Читаем без скачивания Жесткие вещи - Брэндон Форд

пальцы были скользкими от крови Бена. - Но теперь, когда ты останешься с нами, у нас будет много времени для работы... и для игр.

Даллас услышал бульканье Лайла, и когда он посмотрел на человека-зверя, то увидел, что его внутренности шевелятся, разбуженные восемью пинтами[24] крови, которые он проглотил. Шланг белых кишок извивался из кеты, поднимаясь, как кобра, изрыгая жидкий фекальный яд из носика.

Барб коснулась подбородка Далласа, поворачивая его к себе.

Ее лицу льстило мягкое освещение, которое разглаживало морщины и отбрасывало приятные тени на глаза, делая ее юной и невинной, хотя она не была ни той, ни другой. Она была столь же прекрасна, сколь и безумна - такие прекрасные обломки - балерина, которую изнутри опустошает стайка пираний. Она выгнула спину и расстегнула фартук, обнажив грудь. Ее светлые локоны скользнули по ней. Она улыбнулась ему. Затем она протянула руку и убрала улыбку, поместив зубные протезы поверх окровавленного фартука.

К своему шоку и отвращению, он почувствовал, что становится твердым.

- Вы, мальчики-подростки, - сказала Барб. - Вас ничто не остановит.

Когда ее десны сомкнулись вокруг него, он понял, что она права.

Перевод: Джей Арс

С.С. Хэйден

"Луна охотника"

Лошадь гарцевала боком, топая по суглинистой земле. Сэмюэль натянул поводья и положил руку ей на шею. Ее мышцы задрожали под его ладонью, но она все равно замерла.

Он знал, что ее напугало. Он тоже чувствовал этот запах, отвратительное зловоние, не человеческое и не животное, но каким-то образом и то, и другое.

Ветер дул с востока. Это привлекло существо к ферме Джеймса МакHамары. У Джеймса было две дочери, Сара и Джиллиан, семи и восьми лет.

Кровь прольется сегодня ночью, так или иначе.

* * *

Сэмюэль подвел лошадь к опушке леса, отцепил винтовку и соскользнул на землю тихо, как мертвый.

- Иди домой, - прошептал он, поглаживая черную дымчатую морду чистокровного скакуна. - Ты знаешь дорогу.

Ему не хотелось оставлять ее одну, но она была не нужна ему среди деревьев, и он не стал бы ее стреноживать. Не тогда, когда зверь так близко.

В поле позади него почти полная Луна охотника[25] давала достаточно света, чтобы читать, но как только он вошел в лес, все погрузилось в тень.

Несмотря на мрак, он двигался так, словно был здесь своим, глаза привыкали к темноте с каждым осторожным шагом.

Зрением, чутьём и обонянием, двигаясь незаметно и бесшумно, стараясь держаться с подветренной стороны, он приблизился к своей невидимой цели.

Волк был быстрее и сильнее, прирожденный охотник, искусный в своей стихии, но он боялся винтовки Сэмюэля. Сэмюэль дал для этого веские основания. Он был близок к тому, чтобы принять это. Он был близок к тому, чтобы завладеть им. Тем не менее, они оба ходили по земле. Но сегодня вечером, - подумал Сэмюэль, - все будет по-другому. Он чувствовал это.

Между деревьями мелькнула тень. Он двигался низко к земле, используя подъемы и падения земли для укрытия. Силуэт, вырезанный из самой ночи, он остановился, а затем исчез за хребтом.

Сэмюэль предположил, что это повторится. Вот как ему нравилось охотиться. Он кружил, как акула, приближаясь все ближе, невероятно быстро, вы видели бы его только мельком, пока он не оказался бы прямо над вами, а потом было бы слишком поздно.

Добравшись до гребня, он снял с плеча винтовку. Он не видел и не слышал ничего особенного, но интуиция подсказывала ему сделать это, и когда интуиция заговорила, он прислушался. Он осмотрел склон за гребнем, затем повернулся и осмотрел периферию позади себя. Его взгляд был прикован к углублению в земле в нескольких шагах от него. Темная фигура съежилась в тени.

Две вещи произошли одновременно. Сэмюэль вскинул винтовку к плечу, и тень взлетела в воздух, сверкнув желтыми глазами. Сэмюэль чуть не нажал на спусковой крючок, но не сделал этого. Если бы он это сделал, то не услышал бы, как зверь приземлился позади него, и был бы мертв еще до того, как обернулся. Как бы то ни было, он развернулся и выстрелил. Как только прогремел 30-06[26], он понял, что выстрел не удался. Зверь метнулся в сторону, как дым на ветру.

Волк никогда раньше не прятался, никогда не ждал, когда он подойдет к нему. Очевидно, он кое-чему научился со времени их последнего столкновения. Сегодня вечером, казалось, все ставки были отменены.

Сэмюэль отскочил в сторону и перекатился. В ушах у него все еще звенело, а ночное зрение пропало, благодаря вспышке 30-06, но его интуиция снова заговорилa, и он снова прислушался.

Он встал на одно колено и направил винтовку туда, где стоял всего мгновение назад.

"Винчестер" прогремел как гром. Когда дым рассеялся, на усыпанной листьями лесной подстилке неподвижно лежал человек. Сэмюэль медленно выдохнул и подошел ближе. Мужчина был бледен, худощав и совершенно гол. 30-06 проделал дыру в его груди, как раз над его проклятым сердцем.

Сэмюэль знал этого человека, если его можно было назвать человеком. Его звали Джеб Рейнольдс. Тихий, прилежный, набожный и последний человек, которого он мог бы заподозрить. Но с другой стороны, разве не так было всегда?

Глядя на бледное изможденное лицо Джеба и стеклянные мертвые глаза, Сэмюэль почувствовал себя на удивление опустошенным. Прошлой ночью, позапрошлой ночью и ночью после каждого полнолуния в течение последних трех лет он охотился на него, и теперь он настиг его. Он должен был что-то почувствовать.

Первым порывом Сэмюэля было сжечь тело Джеба, но вместо этого он решил вытащить его из леса и привести свою лошадь. Утром он вернет труп вдове Джеба. Кроме того, у него было к ней несколько вопросов.

* * *

Коллетт Рейнольдс открыла дверь. Она была такой же прекрасной, какой он ее помнил.

Осенний воздух был свежим и чистым, и щеки Коллетт порозовели от него.