перестанет существовать, если будет и дальше продолжать в том же духе, бездумно следуя в фарватере американской геополитики, полностью отказавшись от своей субъектности, суверенитета и идентичности. Всё это в совокупности должно оздоровить ситуацию и вернуть Европу на международную арену в качестве реального геополитического, культурного, цивилизационного субъекта.
Мигранты для Европы[44]
Удивительно, но те меры, которые Евросоюз уже предпринял в отношении беженцев, оказались недостаточно эффективными. На этом фоне звучат голоса о том, что зрить надо в корень проблемы, разрешать первопричины: улучшать ситуацию непосредственно в тех странах, откуда движется основной поток беженцев. Нужно всего лишь восстановить Ливию и Сирию, Афганистан, Ирак, воскресить Саддама Хусейна, Муамара Каддафи, наладить систему государственной власти и управления в странах, разрушенных западным вероломством и стабилизировать общество. Всего-то …
Уже понятно, что распределение квот на прием мигрантов не решает проблему. Стены, которые возводят некоторые страны, помогают недостаточно. Да и никакие стены никого не спасут в век высоких технологий и глобализации, на которой так настаивал Запад. Всё, что происходит в Арабском мире, это и есть последствия реализации глобалистского плана «Великий Ближний Восток», который был официально принят в июне 2004 года на саммите НАТО в Стамбуле, и успешно реализуется на наших глазах. Подлинная цель этого плана в том, чтобы разрушить и перемешать традиционные общества Арабского мира, которые оказались невосприимчивы к западным ценностям, в том числе американской демократии, то есть, имели против них иммунитет. В итоге эти общества были разрушены, перемешаны, а движение миграционных потоков в Европу есть следствие этого разрушения, то есть оно предусмотрено планом. Миграционные массы — это то, что, по замыслу апологетов глобального гражданского общества, должно раствориться в Европе. Но слишком большое количество иммигрантов делает невозможной их интеграцию, не говоря уже об ассимиляции, а поскольку поток продолжает расти, то происходит как раз обратное. Возникающие анклавы поглощают Европу, растворяя в некой арабской массе с сильной арабской идентичностью, очищенных от всякой идентичности европейцев. Как бы предвосхищая такое развитие событий, европейский традиционалист Рене Генон ещё в начале XX столетия провидчески писал: «…если у элиты {Европы} нет времени на то, чтобы общим действием глубоко изменить западное мышление в целом, то эта элита всё равно сможет стать символическим “ковчегом”, плывущим в водах Потопа, и таким образом сможет послужить точкой сосредоточения деятельности, посредством которой Запад, даже если и утратит независимое существование, сможет, тем не менее, создать основы для нового {духовного} развития, на этот раз естественного и постепенного. Однако всё равно останутся серьёзные проблемы, наиболее трудно решаемыми из которых будут этнические революции»[45]. Имея ввиду, что только восстановление традиционной цивилизации Европы может стать выходом из концептуального тупика, и судьба этой традиционалистской революции — в руках элит. И чтобы предотвратить полную перепрошивку Европы теми, кто сегодня меняет её облик, наполняя собой её города и улицы, последним мыслящим людям, тем остаткам интеллектуальной элиты, что всё ещё хранит Европу как традиционную идею, нужно сплотиться, собрав в кулак все возможности воли, ума и цивилизационной субъектности. Новая Европа — это возврат Европы к лучшему, что у неё было в сфере духа и мысли, — к Новому Средневековью. И это полностью противоположно тому, что навязали Европе глобалисты, это то, что противостоит американскому плану.
Глобалистский проект — это удар не только по Арабскому миру, который был невосприимчив к демократии, но и по Европе, которая слишком высокомерно считала себя центром человеческой цивилизации. Это перемешивание человеческих масс. Собственно, Европа этому ничего не может противопоставить, потому что сама насаждала систему ценностей, которая провозглашала очищение от каких-либо идентичностей, разрушая коллективные субъектности, и говорила о том, что человечество — это равнозначные индивидуумы, некая потребительская биомасса, в которой все одинаковы и перемешаны. Поэтому арабы ничем не отличаются от немцев, британцев, венгров и прочих, но не как цельные народы, а как отдельные человеко-единицы. Кто против этого, тот начнёт «выпадать» из Евросоюза. И здесь, конечно, не стенами нужно ограждаться, а принятием новой парадигмы ЕС. И в конечном итоге переосмыслить, что есть ЕС? Если ЕС — это плавильный котёл, тогда все арабы welcome в Европу. А если ЕС — это Европа народов, которые всё-таки имеют свою идентичность и историю, тогда нужно как-то перезапустить этот проект в новом качестве.
Таким образом, Вашингтон давным-давно спланировал тот миграционный поток в Европу, который мы наблюдаем сегодня. Ещё тогда, когда они только обсуждали возможную интервенцию на Ближний Восток, выбирая с какой страны начать. Предпосылки американского вторжения на Ближний Восток заключаются в том, что Арабский мир представлял собой набор устойчивых государств, сложившихся ещё во времена становления Ялтинской системы двухполярного мира и уходящих корнями в глубь многовековой Традиции. Эти устойчивые государства имели свою систему ценностей и иммунитет против западной демократии. Поэтому подступиться к Арабскому миру было невозможно, так как он был цельный, органичный, субъектный и к тому же экономически довольно самостоятельный. Это был тот крепкий орешек, который США не могли расколоть. Для разрушения этой устойчивой системы государств и обществ с дальнейшим насаждением там американской демократии и была разработана и принята стратегия — план «Великий Ближний Восток». Согласно этому плану, все эти общества должны были быть сначала расшатаны, а потом перевёрнуты, расколоты и размешаны. Потому что ценности американской демократии можно насадить только при условии, что общество будет превращено в дискретную гражданскую биомассу. А так как миссия США — это навязывать везде американскую демократию, разрушая устойчивые модели социального, экономического и исторического развития, то, собственно, это и было проделано с Ближним Востоком. Но то же самое уготовано и всем остальным. И одной из первых в очереди на перемешивание в этом американском блендере, который превращает органичные общности народов в гражданскую атомизированную бессмысленную биомассу, стоит Европа. И то, что сейчас происходит с миграционным наплывом на Европу — есть наглядная реализация очередной, практически завершающей стадии этого американского плана.
Но не все европейцы, — особенно младоевропейцы, Прибалтика, Венгрия, Польша — готовы к такому плавильному котлу. И, соответственно, к тому потоку мигрантов, беженцев из арабских стран, который захлестнул ЕС. Само это нежелание — уже серьёзный удар по Евросоюзу. Хотя, новых членов ЕС, собственно, никто уже не спрашивает. Вообще тот, кто стал европейцем, тот вынужден жёстко подчиняться железной воле Брюсселя, следуя дисциплине, предписанной нормативному европейскому государству. Поэтому Прибалтика и страны Восточной Европы обречены на принятие миграционных потоков в таком объёме, в котором им скажут. И в этом младоевропейцы получат сполна того, от чего стремились освободиться.
