всё.
— Не слабо! А мы о свежем молоке только мечтали. О сметане, кефире. И много заготовок?
— Много, Марк. Четыре ледника забито тушёнкой и прочими мясными изделиями.
— Марк, молочка попей. — Подошла к нам Дарья, протянула мне большую кружку. Георгич с Андрейкой уже вовсю наворачивали деревенскую колбасу, запивали молоком и заедали свежими булками. Всю кружку выпил. Хорошо.
— И вот что сейчас делать? Куда это всё? Твою дивизию. — Стас сплюнул на землю. — Слушай Марк, может вы к нам? Народа больше будет. Отобьемся, если что.
Я отрицательно покачал головой.
— Не вариант, Стас. Посмотри, в плане обороны, деревня вообще никакая. Техника к ней может подойти со всех сторон. Место открытое. У вас даже никаких естественных преград для неё нет. Холмы вон те, не преграды. Наоборот, достаточно поставить ту же БМП на холм и вся деревня как на ладони. Понимаешь? Не удержим. Да и у меня людей не густо. Из мужиков — я, Георгич и ещё один парень, бывший росгвардеец. А все остальные женщины. И тех всего четверо. Да двое детей. Вон Андрейка и девочка, но та совсем малая, титьку ещё сосёт у мамки своей. Вот и считай. Так что если и переезжать, то к нам.
— А у вас что?
— У нас лес вокруг, сосновый и еловый. Техника не пройдёт, завязнет. К нам подойти можно на технике только с одной стороны, со стороны трассы. Поэтому контролировать это направление мы можем, причём достаточно хорошо. Сейчас думаю ещё мины установить, на дистанционном подрыве. Скотину можем взять. Там есть строения, их под коровник и птичник можно приспособить. Конечно, всю скотину не возьмём. Ты говорил у фермера молочные коровы были?
— Да половина стада осталась. И мясные породы тоже остались треть от первоначального стада. Мы их там же на ферме держим.
— Вот и хорошо. Возьмём молочных и мясных. По пять-шесть голов. Будет достаточно. Куриц возьмем, гусей. Выкопаем пруд для гусей, пусть плещутся.
— Не знаю, Марк.
— Стас, я понимаю, что тебе жалко тех трудов, которые были вами затрачены, но что тебе дороже, картошка? Скотина? Или люди? Понимаешь, в Халтурино, где Кольцо со своей бандой засел, полей рядом предостаточно. И он не дурак и прекрасно понимает, что те продукты, которые есть сейчас в городе, в магазинах и складах будут приходить в негодность. Поэтому он людей и ищет оставшихся в живых. Я стопроцентно уверен, они работают там на полях. Он их использует в качестве рабсилы. Поэтому договорится с ним не получится. Они придут, кого убьют, если сопротивляться будешь, остальных захватят и увезут к себе. И скотину заберут.
Встал на ноги, походил. Время уже за полдень.
— Ладно, Стас. Думай сам. Скажи, у Вас тут трактора лишние есть?
— Есть. Тут чуть ли не в каждом дворе свой трактор. И у фермера техника хорошая, практически новая. Выбирай что тебе нужно.
— А коров дашь?
— Бери. Сколько тебе?
— Да две-три молочных. Ну и пару-тройку мясных. Куриц надо, гусей.
Стас кивнул.
Мда. Работник из меня никакой, с простреленным плечом. На фермерском подворье взяли прицеп, с высокими бортами. Для перевозки скота подошёл идеально. Павел сказал, что фермер в нём и перевозил скот. Решили, что скот повезём на нём. Время было уже позднее. Поэтому волевым решением решил переночевать в деревне, у Стаса в гостях. О чём передал по рации к нам на базу. На вопрос Ольги, что случилось, заверил, что всё хорошо. Вечером женщины накрыли очень богатый стол. Мясо, приготовленное в разных вариациях. Отварной картофель, квашенная капуста, солёные помидоры и огурцы из подполья. Маринованные грибы. Сало. И конечно спиртное. У Стаса было убито двое. Мужчина и женщина. Оба пришлые из пригорода. Прибились к ним в деревню в разное время. Вообще у Стаса народа оказалось побольше, чем он мне говорил изначально. Но это было понятно. Всего было пятнадцать человек. Одиннадцать взрослых от 16 и до 56 лет. И пятеро детей в возрасте от 4 до 13 лет. Все, за исключением Дарьи, её дочери Елены, брата Павла и ещё одного мужчины 56 лет, были пришлыми. Так же было ранено трое. Двое легко. А вот третий парнишка 16 лет тяжёлый. Дарья сказала, что перевозить его нельзя. Сама она раньше, до пандемии работала фельдшером. У парня была прострелена грудь. Два пулевых ранения. Помочь ему ничем не могли. Он был без сознания и вечером того же дня умер. Это было печально. Помянули погибших. Но такова была реальность. Я не знаю, смогли бы мы его в клинике спасти? Ольга ведь училась на хирурга. Она должна была закончить в этом году институт. Но помешала пандемия. А раз так, то не факт, что она бы могла спасти парня. Посидели нормально, потом легли спать.
Утром развили с Георгичем бурную деятельность. Раненое плечо болело, но я не обращал внимание. Подцепили к одному из тракторов прицеп. Загнали туда двух дойных фермерских коров и пару бычков. Там же нашли клетки для перевозки птицы. Набили их какие курицами, взяв до кучи и пару петухов. Ну а что, курям тоже надо. В какие запихали гусей. Время было полдень.
Пожал руку Стасу, поблагодарил Дарью. Нам насовали ещё тушёнки своего изготовления, окорок, колбасы, буженины. Всё было своё, свежее. Просто объедение. С подбитого БТР-80 вытащили рацию. Она оказалась целая. Установили её у Стаса. Проверили связь, связавшись с базой.
За трактор сел Георгич. К прицепу прицепили и фрезу и картофелесажалку.
— Стас, Подумай хорошо. Побереги людей. — Сказал я ему, когда мы уезжали.
— Я подумаю, Марк. Давай, езжай. Как приедешь свяжись с нами. Скажи, как доехал. Хорошо?
— Обещаю! И ещё, Стас, я в шоке. Ты почему «Василёк» в боевую позицию не выставил? Не пристрелял территорию?
— Да некогда было. Не думал я, что так скоро. Но сегодня всё с Пашей сделаем.
— Ладно, давай. Если что, звони. Но сам понимаешь. С другого конца города быстро прийти не сможем.
— Понимаю всё.
Мы ушли. По большому счёту, мы взяли всё то, что хотели. Даже с избытком. Стас оказался упёртым. А я хотел, чтобы они к нам присоединились. Тогда нас точно никто бы и никогда бы не нагнул. Мы бы сами нагнули кого хочешь. Но Стас мандражировал. Здесь он был самый главный, а у нас нет. Плюс посадки и всё прочее
