Даракс пожимает плечами.
— Я должен был придумать способ победить Нусин. Я был один, и мне совершенно нечего было терять. Если бы я умер, то это не было бы большой потерей для меня. Я слышал о сородичах, которые сидели на некоторых Маленьких и путешествовали на них, и попробовал это сделать. Но это никогда не приносило мне удовлетворения. Так что вместо этого я начал пробовать с Большими. Сначала те, что побольше. Я пробовал с Бобонтами, и, если мне удавалось взобраться на одного из них, идущего в правильном направлении, это экономило мне время. Но я никогда не мог их контролировать. Они слишком большие. Я пробовал и с другими тоже. Контролировать их всегда было трудно. Больших не особо волнуют внешние раздражители, потому что у них толстая кожа. Но я вспомнил некоторые наскальные рисунки в старой деревне. Картины с Большими часто изображали людей, едущих на них, и определенная точка на одной стороне Большого всегда была специально отмечена. Было вполне разумно попробовать контролировать Большого изнутри, где они более чувствительны. Я пытался много раз, и иногда это работало. Но по большей части это было не так.
Даракс улыбается и поднимает руку с длинным белым шрамом.
— Это Большой оставил тебе это?
— Это рех. Первый рех, на котором я ездил. Первый Большой, которого я мог контролировать. И тогда я понял, что должен использовать Большого, чтобы отомстить Нусин. На Большом я могу путешествовать быстрее.
Я запихиваю последнюю ягоду между зубами Флаффи и вытираю испачканные соком руки о траву.
— И ты это сделал?
— Однажды. Теперь у Нусин нет деревни. Они покинули наш дом, когда съели все припасенные продукты. Это бродячие разбойники. Ты же видела, что они сделали с той деревней. Иногда мне попадаются небольшие группы таких людей, и я бросаю им вызов. Но большинство из них все еще бродит по джунглям. Убивают и грабят.
Флаффи стоит рядом, медленно дыша. Мне кажется, она ничуть не устала.
Я указываю на маленькую дырочку в ее боку, куда входит ручка управления. Она выглядит очень чистой, и из нее не вытекает ни кровь, ни другие жидкости.
— Как думаешь, ей больно?
Даракс снова проверяет отверстие.
— Я волновался об этом в самом начале. Причинять боль этим величественным и божественным созданиям кажется неправильным. Я бы этого не хотел. Они более чувствительны внутри, но я не думаю, что это больно. Когда Большой привыкает к палке, он спокойно реагирует на нее. На самом деле она не проникает слишком глубоко. Там, куда она входит, в основном пустое пространство.
Я провожу рукой по шершавому боку Флаффи. Я не буду держать ее слишком долго. Как только я вернусь к девочкам, я уберу палку и отпущу ее туда, куда она захочет.
Даракс стоит, уперев руки в бока, и издает звук, который он использует, когда зовет Герка к себе. Думаю, нам пора двигаться дальше.
Мы идем в тень и садимся возле куста с ягодами, которые не такие кислые, как те, что мы скормили Флаффи.
Я сажусь рядом с ним и небрежно кладу руку ему на колено.
— Ты все еще хочешь отомстить Нусин?
— Я последний и единственный. Мое племя должно быть отомщено. Я должен восстановить свою честь, чтобы предки улыбнулись мне.
Даракс говорит это спокойно, как будто просто объясняет мне что-то очевидное. Будет очень трудно изменить его мнение по этому поводу. Но я постараюсь сделать всё, что в моих силах.
— Ммм. Я думаю, что ты слишком благороден. Не обязательно мстить. Нусин умрут все равно. У них нет Дарующих жизнь. Нет женщин. Только грабежи и бесчестье. Даракс, забудь и присоединяйся к новому племени.
Он смотрит вдаль на горизонт.
— Стыдно быть последним и единственным. Только я выжил во время того набега.
— Да. Только ты. И ты чтишь своего шамана тем, что не умираешь. Ты следуешь его желанию. Он дал тебе меч, чтобы ты выжил. Он хочет, чтобы ты выжил.
— Выжить, чтобы потом отомстить за него.
— Дех, — убежденно заявляю я. — Выжить, чтобы встретить Хайди и присоединиться к моему племени. Твой шаман знал многое. И будущее тоже.
Даракс смотрит на меня своими очень желтым глазами, а потом долго молчит.
Я позволяю ему поразмыслить над этим. Я понятия не имею, почему шаман отдал ему свой меч. Возможно, он был просто очень хорошим парнем, который понял, что Даракс молод и силен, и у него есть шанс выжить. Мысли о мести помогали Дараксу не упасть духом в смертельно опасных джунглях и иметь цель. Но теперь ему это больше не нужно.
Конечно, здесь я чертовски предвзята. Я очень хочу, чтобы он вернулся со мной к девочкам и присоединился к нашему племени. А потом я заберу его с собой на Землю. Однажды.
Земля сотрясается, и Герк выходит из джунглей с половинкой динозавра, свисающей из его рта, с которого капает кровь.
Я поднимаюсь на ноги.
— Ты потревожил его в середине обеда.
Даракс снимает свою таинственную сумку с ветки.
— Он все время обедает. Он может есть во время прогулки.
Флаффи отшатывается от приближающегося динозавра. Думаю, они вряд ли хорошие друзья.
Я показываю на нее пальцем.
— Мы повезем ее?
Даракс помогает мне взобраться на Герка.
— Какое-то время она будет следовать за нами. Ты дала ей ягоды.
Хм. Я поверю ему на слово.
Даракс снимает веревки с морды Флаффи, чтобы она могла полностью открыть свой смертоносный рот. Затем он поворачивается спиной к ужасному хищнику и забирается ко мне сзади.
А потом мы снова едем на долбаном тираннозавре, находясь примерно на уровне верхушек деревьев. И действительно, Флаффи ковыляет за нами. Наверное, эти кислые ягоды — своего рода деликатес для ее вида. Наверное, это редкое лакомство — она же не может просто пойти и собрать ягоды своими большими когтистыми передними лапами.
Ветер дует мне в лицо, Герк спокойно движется под нами, и я нахожусь в компании человека, которого люблю. Да, сегодня я чувствую себя очень хорошо. Так хорошо, на самом деле, что…
Я поворачиваюсь вполоборота и бросаю на Даракса призывный взгляд, который останавливается на его набедренной повязке. Мне кажется, пещерный человек должен догадаться, что я имею в виду. И да, выпуклость под килтом слегка подергивается. Должно быть, он думает о том же самом.
Я задираю заднюю часть платья и встаю на четвереньки, представая перед Дараксом так непристойно, как только могу.
Он спокойно опускается на колени, не заставляя Герка замедлить шаг. Затем он хватает меня за бедра и проникает в меня одним медленным, невероятно уверенным толчком. Моя киска снова приспосабливается к его инопланетному члену, а затем пещерный человек трахает меня наверху своего долбаного тираннозавра. Это настолько нереальный, грубый и первобытный опыт, что я испытываю оргазм после двух толчков. Если бы вы могли каким-то образом дистиллировать саму суть секса, то это была бы она.
И теперь я знаю наверняка: я никогда не была так счастлива.
Глава 24
Хайди
Мы с Дараксом едем на Герке весь остаток дня, и мне кажется, что мы возвращаемся к Буне. Флаффи следует за нами беззаботной подпрыгивающей походкой, которая начинает казаться мне милой. Даракс трахает меня еще несколько раз, и я наслаждаюсь каждым разом, когда чувствую его член во мне. Думаю, нам обоим хочется наверстать упущенное, теперь, когда мы наконец нашли того, кто нам действительно нравится.
Я также нахожу немного времени, чтобы отрезать тонкую полоску жесткой кожи динозавра от подола моего платья. Мне надоело быть безоружной на этой смертоносной планете, поэтому я смастерила грубую петлю, которую обвязала вокруг плеча так, чтобы до нее было легко добраться. Теперь мне просто нужна пара камней размером с теннисный мяч, и я смогу защитить себя от очень маленьких хищников.
На закате мы спускаемся вниз, и пока Даракс опять проделывает свой безумный ритуал, практически засовывая голову в зубастую пасть Герка, я катаюсь по лугу на Флаффи в течение нескольких минут и собираю небольшую кучу камней для петли. Затем мы строим новую маленькую хижину и разводим костер.
