Ольга поняла не все, но уточнить решила завтра утром.
Но и утром, на репетиции, Якулов не слишком много добавил к сказанному. Сказал только еще, что хорошо заплатит. И все же этот вечерний концерт обещал быть нерядовым. Это было видно по самому Якулову – он сильно нервничал, а под конец репетиции и вовсе заявил:
– Ольга, я тебя жду в машине. Сейчас поедем за платьем для тебя.
Лешка, который натягивал куртку, толкнул Ольгу в бок и подмигнул:
– Сейчас шеф тебя наряжать будет. Ты, главное, подороже тряпку выбирай, он на цены никогда не смотрит.
Они и в самом деле купили очень дорогую вещь. Только непрактичную – темно-вишневое платье из тончайшего бархата, с длинным шлейфом и с глубоким декольте. В таком платье в маленькой «Наваге» не споешь…
– Антон Васильич! Ну зачем такое-то? – сопротивлялась Ольга. – Я же не оперная певица! Сейчас такие не носят!
– Я скажу – и будут носить! – резко оборвал ее Якулов. И уже мягче добавил: – Я же говорил, там люди солидного возраста. Им приятно будет увидеть что-нибудь из ретро! Ты должна понравиться.
– Зачем это? – насторожилась Ольга.
Но на такую глупость Якулов даже не счел нужным отвечать.
– В пять за тобой заедут. Будь готова – поедешь к визажисту…
Простилась с ним Ольга и вовсе в смутном настроении. Поведение Якулова пугало. Ольга для себя уже твердо решила, что петь ее пригласили не меньше чем для вдовствующей королевы.
В сущности, ей было все равно, перед кем петь, – на своем рабочем месте она уже ко всякой публике адаптировалась. Однако и в грязь лицом падать не хотелось. Чтобы не накручивать себя еще больше, сразу же по приходе домой она выпила успокоительного, завела будильник и провалилась в сон.
Глава 5
Рояль на цепи
Вечером за ней заехали Якулов с ребятами и все вместе отправились в салон. Мальчишки сразу свернули в мужской зал, а к Ольге подскочили мастера и стали украшать каждая на свой лад – прическа, макияж, маникюр… Рядом все время находился Якулов и даже пытался давать какие-то советы.
– Антон Васильич, к чему же, интересно, такая маскировка? – хихикнула Ольга. – Меня, как невесту к царю на смотрины, готовят. Вы, случайно, не замуж меня решили сбагрить?
Якулов сверкнул на нее очками и резко отрезал:
– Даже и не мечтай! Слышишь?! Чтобы и мысли такой не было!
– Ой-ой-ой… – сквасилась Ольга и дальше решила шутками не разбрасываться. Ну тяжело у человека с юмором, куда денешься…
Когда она поднялась с кресла, из зеркала на нее смотрела помолодевшая женщина очень приятной наружности… Да чего скромничать – красивая женщина из Ольги получилась! Если бы увидел ее прежний супруг, точно бы забыл про всякие гаремы – из дома бы не выходил, такую красавицу стерег. Тем более что и наряд на ней был далеко не из дешевых, и фигура… Вот есть у настоящих, дорогих вещей одно неоспоримое преимущество – умеют они фигуру подать!
Ольга осталась собой довольна. Видимо, и Якулов тоже, потому что всю дорогу в машине оглядывался на нее, убирал невидимые пылинки и довольно крякал.
Дом, в котором им предстояло петь, находился в самом элитном районе, где уже начинался лес, но еще не заканчивался город. А может, это был парк, Ольга не слишком в таких подробностях разбиралась. Красивая ограда изящно огибала ели, березы и убегала куда-то в заросли. За воротами открывался вид на высокую лестницу, ярко освещенную замысловатыми фонариками.
– Ого… – не выдержал Эмиль. – Сколько раз концерты давали, а в таких дворцах еще не бывали…
– Поменьше болтай, да пой получше – чаще приглашать станут, – сквозь зубы процедил Якулов.
Ольга его не узнавала. Вполне вежливый, где-то даже интеллигентный, Антон Васильевич сегодня буквально поедом ел своих подопечных. Так переволновался, что ли?
– Уж кто-кто, а Эмиль поет просто соловьем, – встала на сторону мальчишки Ольга. – И вообще вам бы надо настроение ребятам поднять, поддержать, а вы только тоску нагоняете. Специально, что ли?
Якулов в который раз сверкнул на нее очками, но от реплики удержался. Правда, у Ольги все равно настроение испортилось – зачем он вообще подписался на такой концерт, если сам боится клиента!
Но вскоре о Якулове думать стало некогда – их уже встречали в просторном холле. Высокий молодой человек в черном костюме любезно предложил артистам снять верхнюю одежду и пройти в специальную комнату, чтобы подготовиться. Заметив, как Ольга вынимает из кармана шубки сотовый телефон, молодой человек мило улыбнулся:
– А вот телефончики просьба оставить здесь. Господа не любят посторонних звуков.
– Но у меня отключен звук, – попыталась противиться Ольга.
– Не думаю, что вам он пригодится. Вы же не откажете нам в этой крохотной малости… – еще обворожительнее улыбнулся парень, и Ольга вдруг поняла: если откажет, то ее запросто расстреляют на месте, как врага народа. Причем именно с этой очаровательной улыбкой.
– Да отдай же телефон, дура! – прошипел Якулов, вырвал у нее телефон и чуть ли не с поклоном отдал парню.
Ольга высоко вздернула голову и двинулась туда, куда их вел обходительный швейцар, или как он там называется, который у входа-то?
Их привели в хорошо освещенную комнату, и не успели музыканты как следует привести себя в порядок, как почти сразу же их позвали.
– Ну, Ольга, смотри! – подошел к ней Якулов и скрипнул зубами. – Если ты…
– Сам дурак! – запоздало огрызнулась Ольга и вышла из комнаты первой.
Она думала, что слушать их будут по меньшей мере человек пятьдесят. Однако в большом зале, одна стена которого была полностью стеклянной, сидела только древняя старушка в темно-лиловом бархатном платье, сплошь усыпанном бриллиантами, женщина помоложе – лет шестидесяти, тоже обвешанная, как елка, и четверо мужчин разных возрастов.
– Это что – все? – не удержалась Ольга и обернулась к Якулову. – Петь перед ними, да? Или еще кого подождем?
– Молчи, дура, – не разжимая губ процедил тот, старательно щерясь окружающим.
Вот эти оскорбления довели Ольгу до крайности. Она уже точно решила – если еще раз Якулов назовет ее дурой, она так ответит ему, что у него очки лопнут!
Парни уже возились с микрофоном, а к Ольге подошел импозантный мужчина и бережно подвел ее к белому роялю.
– Прошу вас, – нежно усадил ее мужчина и предупредительно намекнул: – Я надеюсь, вы знаете, что Альберт Афанасьевич ждет от вас романса. Он любит «Не пробуждай…»
Вот черт, Ольга, конечно, репетировала романсы, они даже с Лешкой на два голоса пели, и так славно пели-то, но вот этот… И когда же это она его играла?
– Да-да, она споет, – немедленно подскочил Якулов. – А когда будет сам Альберт Афанасьевич?
