После этих слов слуга внял своему покровителю, хотя ещё минуту назад он бушевал от ярости из-за того, что у него из-под самого носа ушла бесценная добыча, жар птица, по причине слабого внимания Спирина, кто обладал невероятной властью по сравнению с теми, с кем Ивлеву приходилось когда-либо иметь дело. Однако под конец этой краткой встречи, звериная досада современного пирата была осёдлана алчущей надеждой.
***
Получив сообщение от Веры о ночном визите в её дом неизвестных людей, вычитав в криминальной хронике электронных версий газет, с которой регулярно знакомился, об убийстве Наумова, Александр не подумал о том, чтобы сменить адрес. Напротив, он хотел бы выявить слежку и взять “языка”, чтобы узнать, кто за ним следит и с какой целью. До сих пор он не обнаружил наблюдавших, а машину проверял на наличие миниатюрных передатчиков чуть ли не каждый день. Хотя, знал, что за ним следили, по крайней мере, свои же, из резидентуры.
Как им удавалось остаться незамеченными? Возможно, они вели его по спутниковой навигации, имевшийся в его арендованной машине. Для того чтобы подключиться к этой защищённой системе нужно было специальное компьютерное оборудование, или доступ к спутниковым сигналам, который имеют спецслужбы. Не исключено, что и злоумышленники могли бы воспользоваться этими данными, имея информаторов в разведке.
Тем временем, Визант успел детально ознакомиться с копией компрометирующих документов Сотника. Оно включало схемы с названиями фирм, банков, копий банковских авизо и коммерческих сделок, а также имён, в основном, подставных, среди которых встречались, к счастью, два известных, к примеру, племянника заместителя министра внутренних дел, Юдина, и некто Мерзоева, которому российские органы приписывали финансовое участие в сепаратизме. Всё средства курсировали между оффшорными и западными банками. Что касается последних, то следы в них скрыть было невозможно, займись европейские власти расследованием. Если сведения были точны, то они взорвали бы общественное мнение. Речь шла об отмывании сотен миллионов, полученных с милицейского рэкета и взяток. Но самым критическим пунктом этого взрывоопасного компромата было то, что финансовые потоки сепаратистов пересекались с ворованными барышами коррупционеров. Дело пахло не только казнокрадством, а и государственной изменой. И что ещё более странно, что до сих пор ничего не всплыло, хотя, казалось бы, лежало на поверхности.
Возникал ещё один существенный вопрос - как всё это оказалось у Сотника, милицейского чиновника среднего уровня? Не фикция ли эти данные? Или только отчасти фикция, раз Сотник погиб из-за него? Не упоминалось здесь и имя Спирина, одного из главных участников в последних событиях.
Вскоре Вера отправила ещё одно сообщение, о том, что её отец ищет с ним связи. Но пока Отис, со своими дьявольскими сокровищами, интересовал Византа постольку, поскольку он намеревался заманить в ловушку врагов, угрожавших уже не ему, а государству.
Он решил связаться с Ритой Вагнер по электронной почте, чтобы ищейки Спирина смогли разыскать его, так как она была у них под колпаком, или просто делилась информацией.
В назначенный час, в Интернет- кафе он узнал её лицо на дисплее в реальном режиме, подтверждавшим, что именно она ведёт с ним переговоры. Она ответила письменным текстом, зашифрованным, код которого должен знать только Визант:
«Долго ты о себе не давал знать. Хочу сменить род деятельности. Возможно, попробую себя на телевидении».
Не покидая этого Интернет кафе, Визант просмотрел письма на другом электронном адресе, для Веры. Там было свежее письмо от неё с просьбой от её отца помочь с подложными документами, чтобы тот мог беспрепятственно покинуть страну. Александр ответил, что ничего пока не обещает, но будет поддерживать связь.
Визант не имел надёжного партнёра в своём обновлённом качестве, чтобы искать помощи для Отиса. Обратиться в резидентуру? Но как он объяснит свою просьбу?
Ещё пару часов он провёл в Интернет кафе, просматривая прессу и ожидая возможных филёров. Не заметив появления подозрительных лиц, он отправился в поисках укромного места, где мог бы провести остаток времени за трапезой.
До конца дня он так и не обнаружил наблюдения. Значит, охотники не успели засечь его электронные переговоры, что не так трудно сделать при современной компьютеризации спецслужб. Впрочем, не исключено, что они не хотели пока обнаруживать себя.
Оставив машину на стоянке не далеко от своего подъезда, он решил проверить её на маячок, с помощью сканера, который всегда находился у него в салоне. На этот раз без находки не обошлось - к днищу, под багажником, была примагничена шайба, размером с наручные часы. Александр даже не удивился, скорее, воодушевился, что на него наконец то клюнули и теперь он сможет поиграть с невидимыми ищейками.
Он не стал снимать этот шпионский причиндал. Двери в его подъезд, с домофоном, открывались электронным ключом, или по сигналу кого-то из жильцов. Для спецов подобный ключ подделать особого труда не составляло, не трудно было бы проникнуть в подъезд и по требованию через домофон, назвавшись почтальоном, к примеру. Предыдущий раз Александр сканировал машину два дня назад, и поэтому не знал, как долго его отслеживали. Не исключено, что в квартире его уже поджидали.
Он передёрнул затвор, не вынимая пистолета из открытой кобуры под курткой. Беззвучно отворил замок, и по всем правилам боевого проникновения очутился в квартире. Опасения были напрасны, он не заметил даже следов постороннего присутствия. Значит, не добрались пока до жилища, или не имели такой цели. Открыто убить его на улицах Парижа - журналисты раздуют скандал, а там и полиция выйдет на русский след, чего вряд ли хотят преследователи. Если они действительно серьёзные игроки - устроят ловушку, вывезут на тайную квартиру, перебьют кости, чтобы развязать язык и бесследно захоронят труп. Он ведь существует только в досье секретной службы, тенью некоего Византа.
После лёгкого стресса, ограничившись до этого в кафе на приглянувшейся ему бесконечной улице Риволи, лишь парой бокалов вина, он почувствовал настоящую жажду к алкоголю. Когда он открыл бутылку, невольно взглянул на ковролин и заметил полу стёртый след. Озаботившись, прошёл в ванную и обнаружил, что ветошь швабры мокрая. Он открыл выдвижной ящик комода, где среди белья хранил кожаную папку с компроматом, она оказалась на месте, как и вся кипа бумаг, не пропало и листочка.
Сработано в стиле самых искусных шпионов. Он ожидал хищного зверя, а против него ополчились люди призраки. Пораженный Визант не впал, однако в отчаяние, напротив, воспылал самоуважением, имея дело с таким изобретательным врагом. Их скрытность давала и ему шанс устроить ответную ловушку, делая вид, что он ничего не заметил.
