При виде Джоэла Фрея ничем не выказала своего удивления. Она будто бы и не заметила его, зато вежливо приветствовала адвоката. Это был лучший законник, которого Джоэл мог нанять за деньги. За очень большие деньги.
– Месье Алар Юбер к вашим услугам, господа, – представился толстячок, и брови адвоката удивленно поползли вверх, что не преминул заметить Джоэл.
– О, месье Юбер, это такая честь для меня, – почтительно произнес мужчина. Он конечно же слышал о знаменитом на весь Бордери нотариусе.
– Может, стоит несколько поторопиться? – нетерпеливо произнес Джоэл. Ему хотелось быстрее покинуть место, не вызывающее у него радужных воспоминаний. – Мистер Жане, изложите поскорее наши требования, и покончим с этим делом раз и навсегда.
– Месье Юбер, весьма сожалею, но обстоятельства таковы, что я должен помочь месье Нортону вернуть его жену и сына в Англию. – Судя по голосу, адвокат действительно испытывал некоторую неловкость. – Надеюсь, у вас нет возражений?
– Ошибаетесь, месье Жане. У меня как раз имеются возражения, – весело произнес Алар Юбер и незаметно подмигнул Фрее. – Учитывая тот факт, что год назад мадам Дюфер получила французское гражданство, никто и ничто не может вынудить ее покинуть родину.
Пожилой нотариус специально назвал Фрею «мадам Дюфер», чтобы подразнить Джоэла. Судя по взбешенной физиономии последнего, это ему удалось.
– Но, насколько мне известно, мадам Нортон поменяла гражданство без согласия своего мужа, что ставит вышеупомянутую процедуру под сомнение, – не сдавался месье Жане. Он действительно являлся прекрасным адвокатом и недаром получал гонорар.
– Увы, – печально вздохнул Алар Юбер, – если бы дело касалось только семейных отношений, я вынужден был бы признать вашу правоту. Однако в данной ситуации затронуты интересы нашего государства.
– Что вы хотите этим сказать? – начиная терять самообладание, спросил адвокат. По всему было видно, что разговор заставляет его нервничать.
– Не знаю, сообщил ли вам об этом клиент, – месье Юбер метнул взгляд на наливающегося от злости краской Джоэла, – но мадам Дюфер с некоторых пор входит в число крупнейших землевладельцев Бордери. Вы наверняка проезжали мимо принадлежащих ей виноградников. Кроме того, под ее непосредственным руководством проходит важный эксперимент, который в случае своего успешного завершения явится важным вкладом в развитие коньячной промышленности. Думаю, вам, как истинному французу, месье Жане, известно, какой процент национального оборота составляет доход от этой отрасли.
Во время речи толстячка нотариуса адвокат с самым несчастным видом покрывался потом и был вынужден периодически лезть в карман за платком.
– Впрочем, если вы продолжаете настаивать на своем, я не в силах вам помешать. К моему великому сожалению.
Месье Жане недоверчиво покосился на него. Что это? Неужели он не ослышался? Алар Юбер признает свое поражение! Воистину следует отблагодарить святую Женевьеву, покровительницу семьи Жане, за подобный поворот дела.
– Месье Нортон, вы можете забрать вашу жену прямо сейчас, – поспешил сообщить своему клиенту прекрасное известие адвокат.
Губы Джоэла скривились в подобии улыбки, и он обратился к Фрее:
– Надеюсь, мне не придется тащить тебя волоком, дорогая?
К его удивлению, молодая женщина без слез и возражений отправилась вслед за ним, к ждущим на улице жандармам. Однако стоило им ступить во двор, как их тотчас окружила молчаливая толпа работников. Преимущественно мужчины, и они смотрели на заезжих гостей крайне недружелюбно.
Первым заволновался месье Жане.
– Что здесь происходит?
Со спины раздался довольный смешок месье Юбера. Старый нотариус, стоя рядом с Жервезой Бекю, весело взирал на них с верхней ступеньки.
– Я, кажется, говорил вам, месье Жане, что не могу помешать вам. Однако вы забыли, что в отличие от Парижа Бордери пусть и цивилизованная, но провинция. Здесь несколько иные нравы. Чтобы увезти из «Дюфера» хозяйку, вам придется иметь дело с ее работниками. Поговорите с ними, может, они поддадутся вашему красноречию.
Тихонько посовещавшись со своим клиентом, месье Жане ответил:
– Ладно, на этот раз ваша взяла. Мадам Нортон остается, а мы уезжаем.
– Вы не поняли, месье Жане, никакого другого раза не будет, – произнес месье Юбер так, будто растолковывал урок нерадивому ученику. – Вы лично и ваши сопровождающие можете ехать хоть сейчас, но месье Нортон останется. Останется до тех пор, пока не выполнит наши условия.
– Простите за любопытство, а в чем они заключаются?
Побледневший адвокат старался быть предельно вежливым. Возможно, если ему все же удастся как-то урегулировать отношения между клиентом и его женой, он еще сможет спасти свою профессиональную репутацию. В противном случае коллеги в Париже поднимут его на смех. Плохие вести имеют длинные ноги.
– О! Мы вовсе не претендуем на какую бы то ни было часть состояния месье Нортона. Единственное, что нам нужно, – это его согласие на расторжение брака. А также подпись на документах, свидетельствующих о передаче всех прав на Майкла Нортона его матери, присутствующей здесь мадам Дюфер.
Алар Юбер специально говорил по-английски, чтобы Джоэл понял, о чем идет речь. Нотариус еще не закончил последнюю фразу, когда он, вне себя от ярости, закричал:
– Ни за что! Вы слышите, ни за что я не подпишу ни одной вашей поганой бумажки!
– Тупица! – Неожиданно к нему подскочил месье Жане и, схватив за рукав, оттащил в сторону. – Неужели до вас еще не дошло, что здесь происходит? – зашипел адвокат почти в самое ухо Джоэла. – Оглянитесь на стоящих вокруг нас людей. Ваше счастье, что они ни слова не понимают по-английски. Немедленно соглашайтесь на все условия! – И, уже совсем понизив голос, добавил: – Если, конечно, вам дорога ваша жизнь.
– Вы трясетесь так, будто мне действительно угрожает опасность. – Джоэл презрительно скривился. – А между тем эти крестьяне вполне безобидные люди.
– Идиот! – рявкнул адвокат. – Треть этих «безобидных людей» во время войны участвовали в Сопротивлении. Они, не задумываясь, отправят вас к праотцам прежде, чем вы успеете открыть рот. Как думаете, сколько нацистов бесследно исчезло в «Дюфере»? Если хотите остаться в живых, немедленно подписывайте документы и молитесь, чтобы это их удовлетворило. Французы считают, что мужчина, поднявший руку на женщину, заслуживает смерти. И если все, о чем вы мне поведали, правда, то я разговариваю с трупом.
Джоэл нервно сглотнул и бросил по сторонам испуганный взгляд. Похоже, адвокат не шутил и он действительно попал в серьезную переделку. Стараясь сохранить достоинство, он обратился к Алару Юберу:
