Пока, Визант не до такой степени изучил Париж, чтобы ему назначали встречу. Не мудрствуя, он связался по указанному номеру, где ему ответили на английском, без американского акцента, и предложил неизвестному лицу сад Тюирли.
Следующего дня, в саду, на одной из скамеек он узнал связного. Мужчина средних лет, в сером плаще, в шляпе, напоминавшего буржуа или комиссара из полицейских сериалов, просматривал, как и условились, глянцевый журнал, рядом лежал зонтик. Внимательно и спокойно посмотрев на подсевшего Византа, представился Артуром Воленталем, начав разговор на натянутом французском, а затем, к удивлению собеседника, перейдя на русский, который у него страдал лишь от лёгкого акцента, характерного для соотечественников, переехавших с десяток лет назад заграницу.
- В вашем посольстве меня никто не знает. Вы, первый. Я держу связь через своего человека. Расскажите мне подробно, что с вами произошло позапрошлой ночью.
- Неужели вы уже знаете об этом?
- Нет, пока я ровным счётом, ничего не знаю. Кроме того, что соседи ближе к утру, заметив, как два человека, выносили из подъезда тяжелый предмет, длиной с человеческий рост, завёрнутый в одеяло, вызвали полицию. Сыщики обнаружили следы убийства, наспех смытую кровь. Вы там были зарегистрированы под фамилией Шмидт, швейцарца по документам. Камеры наружного наблюдения снимали вас, так что и снимок у полиции имеется.
- Да, это верно, - проронил Александр, обескураженный осведомлённостью нового знакомца. - У вас такие обширные связи с французской полицией?
- Вы сделали ошибку, что не позвонили сразу в своё консульство, - Воленталь не заметил последний вопрос. - Там бы убрали следы. А теперь есть опасность, что этот факт просочится в прессу. Отчасти, это будет означать провал.
- Не знаю, какой провал вы имеете в виду, но я готов вернуться домой, раз такое дело, - оскорбился Визант, хотя возвращаться на родину, ему совсем не хотелось.
- Ээ… дорогой друг, у нас не клуб по интересам. Я, кстати вас выбрал, и отвечаю за этот выбор. Вас всё равно будут искать. И не только полиция, но и какие то другие враги, которые охотятся на вас не понятно почему. Возможно, им нужны служебные тайны, которые мы как раз и пытаемся скрыть, или напротив, разузнать.
- Меня много раз запугивали. Мне это не вновь, - отвечал Александр на менторский тон собеседника.
- Я знаком с вашей биографией и с вашими характеристиками, без этого я бы не делал на вас ставку. У меня нет привычки запугивать, я знаю цену словам. Вы можете выбрать свободу, хоть с этой минуты. Но тогда вы теряете нашу защиту. Я имею в виду свою службу. А как будет ваша страна с вами разбираться – не имею представления, - беспристрастно рассудил этот Воленталь, не оставляя как бы надежды, что будет дважды предлагать Византу вступить в его ряды, неизвестно зачем и в качестве кого.
- После той ночи я никому не должен доверять, и вам в том числе.
- Выбор то у вас невелик. Да и с деньгами, похоже, становится туго. На родине ваша свобода будет ограничена.
Визант даже и бровью не повёл на замечание относительно средств, чтобы не выдать тайну сокровища Отиса и его причастность к нему. Неужели этому лису и про бриллианты известно?
- И всё же вы меня принуждаете. Ясно даёте мне понять, что, не работая с вами, я становлюсь лёгкой мишенью.
- Думайте что хотите. Я не призываю вас к государственной измене. Всё это с согласования вашего начальства, в рамках борьбы с терроризмом и коррупцией. Одно скажу, я чувствую, что мне с вами рано расставаться. И уж никак не думал, что вы отступите при первой неудаче. Впрочем, в нашем деле, два раза не приказывают и уж тем более не предлагают, - равнодушно заметил незнакомец, опустив свой баритонный голос.
- Я не из тех, кто отступает. Но не обязательно меня интриговать путём комплиментов и угроз. Я хочу знать, зачем я здесь, прежде чем что-то делать. Пока я этого не понял. У меня предчувствие, что и вам я нужен как наживка, но на какую пасть, хотел бы разобраться. А придётся пуститься в бега – значит, так тому и быть, - нервно и категорически отвечал Александр.
- Но вы ведь не рассказываете, что с вами произошло. Это может скорее вас спасти.
После убийства, такого душевного гнёта, Александр не испытывал даже во время несправедливого осуждения. Всё представлялось так, будто однажды, чья то дурная воля втянула его в одно несчастье, а оно оказалось лишь звеном в нескончаемой цепи зла. И этот тип, со своими утешительно подавляющими речами, лез с лупой в его душу, чтобы вставить свой манипуляционный робот. Сколько раз над ним производили такие эксперименты.
- Я вижу, что раздосадовал вас, - сочувственно продолжил Воленталь. - Вы поможете мне, я помогу вам. Вы испытали шок, и вам нужно выговориться. Затем, мы с вами обсудим дальнейшие планы. Может, то, что случилось совсем не провал. Вы избежали мёртвой западни, чего далеко не каждому удавалось. Я не припомню таких случаев в своей практике. У вас есть серьёзные враги, но вы дали понять, что способны дать отпор. Вам это делает честь. За битого, двух небитых дают, так говорят русские.
- Не плохо бы для продолжения разговора найти укромное место. Хорошая закуска и пару бутылок пива меня бы больше успокоили. Китайская лапша, которую я имел на завтрак, не уплотняют мой желудок так, чтобы мои нервы пришли в порядок, - весело взбудоражился Александр.
- Вот это уже разговор. Я приглашаю вас в ресторан, - бодро откликнулся собеседник.
- Только выбор за мной, - воскликнул Александр. - Чтобы стены не имели ушей.
- Пойдёт.
- И с вами я буду откровенным настолько, насколько и вы – со мной.
Через полчаса они заняли отдельный кабинет дорого ресторана на Елисейских Полях, куда их подвезло такси. Отсутствие машины у Воленталя удивило Византа, хотя и успокоило, поскольку так их легко можно было отследить. Это лишний раз подкупало – Воленталь явно хотел вызвать доверие у напарника.
Александр заказал ветчину, соте и салаты, партнёр же предпочёл тушёную рыбу. Несмотря на желание выпить Визант удерживал себя, по крайней мере, до того, как высказаться. Он поведал все детали ночного нападения, утаив только то, что бандиты, на самом деле, прежде всего, добивались секрета хранения бриллиантов. Про запись одного из нападавших Александр также не упомянул.
После хладнокровной паузы, Воленталь заметил:
- Некто Пётр Наумов, вор в законе, был убит в России. Там же, в сожжённом доме, обнаружили ещё двое тел, погибших от пуль. Словом, похоже, было на разборку. У вас же открыт счёт в швейцарском банке. Ваше ведомство выплачивает такие крупные командировочные? Есть ещё одно имя, Феликс Отис. Оно вам знакомо.
