Читаем без скачивания Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор (СИ) - Марей Соня

— Это вам за труды, нейра.

А потом вдруг стукнул себя по лбу костяшками пальцев.

— Забыл, олух! Пока вас не было, соседи с конца улицы стучались.

Я приподняла бровь. Так-так, интересненько. И кого мне там ветром надуло?

— А зачем, не знаете? — спросила, протирая рабочий инвентарь спиртом и бросая грязные салфетки в медную посудину.

— Дак почему ж не знаю? Знаю! У Келена лавочника жена рожает!

— И что, меня собирались позвать?

Работает сарафанное радио, работает! Пусть многие опасаются магов, это не беда. Всегда найдутся те, кто верит в чудо. Справимся.

— Пойдёмте, отведу вас, — пациент приглашающе махнул рукой. — Келен хорошо зарабатывает, уж он с оплатой не поскупится.

Упаковав в чемоданчик лишь самое необходимое, я быстро снабдила Вайса инструкциями и сунула бутылочку мази. Будет сам себе перевязки делать, ничего сложного там нет. Тем более, я ему подробно объяснила, откуда у него взялся паронихий. А через три дня тогда пусть на приём приходит.

Сосед проводил меня к дому лавочника Келена, на улице он был одним из самых больших и ухоженных. Над калиткой возвышалась увитая цветами арка, к дому вела дорожка из белых гладко отёсанных камней, в стыках между которыми зеленела молодая пушистая трава. В цветнике притаилась группа каменных гномов с лопатками, а из будки торчала скучающая пёсья физиономия. Едва мы вошли, собакен наградил нас меланхоличным взглядом, зевнул и отвернулся. Хорош охранничек.

Вайс забарабанил кулаком в дверь:

— Эй, сосед! Выходи, я тебе магичку привёл!

Вдруг за нашими спинами хлопнула калитка. Раздался скрипучий голос:

— Это на кой здесь магичка, если позвали меня? Объяснитесь, папаша.

Мы с Вайсом синхронно обернулись. Следом за нами во двор заходил, по всей видимости, Келен в компании согбенной старушки. Хозяином дома оказался рослый мужчина лет тридцати трёх, со светлыми зачёсанными назад волосами, широкой грудной клеткой и небольшим животиком, повисшим над поясом штанов. Неброская, но чистая и добротно скроенная одежда выдавала в нём человека, принадлежащего к среднему классу.

А вот бабуля сразу внушала опасения. Внимательные глубоко посаженные глаза под морщинистыми веками глядели цепко и недобро, словно она уже почуяла во мне конкурентку и собиралась если не пристрелить собственными руками, то точно нанять киллера.

Позади неё робко семенила девушка лет девятнадцати с растерянным выражением лица, ей явно было неловко. Взглянув на меня, поспешно отвела взгляд. Её рыжие волосы были собраны в две косы с лентами, а поверх простого голубого платья накинут белый передник.

— Да я… это… — растерянно проговорил хозяин, переводя взгляд с бабки на меня и обратно. — …я думал, нейры магички дома нет и она не скоро ещё появится…

— Хлеба меня лишить хочешь? — нехорошо сощурилась бабулька. — Сначала энти шарлатаны кхерурги Лейн и его шайка разогнали честных повитух. Потом маги понаехали. А нам-то что делать? Куда податься? Всю жизнь бабам от бремени разрешиться помогала, столько дитачек на руки приняла, а теперь что, в голоде и холоде помирать?

Значит, бабуленция — та ещё любительница давить на жалость. Наверняка Келен узнал обо мне от соседей, может, от того же Вайса, и решил позвать к своей жене. Но, не обнаружив на месте, помчался за старушкой.

— Я не собираюсь вас прогонять, почтенная Крелла, — вежливо отозвался сосед. — Вы со своей ученицей можете присутствовать на родах, как и нейра Эллен. И не волнуйтесь, ваши труды будут оплачены.

— Хорошо, я согласна, — сжав ручку чемоданчика, выпалила я.

Конечно, толкаться с почтенной Креллой попами возле роженицы не было никакого желания, но и базар устраивать не хотелось. К тому же будет полезно узнать, на каком уровне находится акушерство среди обычных повитух, а не лекарей и хирургов.

Бабка деловито поднялась на крыльцо, беспрестанно бубня себе под нос и зыркая из-под нахмуренных бровей. Кажется, я различила слова “понаехали” и “глаза б мои вас не видели”.

— Делла, чего ты там мнёшься? Я с радикулитом и то хожу быстрей. Если так и будешь копаться, отправлю обратно к матери! — прикрикнула на девушку.

Точно, ученицу с собой привела. Испугавшись угрозы, девица приподняла пальчиками подол платья и скоро взбежала по ступенькам.

Вайс пожелал удачи и ушёл, а Келен провёл нас в дом…

Внутри было так же мило и аккуратно, как и на улице. В окна с чисто вымытыми стёклами струился солнечный свет, на подоконниках громоздились цветочные горшки в горошек, а шторы пастельного оттенка добавляли атмосферы прованса. По сравнению с этим домом моё жилище выглядело мрачно и старомодно.

На второй этаж вела лестница с резными перилами, устланная розовым ковриком с кисточками. Келен помог ворчливой старухе подняться, поддерживая под локоть и обещая, что свои деньги она в любом случае получит. Да я была готова отдать ей даже свою долю, лишь бы не слышать ворчания. Мы с её ученицей, Деллой, первыми оказались наверху и посмотрели друг на друга. Я прочитала на лице девушки плохо скрываемое любопытство, но, смутившись, она быстро отвела взгляд.

Выходит, не всех акушерок запугали и разогнали Лейн и компания. Кто-то наверняка остался и продолжает работать, а некоторые, как Крелла, готовят преемниц. Я бы поговорила с этой девчушкой позже, как закончим.

Из комнаты с распахнутой дверью выглянула женщина в сером чепце.

— Кто там пришёл, Мэгги? — раздался надтреснутый женский голос.

— Кажись, повитуха явилась, — ответила Мэгги и махнула пухлой рукой. — Прошу, вот сюда… Хозяйка уже вот-вот разродится.

Не дожидаясь повторного приглашения, я бодро зашагала вперёд. За спиной шипела бабуська, но я старалась игнорировать колкие выпады. Что поделать, старшее поколение всегда будет считать, что они всё знают лучше.

Но уже на пороге комнаты бабуля обошла меня, словно гонщица Формулы-1. Вырвалась вперёд, оставив меня глотать пыль из-под дымящихся пяток. И куда только радикулит делся?! Пока она крутилась вокруг роженицы — молодой женщины лет двадцати пяти, спрашивала какие-то приметы и заставляла распустить косу, я поставила на стул чемоданчик. Облачилась в халат, волосы спрятала под медицинскую шапочку и вооружилась стетоскопом.

— Давно чувствуете схватки?

— Да с вечера, — устало ответила роженица, которую звали Адиль. У неё были большие красивые глаза карего цвета, только веки отекли от недосыпа, а лоб прорезала болезненная морщинка.

Почувствовав признаки приближающихся родов, она ходила по дому, поднималась по лестнице, пыталась делать домашние дела. Ночью вертелась с боку на бок, думала, родит сама, как и её мать, и тётка, и сестра, но утром боль стала такой невыносимой, что Адиль отправила мужа уже хоть за кем-нибудь. Келен предлагал отвезти её в башню лекарей, но та наотрез отказалась. Слышала, что уж слишком много там умирает женщин и младенцев.

— И правильно, нечего с этими шарлатанами связываться. Только денежки гребут, — проворчала Крелла. — Не мужское это дело, роды принимать. Вот Бог и карает женщин смертью за то, что позволили чужому мужику срам увидеть.

— Роды первые? — спросила я побледневшую Адиль.

Она кивнула, а после охнула и поморщилась.

Повитуха ревниво наблюдала за тем, как я расспрашиваю роженицу, но не вмешивалась. И правильно, сейчас не лучшее время меряться сись… навыками. Рыжая Делла скромно опустилась на табурет в уголке и молча слушала, о чём мы беседуем. Оказывается, воды отошли ещё ночью — это плохо. Длительный безводный период — риск восходящей инфекции плода. Если не разродится в ближайший час, придётся принимать меры.

Я тщательно изучила медицинский справочник по акушерству из библиотеки Эллен и поняла, что у магов с этим делом тоже не ахти. А из акушерских зелий только кровоостанавливающие, ранозаживляющие и контрацептивные. Были и противовоспалительные, но, без удаления источника инфекции, они малоэффективны.

— Чтой-то спина у меня разболелась, — кряхтнула бабулька и уселась на скамью, кажется, поумерив свой пыл.