20 копеек мелочью мне было гарантировано препровождение для искомого ювелира.
Дороговато, однако местных цен я не знаю, помню только, что период 1918–1920 годов был периодом гражданской войны, а также сильнейшей инфляции. Но царская мелочь получается еще в ходу, а ее довольно емкий источник — пляжи Одессы у меня под рукой. Сейчас очевидно, что не сезон, и они лежат себе пустые, копай — не хочу. Судя по всему, конкурентов у меня тут тоже нет, приборов для поиска металла пока еще даже не изобрели.
Если инфляция уже раскручивается, то старые серебряные деньги должны быть в цене, как и изделия из драгметаллов. Надо добраться до торговых рядов и Привоза, чтобы сориентироваться хоть немного в ценах.
Пока же решил поспрашивать у своего Вергилия цены на основные продукты: хлеб, молоко, яйца, рыбу, мясо. И выходило так, что цены были высоки, по словам мальчугана, но приемлемы на мой взгляд.
Может быть потому, что царские деньги еще были вполне в ходу, особенно металлические, может быть потому, что сумму в пятнадцать рублей мелочью я собрал по пляжу примерно за час. Видимо зарплаты тут невысокие у людей, и кстати, узнал, что их платят так называемыми «керенками», деньгами, выпускаемыми Временным правительством, которым в Одессе не очень-то доверяют, но и их рабочим заводов сильно задолжали. В общем тут похоже сразу и новые и старые деньги гуляют в обороте. Это значит, что местные бумажные деньги, буде они у меня появятся, лучше у себя не задерживать и сразу пускать в оборот, помятую про будущую инфляцию.
Да и вообще, лучше поменьше пока с бумагой связываться, натуральный обмен — наше все. В условиях гиперинфляции — это наилучший способ сбережения ресурсов и средств, вплоть до ее завершения.
Так что пока меня интересуют совсем немного местных денег на покупку местной же одежды, и приобретение огнестрельного оружия. Думаю, револьвер и винтовка в мире эльфов гномов и орков окажутся отличной заменой лука для меня. А латунные гильзы можно будет пускать в переплавку на наконечники для стрел, без отходов огнестрел получается можно использовать.
А тут мы наконец дошли до лавки ювелира, Либерзона Шмуля Израэлевича, ну кто бы сомневался. Расплатился со своим гидом, дав сверху обещанного еще десять копеек. Попросил местного Сусанина обождать меня, если он не очень торопится. Торговля что-то у него не очень идет, за все время пока меня сопровождал, продал еще всего одну газету. На мне больше заработает. Я же толкнул дверь, открывающуюся почему-то внутрь, и спустился в полуподвальное помещение ювелирной лавки Либерзона.
Глава 34
В ювелирной лавке было чисто, но скромно. Либо владелец ее знавал лучшие времена, а сейчас обеднел, либо с оглядкой на окружающее не выпячивал свое благосостояние. Я бы проголосовал за второй вариант, увидев самого Либерзона — благообразного старого еврея, одетого скромно, но имеющего живой взгляд умных глаз, поблескивающих из-за круглых очков.
— Шолом алейхем, Шмуль Израэлевич, — сказал я и выложил перед ним на витрину заранее отобранные для продажи и обмена серебряные и золотые вещицы, изготовленные эльфами и гномами.
— И вам здравствуйте, — ответил мне старый ювелир, безошибочно не признав во мне соплеменника, и пошел закрывать входную дверь на засов. Вот это правильно, деньги, пусть и не большие, любят тишину и, напротив, не любят лишних свидетелей.
Вернувшись к прилавку, он долго перебирал украшения, разделив их по стилю исполнения — гномьи украшения отличались массивностью, эльфийские — изяществом несмотря на то, что они также могли быть изготовлены и гномами.
— Это не местные, не турецкие и не греческие украшения, — произнес Либерзон. А то я сам был не в курсе.
— Это часть привезенного из Индии, — ответил я, а что, вполне себе, Индия большая, драгоценности индусы всегда любили, почему бы моим украшениям не быть из какой-нибудь отдаленной провинции в Индии.
Либерзон с сомнением поглядел на меня, но возражать не стал. А зачем, спрашивается? Побрякушки явно не с гопстопа, металлы благородные, исполнение у ювелирных изделий на мой взгляд интересное, есть и простые, грубоватой работы, но в основном все же работа тонкая, даже у изделий, рассчитанных на гномью популяцию. И самое главное, их тут общей массой как бы не под килограмм. Скопились, часть с копа, часть в процессе конвертации на оружейный металл. Это еще без серебряных и золотых монет, тех побольше будет, но их пока решил не светить, а то можно попасть со знатоками. Хотя сейчас как раз период активных раскопок и исторических открытий, можно сослаться на ту же Индию или Африку, монеты старых времен, письменность неизвестная, но ведь серебро и золото, может еще и по нумизматам удастся распихать дороже на хайпе. А что, деньги неизвестной цивилизации, может и зайти любителям монетного собирательства, теряют то они немного, это действительно эксклюзив, и выполнен он из драгметаллов, так что как минимум функцию сохранения средств от инфляции выполняет четко, надо будет обдумать эту идею.
— Вы хочете продать все это, молодой человек? — наконец очнулся от раздумий ювелир. Все забываю, что выгляжу я сейчас далеко не за сорок, и встречают меня соответственно моей молодой внешности.
— Не все, Шмуль Израэлевич, за часть хотелось бы получить звонкую монету, а часть готов пустить в обмен на нужные мне товары.
— И что же Вам нужно? Я ювелир, знаете ли, а не купец.
— Мне нужно будет много чего, Шмуль Израэлевич, и за это много чего я готов рассчитываться качественными ювелирными изделиями, пусть старыми, но от этого возможно имеющими еще большую ценность в глазах понимающих людей. Но если Вам претит мысль помогать мне, я могу поискать себе другого торгового агента, более молодого и отзывчивого.
— С более молодыми нынче связываться чревато для жизни и здоровья, люди, молодой человек, посходили с ума с этими революциями, и живут одним днем, не заботясь ни о собственном спокойствии, ни о своей деловой репутации, так будто завтра не наступит, и не придется за все платить.
— Все это я понимаю, поэтому первый, к кому я обратился со своим вопросом, это Вы, господин Либерзон, поскольку мне сообщили, что Вы заботитесь о своей репутации. Также, поскольку Вы представитель известного нам обоим крайне делового народа, то у вас наверняка имеются соответствующие родственники и знакомые, которым Вы можете доверять в вопросах нахождения нужных мне товаров и вещей, по разумной цене. Разумеется, понятие гешефта мне хорошо знакомо, и я сторонник той идеи, что его должны иметь все стороны делового оборота, я
