поле боя, или в казино блефовать абсолютно пустыми картами. Он крепким ударом офицерского сапога взломал дверь купе бортпроводника и от увиденной картины, истуканом замер на его пороге. Девчонка блондинка, сейчас было трудно сказать, была ли она на деле эсэсовкой, так как на ней в данный момент ничего из одежды не было. Связанная по рукам и ногам эта девчонка сидела на стуле со спинкой с широко разведенными в сторону ногами. А перед ней, между ее ног возился именно тот бортпроводник, который принимал билеты от пассажиров вагона в Минске. Он несколько запутался, расстегивая ширинку своих офицерских брюк черного цвета, при этом этот хряк еще приговаривал:
– Говорил же я тебе, Эльза, что твое купе на эту поездку занято! Что тебе там делать нечего! Нет, ты все же на своем настояла, вот и приходится мне тебя учить, как девушке полопает вести себя с мужчиной. Поработаешь немного со мной, а затем с этим идиотом Меняйло, может быть и сумеешь вернутьсяобратно в свое время. Черт подери, что это с моей ширинкой случилось, не могу ее пуговки расстегнуть. Это все из-за того, что с возрастом я отвык от таких приятных мужских дел!
– Ну, и сколько мне тебя ждать, кретин ненаглядный! Еще не насмотрелся?
То, что эти вопросы имели к нему самое непосредственное отношение, Васька догадался, только после того, как девчонка во второй раз повторила свой вопрос. Только тогда его щеки самопроизвольно вспыхнули самым настоящим императорским пурпуром! В нем проснулось рыцарство, он, как бык производитель, ворвался в купе, на ходу доставая огромный десантный тесак, которым мгновенно проделал такую широкую дыру в области селезенки бортпроводника, что тот умер, так и не узнав, кто же его убивает!
– Развяжи меня, найди мою униформу! Да, и между прочим, как тебя зовут? – Поинтересовалась шикарная блондинка, не прилагая ни малейшего усилия для того, чтобы свести ноги вместе!
– Ну, тебе, Васенька, повезло! Еще один командир на тебя нашелся! Помимо меня, будешь выполнять срочные поручения и этой выдры, только имей в виду, что они будут делаться только с одной целью, чтобы ты женился на ней! Вась, иногда мне становит так тебя жалко, что не опишешь словами. Одним словом, умеешь ты на свою … приключения находить!
Подстегнутый словами Альфреда, злой Васька подошел к связанной девчонке и несколькими махами своего тесака, ее освободил.
– Прошу прощения, мадам, но мне некогда вам угождать! Сейчас я обыщу это купе, затем вернусь в свое купе. Как полагаю, там происходит нечто необычное. Вы уж постарайтесь, мадам, найти свою одежду и ее на себя натянуться, если пожелаете вместе со мной перейти в мое купе!
– А что, господин офицер, в этом естественном виде я вам не понравилась? Другие мужчина разум теряют при виде меня в неглиже. Ну, да ладно, чем я могу вам помочь?
– Мадам, постарайтесь найти и одеться в свою одежду! Так будет спокойнее и мне и тебе!
Через минуту перед Васькой снова красовалась девчонка блондинка в эсэсовской форме с нашивками зондерфюрера, которая сидела на ней, словно ее вторая кожа! Покосившись на кобуру с Вальтером ПК38, висевшего на поясном ремне девицы, Василий, продолжая механически заниматься обыском купе бортпроводника, перекладывая вещи с одного на другое место, он вежливо, но серьезно поинтересовался:
– Почему ты их не перестреляла?
Девушка задумалась, а затем также серьезно ответила:
– Может быть, я бы их и перестреляла, если бы заранее знала о том, что они смогут пойти на такое гнусное дело, покуситься на честь и достоинство своего товарища по службе в войсках СС. Но, как оказывается, я плохо знаю или поняла основы армейской дисциплины и дисциплины войск СС, в которых служу зондерфюрером.
Этой девчонке Ваське почему-то хотелось задать много других вопросов, но он сдержался. В этот момент он нашел и принялся внимательно осматривать какой-то музыкальный инструмент. Такого инструмента они ни разу в своей жизни не видел. Он устанавливался на штатив с тремя ногами, а дальше руками, правда, Васька не был в этом уверен, следовало бы стучать по барабанам, извлекая специфические музыкальные звуки. Только Васька пожалел о том, что в купе бортпроводников негде развернуться, чтобы установить эту музыкальную дурынду, как Эльза вдруг задумчиво произнесла:
– Не делай этого, а то своими детскими играми ты наш вагон разнесешь в дребезги. Так и быть, я тебе скажу о том, что это вещь, именно то, зачем сюда ты пришел!
– Дурочка, я же пришел сюда спасти тебя от изнасилования! – Нетактично и несколько грубовато пошутил Василий.
– Выглядишь ты, кажется, совсем взрослым и самостоятельным офицером, но в тебе столько детского, что ума не приложишь! Тебе давно уже было бы пора знать о том, что женщину не изнасилуешь, если она этого сама не захочет! Да, между прочим, очень похоже на то, что женщине потребуется очень много времени на то, чтобы из твоей головы выбить все твое детство и отрочество, сделать тебя настоящим мужчиной! Ну, да ладно, бери эту свою музыкальную дурынду, и пошли в твое купе. Сейчас наше время там начинается.
За время пребывания в коридоре вагона и в купе бортпроводников Василий практически забыл о том светопреставлении, что творилось в его собственном купе. Только он перешагнул его порог, как его вместе с музыкальным инструментом с огромной силой швырнуло в кресло, через секунду у него на коленях пристроилась Эльза. По ее широко разинутому рту Васька понял, что девчонка о чем-то кричит, но ее голоса он так и не услышал. Он только ощущал, насколько были сильны и крепки пальцы рук этой девчонки, которая ими так вцепилась в его офицерский китель, что ее было практически невозможно от него оторвать!
В этот момент вагон страшно мотнуло из стороны в сторону, Василий всего этого не видел из-за окружающей поезд белой пелены, он только телом ощутил, что с его вагоном что-то происходит. Когда вагон встал на свой нижний торец, то они оба, и Василий, и Эльза, оказались в самом его верху в кресле купе верхнего торца, послышался громовой звук взрыва. Два человеческих тела покинули, нет, они взрывом были попросту выброшены из своего спасительного кресла, через окно вылетев в зияющую белизну. В этот момент Ваське неимоверной силой воли и физической силы удалось удержать в своих объятиях Эльзу вместе с этой музыкальной дурындой.
3
То, что эта местность мало походила на белорусскую равнину или на белорусский лесной массив, Ваське сразу же догадался, когда
