Сквозь летучее облако пыли он ясно видел всадников: даже для древних иранцев вид у них был устрашающий.
— Ого, — сказал Эверард вслух. — Все ясно.
У него не хватило времени испугаться, надо было быстро думать и принимать решение. У Гарпага не могло быть иной причины для этого бешеного галопа в горы, кроме поимки грека Меандра. Естественно, во дворце, полном доносчиков и болтунов, Гарпаг не позднее чем через час узнал, что царь говорил с чужеземцем как с равным, на незнакомом языке, а потом отпустил его обратно на север. Немного больше времени хилиарху понадобилось, чтобы придумать причину, позволяющую ему покинуть дворец, собрать воинов из своей личной охраны и броситься в погоню. Почему? Потому что «Кир» когда-то появился среди этих же холмов на какой-то неизвестной штуке, которую Гарпаг мечтал захватить. Мидянин был отнюдь не дурак и явно не поверил истории, которую тогда сплел для него Кейт. Он вполне допускал, что рано или поздно из страны царя явится другой волшебник, и уж на сей раз он, Гарпаг, не допустит, чтобы чудесная повозка так легко выскользнула из его рук.
Эверард более не медлил. Всадники были всего в сотне ярдов от него. Он видел глаза Гарпага, сверкающие из-под кустистых бровей. Пришпорив лошадь, Эверард свернул с дороги и поскакал прямо через луг.
— Стой! — закричал позади него знакомый голос. — Остановись, грек!
Эверард погнал свою усталую лошадь рысью. Кедры бросали на него длинные тени.
— Стой или будем стрелять!.. Стой!.. Стреляйте! Только не убивать. Стреляйте по коню.
На опушке леса Эверард соскочил с седла. Сзади послышались злое жужжание стрелы и тяжелый топот. Лошадь заржала. Эверард оглянулся — бедное животное упало на колени. Черт побери, они заплатят за это! Но он был один, а их — восемь. Он поспешил под защиту деревьев. Стрела вонзилась в ствол, просвистев мимо его левого плеча.
Он побежал, пригибаясь, петляя из стороны в сторону в холодных сгущающихся сумерках, напоенных запахом трав, радуясь, что мягкая, покрытая хвоей земля не издавала ни звука под его деревянными сандалиями. Ветки деревьев хлестали его по лицу. Жаль, что кустарник рос очень редко, можно было бы воспользоваться каким-нибудь индейским приемом и укрыться в кустах. Персов видно не было. Почти наугад они пытались проехать за ним верхом. Треск ломающихся кустов и громкие ругательства за его спиной говорили о том, что это им дается нелегко.
Скоро они спешились. Он прислушался. Где-то далеко журчала вода… Он двинулся в направлении этого журчания, вверх по крутому склону холма, покрытому большими валунами. Его преследовали не беспомощные новички-горожане, подумал он. По крайней мере, некоторые из них были горцами, умеющими прочитать малейший его знак на земле. Ему нужно сбить их со следа — тогда можно будет спрятаться и переждать, пока Гарпаг не вынужден будет вернуться к своим дворцовым обязанностям. Эверард тяжело дышал. Резкие голоса слышались за его спиной, было принято какое-то решение, но они находились слишком далеко, и он не мог расслышать, какое именно. К тому же кровь слишком громко стучала у него в висках.
Если Гарпаг посмел напасть на гостя самого царя, он, естественно, не предполагал, что тому удастся когда-нибудь пожаловаться на это царю. Плен и пытки — пока он не откроет им, где находится скуттер и как он действует, а в конце программы — в порядке милосердия — нож в сердце.
ЧЕРТ ПОБЕРИ, подумал Эверард, слыша бешеный стук своего сердца, Я ИЗГАДИЛ ЭТУ ОПЕРАЦИЮ ДО ТАКОЙ СТЕПЕНИ, ЧТО ТЕПЕРЬ ЕЕ МОЖНО ВКЛЮЧИТЬ В УЧЕБНИК В КАЧЕСТВЕ ПРИМЕРА, КАК НЕ ДОЛЖЕН ПОСТУПАТЬ ПАТРУЛЬНЫЙ. И ВСЕ ПОТОМУ, ЧТО НЕ НАДО СТОЛЬКО ДУМАТЬ О НЕКОЕЙ ЖЕНЩИНЕ, ЧУЖОЙ ЖЕНЩИНЕ, ЧТОБЫ ЭТИ МЫСЛИ НЕ ЗАСТАВИЛИ ТЕБЯ ЗАБЫТЬ ОБ ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ПРЕДОСТОРОЖНОСТЯХ.
Он вышел на высокий берег. Внизу, под его ногами по направлению к долине тек ручеек. Они, конечно, увидят, что он здесь был, но им придется гадать, вверх или вниз по течению он пошел… Кстати, куда же лучше?.. Сначала он пошел вниз по ручью; тина и скользкая грязь холодили ноги. Нет, лучше все-таки идти вверх по течению. Во-первых, так будет ближе к скуттеру, а во-вторых, Гарпаг, вернее всего, подумает, что он отправился вниз по течению, чтобы вернуться назад, к царю.
Камни речушки ранили его ноги, и вода леденила их. Деревья стеной поднимались вдоль обоих берегов, наверху виднелась только быстро темнеющая узкая полоска неба. В вышине парил орел. Становилось все холоднее. Но ему повезло: ручек петлял, как змея в бреду, и Эверард почти сразу же, скользя и спотыкаясь, исчез за поворотом.
Я ПРОЙДУ МИЛЮ ИЛИ ДВЕ, ПОДУМАЛ ОН, И, МОЖЕТ БЫТЬ, ТАМ ОКАЖЕТСЯ СВИСАЮЩАЯ НИЗКО ВЕТКА, УХВАЧУСЬ ЗА НЕЕ, ВЫЛЕЗУ И ОКОНЧАТЕЛЬНО ЗАПУТАЮ СЛЕДЫ
Минуты текли медленно.
Я ДОБЕРУСЬ ДО СКУТТЕРА, ОБРАЩУСЬ В ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ И ПОПРОШУ ПОМОЩИ. Я 3НАЮ, ЧЕРТ ПОБЕРИ, Ч ТО НИКАКОЙ ПОМОЩИ ОТ НИХ НЕ БУДЕТ. ПОЧЕМУ БЫ НЕ ПОЖЕРТВОВАТЬ ОДНИМ ЧЕЛОВЕКОМ, ЧТОБЫ ОБЕСПЕЧИТЬ СОБСТВЕННОЕ СПОКОЙНОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ И БЛАГОДЕНСТВИЕ? ТАК ЧТО КЕЙТ ЗАСТРЯНЕТ ЗДЕСЬ ЕЩЕ НА ТРИНАДЦАТЬ ЛЕТ, ПОКА ЕГО НЕ УБЬЮТ ВАРВАРЫ. НО ЧЕРЕЗ ТРИНАДЦАТЬ ЛЕТ ЦИНТИЯ ВСЕ ЕЩЕ БУДЕТ МОЛОДА И, ПЕРЕЖИВ ВЕСЬ КОШМАР ИЗГНАНИЯ, ТОЧНО ЗНАЯ ДАТУ СМЕРТИ МУЖА, ОСТАНЕТСЯ СОВСЕМ ОДНА В ЗАПРЕЩЕННОЙ ДЛЯ ПУТЕШЕСТВИЯ ВО ВРЕМЕНИ ЭПОХЕ, ПРИ ЗАПУГАННОМ ДВОРЕ БЕЗУМНОГО КАМБИСА II… НЕТ, Я ДОЛЖЕН СКРЫТЬ ОТ НЕЕ ПРАВДУ, УДЕРЖАТЬ ЕЕ ДОМА; СКАЗАТЬ, ЧТО КЕЙТ МЕРТВ. ОН И САМ ХОЧЕТ, ЧТОБЫ Я ТАК ПОСТУПИЛ. А ЧЕРЕЗ ГОД ИЛИ ДВА ОНА ОПЯТЬ БУДЕТ СЧАСТЛИВА, Я СУМЕЮ НАУЧИТЬ ЕЕ БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ.
Он не замечал, как острые камни изранили его обутые в тонкие сандалии ноги, как неверен его шаг и как сильно шумит вода. Но тут он подошел к повороту речушки и увидел персов.
Их было двое. Они брели вниз по течению. Очевидно, его поимке придавали большое значение, раз уж решились пренебречь религиозным запретом относительно осквернения речных вод. Сверху по обоим берегам шли еще двое, прочесывая лес. Одним из них был Гарпаг. Они со свистом вытащили длинные мечи из ножен.
— Стой! — вскричал Гарпаг. — Стой, грек, сдавайся!
Эверард остановился как вкопанный. Вода журчала по его ногам. Те двое, что шли по реке навстречу ему в этом колодце темноты, казались нереальными: их темные лица были совсем не видны. Выделялась только белая одежда и мерцающие лезвия их мечей. Эверард вздрогнул: преследователи видели, как он вошел в ручей, и просто разделились — половина пошла вниз по ручью, остальные — вверх, передвигаясь по твердой земле быстрее, чем он по воде. Пробежав дальше, чем он мог дойти, они повернули назад и пошли медленнее, так как река петляла, но уже уверенные, что добыча от них не ускользнет.
— Взять живым, — напомнил Гарпаг. — Можете ранить его в ноги, если придется; но возьмите живым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
