела вчерашнее. Все равно Вика испачкает меня всю — она очень любит бублики. Эти челночки она может мусолить до образования каши. Главное, чтобы бублик не поломался, а то подавится.
Спустились вниз, а там уже мамуля хозяйничает, кушать готовит. Странно, что наверху мы не уловили вкусных запахов, идущих с кухни, и грохота посуды.
— Встали, мои хорошие? — с улыбкой встретила нас мама и сразу засюсюкала: — А кто такой замечательный подкрепиться хочет? Кто у нас голодненький?
Леха своей рукой поднял Викину крошечную ручку и сказал за двоих:
— Мы!
— Мои ж вы умняшечки! Сейчас накормлю! Вам на завтрак я драников нажарила и запеканку творожную сделала. На обед лапша куриная будет — на плите доваривается. А чем будет завтракать наша принцесса? Что такие хорошенькие девчонки кушают? — щебетала мама.
— По инструкции, тщательно нами изученной, — профессорски начал Леха, — данный ребенок съедает пару ложечек брокколи и немного картофельного пюре не повредит. Всего совсем по чуть — чуть, прикорм только вводится.
— Понятно. Тогда кормите сами, пока что предложите брокколю — а там и пюрешка сварится. Я щас, мигом, — засуетилась снова мама.
Вике повязали очаровательный розовый фартучек и начали прикорм. Богатырев аккуратно придерживал Вику, а я подсовывала ей ложечку с подогретой в воде брокколи. Вика жмурилась и кривилась, так как только начинала привыкать к новой пище, но кушать ей хотелось и броколли не казалось ей противным.
Вика продегустировала примерно три ложечки брокколи и открыла рот, смешно сморщив носик. Я радостно воспользовалась такой хорошей возможностью и всунула в ротик ребенку четвертую ложечку. Это стало моей ошибкой!
Вика оглушительно чихнула, и я вся с ног до головы оказалась в зеленую крапинку! Мама с Лехой дружно прыснули, после чего совсем заржали в голос. Странно, что Вика не испугалась такого ржача!
Я провела ладонью по лицу, стирая зеленую жижу с щек и носа. Эх, если искать плюсы, то такие тоже есть — я как раз не умывалась! Минус — брокколи плохо отстирывается, особенно, если не застирать сразу. Хана всем вещам!
— Ты на Шрека похожа! — все еще подвывал от смеха Леха.
— А ты — на сопливую девчонку! — огрызнулась я и пошла в ванную.
Ну, раз трапеза у Вики закончена — можно и себе уделить немного времени. Я сняла джинсы и водолазку, оставшись в трусах и майке. Умылась, почистила зубы и натянула на себя леггенсы, которые висели на батарее. Замочив вещи в тазу и пройдясь по ним хозяйственным мылом, отправилась завтракать.
Ротик Вике так никто и не вымыл, так что пришлось этим заняться мне. Мама тут же унесла сытенькую чистюлю наверх играться с погремушками, а мы сели покушать.
— Лер, когда ты сердишься — то не Шрека, а Халка больше напоминаешь! Ну не дуйся! Ты у меня самая лучшая! — мирился подлиза. — Правда — правда! Просто реально смешно вышло!
— Ладно! Ты просто невозможный тип! Я даже рассердиться на тебя толком не могу! — сдалась я, набивая рот впопыхах.
— Лер, вот если ты сейчас рот порвешь — то Джокером будешь! — припечатал несносный Богатырев. Я засмеялась, выплевывая обратно драник.
— Лех, блин! Я не рот, а кишки порву от смеха! Прекрати под руку говорить! — жалобно попросила я, все еще держась за подрагивающий живот.
Покушав, поднялись наверх, чтобы сменить маму. Она пошла доготавливать обед и тоже хотела почитать инструкцию по уходу за Викой, чтобы больше нам помогать.
День был ясным и безветренным, хотя такого тепла, как пару дней назад, уже и не предвидится. Мы с Лехой накинули толстовки с капюшонами, утеплили в пухленький дутенький костюмчик Вику и пошли на прогулку подышать свежим воздухом.
Вика лежала в коляске и мило хлопала глазками, изучая небо, нас и все, что только могла увидеть из лежачего положения. Мы с Лехой по очереди вспоминали сказки, дополняли друг друга или переиначивали истории на новый лад.
Богатырев через двадцать минут прогулки решил потаскать Вику на руках, тем самым делая ей обзор окружающего мира шире и многограннее. Он подкидывал ее и играл в самолетик, а я поняла — что он на самом деле очень любит детей и будет отличным отцом.
— Леш, а сколько детей ты хотел бы? — спросила, не удержавшись.
— Вау! Неожиданно! — слегка опешил парень. — А что, ты уже готова мне родить? — в лоб задал нескромный вопрос.
— Вот дурак! — покраснела как синьор — помидор. — Нет, думаю, я еще не готова! У нас кроме поцелуев ничего еще и не было! Так что не надо мне такие провокационные вопросы задавать! Мне просто интересно стало.
— Не знаю, — задумался Леха. — Двое — это минимум! А там и третьего было бы неплохо, — ослепительно улыбнулся парень и подмигнул. — А ты?
— Аналогично, — одарила его ответной улыбкой.
— Ребята! Привет! — услышали мы голос Агаты где — то за спиной. Мы обернулись и увидели саму девушку. В одной руке она держала
