Дункан не отвел взгляда. Порыв ветра взметнул его волосы, но сам он стоял неподвижно, как скала.
– Уезжай, – сорвалась с губ Элспет мольба. – Куда угодно – в Далси, в Эдинбург… Только уезжай.
– Твои слова, малышка… твои видения меня не пугают. Ничего со мной не случится. Я не верю в пророчества.
Элспет вздохнула, зябко кутаясь в накидку. Потом отвернулась и медленно двинулась вниз по склону.
Так же, как и Дункан, с самой первой минуты их встречи она ощущала возникшую между ними связь. Его судьба каким-то образом сплеталась с ее судьбою, точно сама жизнь ткала полотно из серебряных нитей. Каждое слово, каждый взгляд, каждое прикосновение добавляло еще один мотив в узор невидимого полотна. Понимая, что происходит, Элспет не в силах была остановить работу небесной прялки.
Но она чувствовала… она боялась, что эта связь погубит их обоих.
На пути к замку Элспет ни разу не оглянулась.
ГЛАВА 9
– Ну давай, Лазайр, давай, мой дорогой, – уговаривал Дункан, подталкивая своего вороного на середине ручья. – Холод тебе поможет. Стоп! Вот здесь и стой. Нет-нет, не нужно! – Он потянул коня за ногу, когда тот выдернул из ледяной воды раненое копыто. – Постарайся подержать его в воде хоть минутку, дружок! – со вздохом воскликнул Дункан. – Другого лекарства у меня просто нет. – Умное животное скосило на него черный глаз, обиженно фыркнуло, но повиновалось. Похлопывая коня по загривку, Дункан заставил его напиться из прозрачного горного потока.
Все утро у Дункана ушло на составление официально-вежливого, тщательно продуманного письма к вождю Макдональдов. Внимательно изучив каждую строчку письма, Роберт Гордон, скорчив недовольную мину, вынужден был все-таки поставить свою подпись. А после того, как Хью Фрейзер отправил к Макдональдам гонца с письмом, Дункан оседлал Лазайра и один умчался из замка.
Бешеный галоп по окрестным холмам поднял ему настроение, только вот его верный друг вороной наступил на острый камешек и поранил копыто. Дункан чувствовал боль Лазайра, как свою.
Теперь он знал: в Гленран придется возвращаться пешком.
– Ничего, дружок, все будет хорошо, – приговаривал он негромко. – Вода должна помочь. – Только сейчас Дункан сообразил, что обращается к Лазайру по-гэльски, перейдя на родной язык так легко и свободно, точно и не было долгих лет, проведенных в Эдинбурге. Точно вернулось детство, когда он говорил и думал на гэльском, не спотыкаясь на каждом слове. Видно, прав был Эласдар Фрейзер, утверждая, что горец жив в нем до сих пор.
А Эласдар сейчас в Далси… Дункан представил себе, как тот сидит за столом в главном зале, в окружении всей семьи. Его, Дункана, семьи. Там и Майри, сестра его и жена Эласдара, с детишками; и бабушка… и самая младшая сестренка Кирсти. Три года прошло с тех пор, как Дункан в последний раз видел Майри – она приезжала в Эдинбург вместе с Эласдаром. Когда он покидал отчий дом, Кирсти была совсем крошкой, очаровательно задиристой и непоседливой. Наверное, и она не помнит его вовсе…
Как и младшую сестренку, бабушку Дункан не видел с того дня, когда уехал – без ее благословения! – из Далси. Еще один тяжкий вздох сорвался с его губ. Ребенком он души не чаял в бабушке… Как же она, должно быть, постарела… Наверное, часто болеет… Простила ли она своего непокорного внука или обида и гнев по-прежнему гложут ее сердце?
Поглаживая шелковистую угольно-черную спину коня, Дункан еще пару минут подождал в надежде, что ледяная вода снимет боль у его верного друга, потом взял поводья, вышел на берег и медленно зашагал вверх по пологому склону холма. С вершины открывался вид на великое шотландское озеро. Лох-Несс мерцал на западе изогнуто-длинным таинственным зеркалом. Откинув со лба черную прядь, Дункан повернулся к Гленрану, едва видневшемуся на самом горизонте.
И в тот же миг с губ его сорвалось проклятие. Он застыл на месте, опустив руку на шею вороному. Долину между тремя холмами пересекала группа всадников. Дункан прижался к боку коня, прищурился, вглядываясь в незнакомцев. Чужаки? Макдональды?
Восемь всадников, все в национальных одеждах, вооруженные, неспешно двигались по топкой долине вдоль края березовой рощи. В полуденном солнце сверкали острия копий, прикрепленных к поясу каждого. Окантованные медью щиты матово поблескивали. В причудливой смеси узоров на накидках Дункан не смог распознать традиционные цвета какого-нибудь из кланов. «В любом случае, это не Фрейзеры», – решил он. Ни одного из этих всадников в Гленране не было. Как они смеют при свете дня и в полном вооружении пересекать земли Фрейзеров?!
В этот миг еще один всадник вынырнул из березовой рощи. Темно-зеленая с синим накидка не оставляла сомнений в том, что этот человек принадлежит к клану Фрейзеров. Тугая коса вспыхнула золотом в лучах солнца…
Затаив дыхание, Дункан смотрел, как вооруженные всадники подъехали к Элспет. Еще несколько секунд – и девушка скрылась в кольце клетчатых накидок.
Отшвырнув поводья, путаясь в хлопающих на ветру полах плаща, на ходу сжимая в пальцах рукоять кинжала, Дункан ринулся вниз по склону. Незамеченный чужаками, он скатился с холма и застыл, спрятавшись за ближайшим валуном.
Пара минут ушла на то, чтобы оценить ситуацию, определить расстояние до врагов и прикинуть наилучший способ нападения. Один из восьмерых вооруженных всадников обратился к Элспет. Та отвечала, напряженно вскинув голову, – Дункан видел лишь, как шевелятся губы девушки.
Теперь он точно знал, что среди незнакомцев нет Рори и рыжеволосых Макдональдов, которых он запомнил со встречи на ручье. Ни на одном из всадников не было берета, а без эмблемы клана невозможно определить, чьи это люди.
Элспет вскинула руку, показывая куда-то вдаль; затем покачала головой. Один из всадников подался к ней, точно собираясь пересадить ее к себе за спину. Она отпрянула, еще энергичнее качнув головой. Незнакомец успел схватить ее за руку.
Не помня себя от ярости, Дункан выпрыгнул из-за валуна. На открытой всем ветрам долине его появление все равно не осталось бы незамеченным. Рассчитывать на внезапность было бесполезно. Что ж, решил он, значит, остается надеяться на силу. Как бы там ни было, а малышку в руках врагов он не оставит.
Устремив вперед немигающий взгляд, Дункан решительно зашагал к чужакам. «Никогда не обнаруживай страха перед врагом» – так учил отец. Дункан накрепко запомнил эти слова; более того, он всегда следовал им.
Вызывающе держа ладонь на рукояти кинжала, Дункан ступил в круг всадников.
– Привет, – произнес он на гэльском.
Вся компания уставилась на него в изумлении. Элспет, похоже, была удивлена не меньше чужаков. Не отнимая руки от кинжала, Дункан качнул головой. Смысл жеста был ясен. Девушка шагнула к нему.
