Но проводник избрал обратное направление. С улицы Риволи они попали на площадь Согласия, проехали запруженные машинами Елисейские Поля, обогнув площадь Этуаль, свернули с неё на проспект Марсо. Снова пересекли Сену через мост, с набережной попали на площадь Сен-Мишель, то есть оказались в Латинском квартале, от которого рукой было подать до улицы Риволи, где они первоначально и встретились. Оставили здесь машины и уже пешком прошли к улице Юшетт, с множеством уютных кафе.
- Ну и что, обнаружили слежку? - саркастически спросил Александр, когда они заняли столик в почти пустующем для этого времени кафе.
- Мы бы тогда не встретились. Я после вашего визита сменил место жительства, а делами сервиса теперь занят мой менеджер. Сколько хлопот мне стоит только одна встреча с вами, - отбивал речь возбуждённый Сотник.
-У вас появились лишние основания для опасений? - оставался хладнокровным Визант.
- Именно. С того момента, когда погиб мой брат, - ещё больше возмутился Сотник. - Я связывался с посольством. Вы действительно тот, за кого себя выдаёте. Подозрительная открытость, совсем не свойственная секретной службе.
- Для вашей же убедительности. - И из посольства возможны утечки. А я беззащитен. Вы же легко меня нашли. Найдут и другие. Хотите иметь со мной дело – гарантируйте безопасность. Сделайте так, чтобы я и члены моей семьи стали бы другими людьми. У вас это умеют, - Сотник заговорил теперь как делец, знавший цену своего товара, только так он и мог скрыть свой страх.
- Но им нужно знать, насколько полезны ваши сведения, - с непоколебимым спокойствием отвечал Визант.
- Послушайте, это ведь вы меня нашли, - с раздражением вдруг воскликнул Сотник, в ком смешались и гордость, и инстинкт самосохранения.
Загнанный в угол зверь.
Сперва они не обратили внимания на бармена, со скучающим видом, пропускавшим мимо ушей их иностранную речь.
- Не плохо бы нам в присутственных местах говорить на иностранном языке, - предложил Александр. - Здесь все напуганы терроризмом, и услыхав непонятный язык, могут донести в полицию. Нам это ни к чему.
- Я не настолько хорошо знаю иностранные языки, чтобы вести столь серьёзный разговор, - бросил Сотник.
Похоже, он впал в непреодолимое состояние нервозности, при этом сохраняя ослиное упрямство. Никак не мог переступить запретную черту, за которой можно освободиться от страха.
- Или вы обезопасите меня, или я исчезаю, в том числе и для вас. А ещё лучше, если я обращусь к французским спецслужбам. Их мои сведения наверняка заинтересуют. Так же как и местную прессу.
Сотник откинулся на спинку стула, высказанные им слова, подействовали на него как спасительное магическое заклинание. Вынул сигарету и закурил, чего в прошлый раз за ним не замечалось. Их прервал официант, принеся свежие круассаны и кофе, чей будоражащий аромат вытеснил другие запахи этой уютной харчевни.
- Что же вы раньше этого не сделали? Подобные разоблачения здесь идут на «ура», - не поддаваясь на раздражение собеседника, возражал Визант.
Сотник лишь равнодушно посмотрел на него. Визант же бросил осторожный взгляд в сторону бара и, похоже, уличил бармена за записью их разговора. Его поза исхитрилась замаскировать шпионский трюк. Он опёрся на стойку бара и, глядя в другую строну, держал в руке сотовый телефон, направленный на них.
- Я высказал условия, мне больше нечего добавить, - сказал холодно Сотник, и видимо, разговор зашёл в тупик.
- Тогда держите со мной связь по этому номеру, - Александр протянул ему маленький листок, вынув из бокового кармана.
Сцена невольно стала напоминать встречу двух заговорщиков.
- В консульство больше не обращайтесь, - успел напутствовать Александр, до того как собеседник с враждебным видом покинул кафе, сунув в карман листок.
Теперь никто не помешал бы Византу разобраться с барменом, исподволь снимавшего его. Он оставил деньги на столе, пожалев о свежих круассанах и кофе, с тающей пеной, и без суеты направился к бару. Бармен накрыл ладонью телефон, вытянулся, и с принуждённой улыбкой встретил его немым вопросом. Александр присел на высокий стул, не торопясь заговорить, пристально и насмешливо взглянул на бармена, затем прошёлся взглядом по полкам со спиртным.
- Что желаете мсье? - спросил бармен, отодвинув вещь, ради которой Александр и затеял свой трюк.
- Рюмку коньяку, - ответил Визант, теперь не спуская глаз с ловкача.
- Реми Мартин, устроит?
- Вполне.
Ловким и быстрым выбросом своей руки, Александр смахнул телефон как фокусник карту. Пока растерянный бармен соображал, что происходит, Александр, включил прокрутку записи как улику.
- Вы крадёте мою собственность, мсье, - протянул бармен, переходя с виноватого тона на угрожающий.
Александр поднёс к его лицу экран с записью.
- А кто вам разрешил меня снимать?
- Верните мой телефон, немедленно, - соперник пытался выглядеть грозно, но голос звучал неуверенно.
Его явно отпугивал акцент, притом, что отчаянный незнакомец правильно говорил на французском, и ещё на каком то загадочном языке, наверное, из пугающей Восточной Европы.
Визант стёр запись и положил телефон на стол до того момента, пока второй официант не приблизился с угрожающим видом. Сам Александр не выказывал агрессии и спокойно покинул кафе с чувством удовлетворения, что заткнул за пояс надменного обывателя в одной из величайших столиц мира.
***
Из квартиры он отправил на электронный адрес связного краткий отчёт о требованиях Сотника. Не прошло и десяти минут, как он получил ответ: «Соглашайтесь на его условия». Вслед за этим Александр отослал пожелание, чтобы его невидимый босс всё же обнаружился, потому что ему скучно общаться с компьютером, да и вообще, он устаёт от одиночества даже в Париже. На что получил ещё более быстрый ответ: «Всему своё время. Пока вы справляетесь без посторонней помощи. Найдите развлечение».
Логика Сотника выглядела очевидной. Он намеревался сделать материалы достоянием общественности, или хотя бы поделиться с несколькими сторонами, лучше - соперничающими. Утечка сведений означала бы, что охота на него теряла смысл. С другой стороны, охота на него была бы тут же открыта, пронюхай заинтересованные люди, что он хранит опасные для них документы. Но тогда охотники до сих пор играли слишком осторожно, не естественно для тех, кто лихорадочно спасает свою шкуру, не останавливаясь перед расправой. Возможно, они надеялись выведать все адреса хранения копий, чтобы одним махом всё уничтожить.
Другие же силы, напротив, хотели бы завладеть документами, чтобы дать ход при определённых обстоятельствах, и не позволить попасть им в другие руки. Это как волшебная палочка, которая должна принадлежать одному хозяину.
