— Я не…
— И ты стоишь здесь и лжешь мне в глаза? — Он почти выкрикнул последние слова. — Черт возьми, Мэдисон, у меня есть доказательства. Это же твой банковский счет, правда?
— Да.
— Поправь меня, если я не прав, но деньги, размещенные на нем, — мои, от иностранных инвесторов, да?
— Да. — Она снова сглотнула. — Я собиралась снять их со счета, чтобы отдать тебе, но банк не мог обналичить счет. Я не знала, я надеялась снять их немедленно и…
— И ты ждешь, что я поверю тебе?
Она неуверенно переминалась с ноги на ногу.
— Знаю, это выглядит очень некрасиво, но…
— Почему мне следует тебе верить?
— Деметриус, ты же не думаешь, что я хотела тебе навредить, я хотела помочь…
Мужчина подошел, приподнял ее подбородок, так что ей пришлось встретить яростный, пышущий ненавистью взгляд.
— Ты хотела меня унизить, и тебе это удалось, будь ты проклята! — Он отпустил ее и шагнул в сторону. — Я хочу, чтобы ты убралась отсюда к моему возвращению.
— Что? — У нее все поплыло перед глазами. — Деметриус, я…
— Я даю тебе шанс уйти, пока я не вызвал полицию, — коротко отрезал он. — Джереми такого шанса я не предоставил.
Он повернулся и, ни слова не говоря, покинул пентхаус.
Мэдисон взглянула на валявшуюся на полу распечатку счета. Ноги ее подкосились, и она рухнула рядом с листками, отчаянно рыдая.
Она ушла из отеля очень быстро, прошмыгнула мимо стойки портье, словно мышка, не желая, чтобы кто-нибудь из персонала увидел ее заплаканные глаза и трясущийся подбородок.
Села в первое такси, подъехавшее к обочине, и, когда водитель спросил о пункте назначения, растерялась. Она проглотила ком в горле и вытянула из рукава носовой платок.
— Куда, мадам? — снова поинтересовался водитель, когда они миновали квартал.
Мэдисон подняла лицо от мокрого платка и встретилась глазами с водителем.
— Вы знаете, где находится Черная Скала?
— Никогда не слышал о таком месте. Далеко от города?
— Не очень, — скривила губы Мэдисон. Дав точные инструкции, откинулась на сиденье и достала еще один платок.
Деметриус вернулся поздно ночью, в полной уверенности, что Мэдисон все еще дома, уже собравшаяся с духом и готовая к бою. Уж она не упустит шанса позлорадствовать, она обещала отомстить — и выполнила задуманное.
Какое достижение и за такой короткий срок — да, у нее несомненный талант!
Мужчина хлопнул дверью, возвещая о своем появлении, — предстоит новый бой.
Тишина.
Он нахмурился, прошелся по апартаментам, Мэдисон нигде не было. Спазм сдавил горло. На полу рядом с банковским счетом что-то белело. Деметриус наклонился посмотреть, что это, и тут же невидимая рука сжала ему сердце.
На полу лежал мокрый носовой платок…
У Черной Скалы Мэдисон отдала водителю все деньги, которые у нее оставались в кошельке.
— Вы уверены, что с вами все будет в порядке? — поинтересовался мужчина, бросая на нее тревожный взгляд. — Место здесь уж больно уединенное.
— Нет, все в порядке, не беспокойтесь. — Она закрыла дверцу и помахала на прощание рукой. Машина отъехала, свет фар исчез вдали, и ночь плотным плащом укутала девушку.
Сжав волю в кулак, Мэдисон приблизилась к хижине, толкнула дверь, прошла к камину за спичками.
Вздох облегчения вырвался из ее груди, когда маленькое пламя, прорвав завесу тьмы, осветило помещение. В корзине лежало несколько поленьев, она сложила их в камине, снова чиркнула спичкой, и приветливый огонь тут же весело заиграл, заискрился.
Мэдисон завернулась в одеяло, стараясь не обращать внимания на впитавшийся в ткань аромат туалетной воды Деметриуса, и села перед огнем.
Она закрыла глаза и слушала звуки ночи — щебет сверчков, горловое кваканье древесной лягушки, призывающей самца, и журчание воды…
Деметриус грозился уволить весь штат отеля за то, что никто не в состоянии ответить, куда подевалась его жена.
— Она села в такси, — под угрозой увольнения признался один из молодых носильщиков.
— В какое такси? — уставился на него Деметриус.
Носильщик махнул в сторону машин на стоянке.
— Оно принадлежит компании, расспросите их. Перекинувшись несколькими словами с шофером, Деметриус вернулся в отель.
— Мне нужна моя машина, и немедленно!
Через десять минут он уже был в пути, руки напряженно вцепились в руль.
Он размышлял над очень непонятной ситуацией. Конечно, Джереми и Мэдисон конспирировались, чтобы привести в исполнение свой план. Но если так, то почему она покинула отель в слезах? Может, он неправильно ее понял? В конце концов, одной ложью больше, что это в сравнении со всей той ложью, которую ему пришлось терпеть годами?
Вглядываясь в черноту леса, он хмурился. Может, он оказался не прав? Она вышла за него замуж, чтобы защитить младшего брата. Путем шантажа он принудил ее к браку. Какие чувства, если не отвращение, могло вызвать в ней его поведение?
Взять хотя бы то, как он разорвал их соглашение. Просто выставил ее на улицу! Если кого и следует обвинять во лжи, так это его самого. Он желал заполучить эту женщину с первой встречи, ее пылающий синий взгляд раззадоривал его сильнее и сильнее. И то, что она была девственницей, оказалось для него настоящим ударом. Теперь у него есть время поразмыслить. Она не была врагом, засланным шпионом, она была преданной сестрой, готовой ради спасения брата пожертвовать собственной жизнью и свободой.
Хижина стояла в кромешной тьме, он зажег фонарь, отворил дверь и увидел Мэдисон, клубком свернувшуюся около потухшего огня. Волосы падали ей на лицо, а меленькая, почти детская рука растопырилась на одеяле, словно морская звезда.
Деметриус опустился на шаткий стул. Так он и сидел, пока солнце не появилось на горизонте и первые лучи не проникли в окошко.
Мэдисон открыла глаза и обнаружила сидящего перед собой Деметриуса. По глубоким теням под его глазами она поняла, что он не спал всю ночь.
Она убрала волосы с лица, села, старательно избегая его взгляда.
— Почему ты приехала сюда, Мэдисон? — тихо, почти нежно спросил он.
— Извини… — она встала и направилась к двери. — Я сейчас уйду.
— Уйдешь куда?
Она нервно оглянулась.
— Не знаю… куда-нибудь.
— Пешком?
— Да.
— Моя компания тебе отвратительна? Мэдисон опустила глаза.
— Нет.
— Почему ты не сказала мне о намерениях Джереми?
— Я хотела сказать. Но ты бы все равно не поверил.
— Подожди, — продолжал он. — Почему ты не пришла ко мне, как только узнала о его мошенничестве? Тебе не нужно было компрометировать себя.
