В речи швув прозвучали раздраженные нотки. Он приосанился, встал на ноги, картинно взмахнул мечом и разразился длинной эмоциональной речью, в ходе которой то и дело потрясал мечом, угрожая кому-то невидимому. Время от времени он указывал кончиком хвоста то на своего хромого оппонента, то на Якадзуно. Якадзуно уже знал, что у ящеров не принято указывать на товарища оружием. Если руки заняты, для этой цели используется хвост.
Хромой ящер выслушал царственную отповедь с каменным лицом, коротко поклонился и вернулся в строй.
— Ев вхезу уел! — провозгласил швуэ.
— Ев вхезу уел! — хором откликнулись придворные.
Теперь все взоры обратились к Якадзуно. Он растерянно оглянулся, поймал взгляд Евсро, который строил отчаянные гримасы, и в этот момент Якадзуно осенило, что от него хотят.
— Ев вхезу уел, — сказал Якадзуно и вежливо поклонился.
Евсро просиял и возбужденно задергал хвостом. Ойлсовл повернулся спиной к присутствующим и удалился из тронного зала. Якадзуно отметил, что швуэ держит спину удивительно прямо для ящера. Должно быть, профессиональное.
Придворные загомонили, разбились на кучки и стали что-то оживленно обсуждать. Хромой ящер, осмелившийся спорить с самим швув, не стал ни с кем вступать в разговоры, он отвесил несколько вежливых поклонов и направился к той двери, через которую в зал вошел Якадзуно. Несколько ящеров последовали за ним.
Евсро подошел к Якадзуно и сказал:
— Поздравляю! Мы добились своего, даже Фесезл Левосе почти не выпендривался.
— Этот хромой ящер и есть ваш главнокомандующий?
— Наш главнокомандующий — швуэ. Фесезл Левосе — сесеюл есегсев, это не главнокомандующий, точнее… Нет, на самом деле это главнокомандующий, но так говорить нельзя.
— И этот тип хочет стать вашим королем?
— Тише, — прошипел Евсро. — Здесь половина присутствующих говорят по-человечески. Если не хочешь попасть на кемерэл олух, всегда думай, прежде чем открыть рот. Ты что, Гэла не читал?
— Кого?
— Алелсамгас Гэла, ваш великий писатель.
— Александр Дюма, что ли?
— Может, и Дюма, я плохо запоминаю ваши имена. Я читал его книгу про трех сэшвузл, к которым приблудился молодой лозшу. Как-то они назывались…
— Мушкетеры?
— Да, точно, мушкетеры. Там очень хорошо описаны всякие интриги. Так вот, у нас творится примерно то же самое, и поэтому ты должен быть предельно осторожен.
— Когда мы сможем спокойно поговорить?
— Сегодня вечером. Не уходи из своего есов, нам обязательно надо поговорить.
— А где оно, мое есо?
— Тебя проводят. Извини, мне надо кое с кем переговорить… Сейчас я пришлю к тебе лвозузлозув, он проводит тебя в есо. До встречи!
— До встречи.
10
Анатолий оторвался от экрана компьютера и громко выругался. Несколько секунд он просидел в озадаченной неподвижности, а затем начал хохотать. Он хохотал так долго и заразительно, что процессор начал посылать в мозг предупредительные сигналы.
Отсмеявшись, Анатолий пошел на кухню и налил себе стакан амброзии. Эту новость следует обмыть. Почему-то он совсем не чувствовал ни злости, ни разочарования, скорее это была радость от того, что все непонятные вещи в его отношениях с Полиной прояснились в один момент.
Ее потрясающее умение выгодно подчеркнуть достоинства своей внешности, ее невероятное обаяние, ее выдающиеся постельные таланты — все это сразу получило простое объяснение. Нет ничего удивительного в том, что все эти качества соединились в одной женщине, потому что это не случайное совпадение, а результат долгой и кропотливой учебы. Сразу стало понятно, откуда в Полине столько цинизма — на такой работе, как у нее, без этого не обойтись. Пожалуй, ее работа даже больше способствует развитию цинизма, чем военное ремесло Анатолия.
Стало понятно, почему Полина так спокойно отнеслась к тому, что они с Анатолием будут жить в доме, ранее принадлежавшем имперскому генералу, убитому в первый день революции. Полина знала его лично, она жила с ним, и похоже, что покойный Ким Ду Чжан был не самым хорошим партнером из числа тех, с кем ей приходилось жить во имя дела братства. Нет, ну какова баба! Интересно, что она скажет, когда Анатолий покажет ей это письмо?
Когда Анатолий допил амброзию, он передумал. Он решил, что не будет показывать письмо Полине. Пусть она продолжает его охмурять, ничего не зная о том, что ему уже все известно. Потом, когда большие боссы братства сочтут, что пора перебросить бойца постельного фронта на новое направление, вот тогда Анатолий посмотрит в глаза Полины добрым понимающим взглядом и проникновенно спросит: «Что, моя хорошая, новый клиент появился? Так иди к нему, не трать время на меня, интересы братства важнее». Интересно, что она подумает? Что Анатолий такой умный, что сам обо всем догадался, или что ему подсказал процессор? Да бог с ней, пусть думает, что хочет.
Анатолий еще раз посмотрел в послужной список Полины, и его внимание привлекло предпоследнее имя — Джон Рамирес. Анатолий снова захихикал. Положительно, есть что-то мистическое в том, как часто пересекаются их судьбы. Интересно, что сейчас чувствует несчастный Джонни? Наверное, исстрадался весь, бедненький. А нечего было заниматься контрабандой ядерного оружия. Все-таки бог есть, потому что ни одно неправедное дело не остается безнаказанным. Не всегда возмездие приходит сразу и не всегда понятно, за что именно, но оно приходит — рано или поздно. А что, может, позвонить Джону, пригласить его на рюмку чая, обсудить общую любовницу? Нет, пожалуй, это перебор, Джон Рамирес произвел на Анатолия впечатление человека чувствительного и излишне нервного. Потеряет еще контроль над собой, начнет махать руками, а с такой горой мяса без мускульных усилителей не справиться. Ну его, пусть лучше сам разбирается со своими проблемами.
Дзимбээ — молодец. Вовремя понял, к чему может привести излишне тесное общение элитного бойца с элитной проституткой, и вовремя принял меры. Страшно даже подумать, что пришлось бы пережить Анатолию, если бы он влюбился в нее по-настоящему. Надо при случае сказать спасибо Дзимбээ… Хотя нет, лучше не говорить, а то он еще подумает, что сработав топорно, раз Анатолий так легко определил, от кого письмо. Лучше сделать вид, что ничего не было.
Анатолий в последний раз пробежал письмо глазами, копируя его содержимое в эйдетическую память, а затем дал компьютеру команду скачать информацию по всем внешним ссылкам, которые были в письме. Когда все сведения о постельных подвигах Полины займут свое место в маленьком германиевом кристалле, растущем в центре черепа Анатолия, тогда письмо надо будет уничтожить. Нехорошо получится, если Полина узнает, что Анатолию все известно. Пусть лучше она поудивляется, почему это ей никак не удается развести очередного клиента на большую и чистую любовь. Пусть поудивляется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
