— Прекрасная, здоровенькая девочка,— сообщил Рей Салли, опытным взглядом врача отмечая каждую деталь. — Кэтти, положи-ка ребенка на живот Салли. Это облегчит ей последние схватки.
С величайшей осторожностью Кэтти выполнила его указание. Заметив, как благоговение и любовь осветили изможденное лицо Салли, а в глазах Кэтти появились слезы радости, Рей испытал огромное облегчение, что все так закончилось. Без суеты, уверенно он обрезал пуповину и извлек плаценту. Затем принес теплой воды из кухни, чтобы искупать новорожденную.
Кэтти мыла ребенка с такой нежностью, что сердце Рея трепетало от сладостной боли. Завернув девочку в мягкое одеяльце, Кэтти положила ее на грудь Салли и неохотно, словно не желая расставаться с драгоценной ношей, убрала руки.
— Я бы выпила чаю, — пробормотала она. — Тебе приготовить, Рей?
— Раз ты не предлагаешь шампанского, то ограничимся чаем, — улыбаясь ей, ответил он.
Она посмотрела на него, словно увидела впервые.
— Окажись я на месте Салли, я бы полностью доверилась тебе,— заявила она.
Сияющая Салли подтвердила.
— Кэтти абсолютно права. Вы вели себя так спокойно и уверенно, как самый опытный акушер! Спасибо и тебе, Кэтти. Я никогда не забуду, что вы с Реем для меня сделали.
— Я сейчас сама расплачусь,— пробормотала Кэтти и убежала на кухню.
Пока Рей устанавливал колыбель рядом с кроватью Салли, та связалась по телефону с Мелом.
— Он говорит, что мечтал о девочке,— радостно сообщила Салли, прикрыв ладонью трубку. — Муж вернется домой, как только сможет, Конрад доставит его. Мел так признателен вам обоим.
Первые лучи света начали проникать сквозь неплотно задернутые занавески. Девочка спокойно спала, а они втроем пили чай с овсяным печеньем. Кэтти посмотрела на часы и вскрикнула:
— Через сорок пять минут у меня уже должен быть готов завтрак, да еще нужно приготовить три пакета с едой — любители птиц решили днем отправиться к скалам, они хотели уйти пораньше.
— Может быть, Рей поможет тебе, — сонно пробормотала Салли. — Если вы не возражаете, Рей, я хотела попросить вас побыть рядом со мной и ребенком, пока не вернется Мел.
Рей подумал, что он дождется Мела и вместе с Конрадом вернется в Хобарт, а оттуда на материк.
С тяжелым сердцем он произнес:
— Конечно. Я сегодня уезжаю, Салли. Возвращаюсь домой.
— Уезжаете? — Салли испуганно переводила взгляд с Рея на Кэтти.— Я думала...
Желая оградить Кэтти от расспросов, Рей сказал:
— Мне пора возвращаться на работу. Я и так задержался здесь дольше, чем мог.
— О! — воскликнула Салли. — Надеюсь, что следующим летом снова увижу вас обоих.
Рей улыбнулся:
— Не будем загадывать. Кэтти, чем я могу помочь тебе на кухне?
— Может быть, приготовишь фруктовый салат, а я займусь булочками,— не глядя на него, ответила она.
Пять минут спустя Рей резал апельсины и груши, а Кэтти, стоя с другой стороны стола, взбивала яйца и сахар. Рей молчал. Кэтти, усердно работая деревянной ложкой, похоже, тоже не была расположена разговаривать.
Продолжая взбивать белки, она поставила кастрюлю на огонь. Молчание становилось невыносимым, и, чтобы нарушить его, Рей сказал:
— Уменьши огонь, иначе все подгорит.
Ложка выпала из рук Кэтти.
— Рей, пожалуйста, не покидай меня.
— Я не собираюсь, пока мы не позавтракаем.
— Я не то...
— Привет. — На кухню вошел заспанный Роберт. — А где мама?
Кэтти недоуменно посмотрела на мальчика.
— Твоя мама ночью родила ребенка,— сказал Рей. — Хочешь взглянуть?
Роберт застыл на месте.
— Но она должна была родить только через две недели. А кто родился?
— Девочка, — сообщил Рей, заметив, что бесстрашный Роберт ужасно напуган. — Пойти с тобой?
Роберт утвердительно кивнул, его растрепанные после сна волосы упали ему на лоб.
— Она теперь будет плакать?
— Пока нет, — подбодрил его Рей. — Но иногда это будет с ней случаться.
Рей проводил Роберта в спальню, оставив его наедине с матерью и сестрой. Когда он вернулся на кухню, Кэтти, так, словно он никуда не уходил, продолжала разговор.
— Я хотела сказать, что не хочу, чтобы ты уезжал. Вот что я имела в виду.
— Я уезжаю, Кэтти.
— Прошу, не уезжай — крикнула она.— Знаю, что я не...
— Я уезжаю, — грубо перебил ее Рей, — потому что не могу находиться рядом с тобой и не иметь возможности заниматься с тобой любовью. Это...
— Завтрак готов? — спросил, просунув голову в дверь, один из постояльцев.
Кэтти закатила глаза.
— Через пять минут, — сдавленным голосом сказала она.
— А как насчет пакетов с ланчем?
Кэтти выдавила из себя улыбку:
— Вы их получите, обещаю.
Дверь за ним закрылась.
— Ох уж эти мужчины! — воскликнула Кэтти.— Я знаю, чего тебе это стоит, Рей. Но...
Распахнулась боковая дверь, и миссис Бенсон в сопровождении Гюнтера ворвалась в кухню.
— Что это за слухи о только что родившемся младенце? — спросил Гюнтер, радостно размахивая далеким от совершенства букетом из красных астр и цветков золотарника.
— Как вам так быстро удалось узнать? — осведомилась Кэтти.
— Мне позвонил Мел, а я позвонил миссис Бенсон,— сказал Гюнтер.— Мел на седьмом небе от счастья.
— Завтрак готов,— заявила Кэтти, отбрасывая с лица выбившуюся прядь волос. — Я накрою для постояльцев в столовой. Рей, будь любезен, нарежь хлеб для сэндвичей.
Не обращая внимания на царящую в кухне суматоху в связи с приготовлением завтрака, миссис Бенсон с серьезным видом сказала:
— Пойдемте, Гюнтер, пора взглянуть на ребенка и поздравить Салли.
Гордо шествуя друг за другом, они прошли мимо плиты и скрылись в холле.
Вслед за ними Кэтти удалилась в столовую. Когда она вернулась, Рей намазывал маслом хлеб. Кэтти открыла большую банку рыбных консервов и сказала:
— Конрад бывает здесь раз в три дня. Ты не мог бы подождать до следующего раза?
— Зачем, Кэтти? — прямо спросил Рей. — Какой смысл продлевать мучения? Находиться рядом, но не жить с тобой, не иметь возможности заниматься любовью... Кэтти, разве я должен объяснять, что подобное для меня невозможно?
— Простите, что перебиваю,— послышался веселый голос Юстина, просунувшего голову в дверь кухни.— Что это за история с новорожденным?
Кэтти схватила хлебный нож и угрожающе взмахнула им.
— Если еще один человек войдет в кухню, — крикнула она, — за последствия я не ручаюсь!
— Ты знаешь, Рей прав, — с сияющими глазами заявил Юстин. — Любой настоящий мужчина не сможет жить с тобой, если ты будешь отказываться ложиться с ним в постель, Кэтти, любовь моя. Пора тебе оставить предубеждения по поводу секса.
