Читаем без скачивания Двое против ста - Сергей Алтынов

Спустя полгода, уже в Москве, Феоктистова разыскала Ольга Симукова. Она предложила встретиться у нее на съемной квартире. Валерий не сразу нашел что ответить. Да, Ольга была хорошей женщиной, не красавицей, но в теле, а значит, в его, Феоктистова, вкусе. Да, он, можно сказать, спас ей жизнь. И если бы они встретились сразу после тех страшных событий... Нет, об этом не стоит думать. У Валерия была жена Валентина и дочка Аленка. Обманывать их он не мог, что бы ни связывало его с Ольгой Симуковой. Ротмистр отказался, сославшись на занятость. Прапорщик Симукова недаром служила в ФСБ, она была понятливой женщиной и больше никогда не звонила.

Далее были известные всем события. Грозный был блокирован армейскими частями, боевикам был зачитан ультиматум, однако тогдашний секретарь Совбеза подписал Хасавюртовский договор. Одним росчерком пера он отдал всю Чечню во власть тех, кого еще вчера сами же кремлевские чиновники именовали бандитами и террористами...

Кроме своих бойцов и выздоровевшего Лебедева, Ротмистр ни разу не встречался ни с одним из тех, с кем в те дни держали осаду.

Выдержит ли Ротмистр сегодняшнюю осаду? Часы у Валерия отобрали, а за воспоминаниями можно было и вовсе потерять счет времени. Хватит воспоминаний! Феоктистов принял боевую позицию, затем слегка согнул указательный палец правой руки и взялся его верхней фалангой за большой палец левой. Потом с силой согнул указательный правой, при этом оказывая сопротивление второй рукой. Валерий проделал это упражнение каждым пальцем правой руки, затем повторил, поменяв действия рук. Это было одно из самых элементарных тренировочных действий по укреплению мышц пальцев и кистей рук. Его можно было выполнять практически в любых условиях. Ротмистр еще не знал своих будущих действий и пока подбадривал себя мыслью о том, что Гиммлеры и их хозяева Гитлеры заканчивают свои дни достаточно печальным и бесславным образом.

Несмотря на отсутствие окон, Валерий чувствовал, что светлый весенний вечер уже давно перешел в ночь. Это означало...

Это означало, что до акции оставались ровно сутки.

Лена Тюрина, она же Арбалетчица

Лена вновь находилась в квартире, которую сняла несколько дней назад. Больше идти ей было некуда.

Итак, скаутский лагерь «Верные друзья». Это был самый возможный объект. В нем отдыхали дети довольно состоятельных родителей. Причем не только в каникулы, но и в выходные дни – с субботы по воскресенье. Сегодня была уже пятница. Многое сходилось. Узнав по справочной телефон администрации лагеря, Лена тут же позвонила туда. Несмотря на позднее время, трубку сняли довольно быстро. С первых фраз Лена поняла, что она говорит с охранником, который не терял даром времени, а уже основательно нагрузился крепкими напитками.

– К вам сегодня привозили спортинвентарь? – спросила Лена, предельно ясно формулируя вопрос.

По тактике подобных акций сперва к месту проведения доставляется оружие.

– Не помню, – ответил ночной страж. – А ты кто?

– Референт министра. Ящики, коробки сегодня привозили?

– Заходи посмотри, – последовал ответ.

– Я зайду, – почти проворковала Лена. – Прямо сейчас и приеду. Вот только не знаю – спортинвентарь с собой везти или нет? Ты бы, родной мой, вспомнил, а?

– Че, в самом деле приедешь? – хохотнул собеседник, – Ну, привозили какие-то ящики. Только там не спорт... этот, как ты его назвала. Там техника какая-то. Да, именно сегодня пацаны какие-то угрюмые и привезли.

– Благодарю.

Охранник хотел что-то еще сказать, но Лена решила окончить разговор на этой финальной очень вежливой ноте. Да, сходилось слишком многое. Особенно «угрюмые пацаны». Но это могло быть совпадение. Жизнь, она не слишком радостная, потому сейчас большинство людей угрюмые. Лена посмотрела на часы. Время, названное Феоктистовым, истекало. Он должен был появиться или позвонить с минуты на минуту. Необходимо набраться терпения и ждать. Но не более пятнадцати минут с этого мгновения.

Гиммлер и Ротмистр

Гиммлер явился, когда Валерий позволил себе расслабиться и на некоторое время уснуть. Было, видимо, раннее утро.

– Ознакомься, – Гиммлер протянул Феоктистову бумагу, верхние титульные буквы которой говорили о том, что перед Валерием протокол.

– Ну и?.. – прочитав документ с печатями и подписями, отозвался Валерий.

Протокол сообщал, что Феоктистов В.В. был задержан сотрудниками криминальной милиции при попытке продать гранатомет «Муха» с боекомплектом. При задержании оказывал сопротивление. Подписи понятых были в наличии. Феоктистов лишь зло усмехнулся. Даже подростки знают, что в качестве понятых менты используют своих агентов, так называемых «внештатных сотрудников». Такая система в начале девяностых встала на поток опять же с подачи Дмитрия Львовича. Как и подброс оружия, и создание фиктивных банд, которые потом успешно ликвидировали, получая награды и звания.

– Я тебя, Феоктистов, крепко держу, – проговорил Гиммлер, присаживаясь рядом с Валерием на диван.

Все-таки он обладал определенной храбростью. Как был велик соблазн у Ротмистра одним рывком сломать «гестаповцу» шейные позвонки.

– Где твоя подруга? – тут же перешел к делу Гиммлер.

– Понятия не имею, – честно ответил Феоктистов.

– Ее надо найти, – не повышая голоса, продолжил генерал, – в ближайшие два-три часа.

– Ищите. Кто ищет, тот...

– Не валяй дурака, – укоризненно покачал своей ушастой редковолосой головой Гиммлер, протягивая Феоктистову изъятый некоторое время назад мобильник. – Звони ей!

При этом Гиммлер кивнул трем своим подручным, прибывшим вместе с ним. Тот, что стоял у самой двери, кивнул в ответ. Валерию было ясно, что его мобильник «обработан» Гиммлеровскими «слухачами» и поставлен на контроль. Теперь «слухачи» без особых проблем определят, где находится тот, с кем свяжется Ротмистр. Конечно, можно было просто изъять из мобильника «телефонную книжку», но... Звонить должен сам Феоктистов. Позвонить, затянуть разговор. Сказать, чтобы ждала его в течение сорока минут. «Слухачи» за это время определят точное местонахождение Елены Тюриной, а группа захвата сумеет взять ее. Но если она почувствует опасность, то немедленно избавится от мобильника и постарается скрыться. Гиммлер рисковал, но действовал продуманно.

Валерию ничего не оставалось, как взять телефон и начать набирать номер.

– Отсюда не дозвониться, – вдруг произнес Ротмистр, – стены толстые.

Гиммлер переглянулся с подручными.

– Лучше с улицы, – кивнул тот, что стоял у двери. – Хотя... – некоторое время его терзали сомнения. – С улицы лучше, – решил он окончательно.

– Пошли, – без раздумий произнес Гиммлер.

Его «клещи» слишком крепко держали Феоктистова. Парнишечку с подполковничьими погонами, как презрительно поименовал Ротмистра Дмитрий Львович.

Все пятеро вышли в огороженный двор особняка. Он был обнесен высоченным железным забором. «Перемахнуть можно, – оценил преграду Валерий, – но что потом?» Он оглядывал огромный, похожий на спортивную площадку двор, понимая, что действовать в таких условиях крайне непросто. Да и охрана натасканная, профессиональная. Сам Гиммлер держится на дистанции, оперативная интуиция у него дай Бог каждому... И тут сверху послышался отчетливый надвигающийся гул. Валерий оторвался от мобильника, развел руками. Над крышами соседних домов появился небольшой транспортный вертолет. Уменьшенная модель штатовского армейского «Ирокеза», эдакая малая городская авиация. Вертолет приземлился на специально обозначенном участке в глубине двора. Из него вышли пилот и еще один человек с черным несгораемым кейсом. Оба по-армейски поприветствовали Гиммлера, тот жестом дал команду «вольно», и оба скрылись за одной из дверей особняка.

– Инкассация? – спросил Феоктистов.

Этого «мини-ирокеза», казалось, прислал свыше кто-то очень великодушный и любящий Ротмистра.

– Звони, – вместо молчавшего Гиммлера властно напомнил один из его подручных.

– Я позвоню, – кивнул Ротмистр. – Но вы, Дмитрий Львович, должны будете оставить в покое мою семью.

– Ты еще торговаться будешь?

Глубоко посаженные глаза Гиммлера совсем ушли под надбровные дуги, худое лицо стало непроницаемо-каменным.

– Где уж мне... – обреченным голосом произнес Валерий, вновь возвращаясь к мобильнику.

И в то же мгновение он, не размахиваясь, левой ударил в челюсть амбала, стоявшего сбоку и контролировавшего движения его рук. Удар Феоктистова (а он в свое время был редким боксером, практически одинаково бьющим и правой, и левой) блокировать было невозможно. Увернуться амбал не успел, потому рухнул наземь, увлекая за собой еще одного. Третий, самый старший и опытный в таких переделках, провел обманную атаку в корпус, и тут же попытался сбить Ротмистра подсечкой. Валерий устоял на ногах, вознамерился нанести ответный удар, но сейчас перед ним был опытный тренированный противник. Спец хотел взять реванш за неудачу у подъезда. Он сделал шаг вперед, приняв правостороннюю боевую стойку, одновременно блокировав атаку Ротмистра правым шуто-укэ[19] . И тут же Спец сам пошел в атаку на верхнем уровне. Валерий сумел выполнить ногой подбивающий блок кеагэ-укэ. Он отбил руку противника снизу вверх. При этом правой рукой он нанес удар пришедшему в себя и тут же ринувшемуся в бой амбалу. Генерал Гладий участия в схватке не принимал. Он отошел на несколько шагов, заняв зрительскую позицию. Исход схватки был для него ясен. Как бы ни был крут Ротмистр, но с натасканными гиммлеровскими волкодавами ему не совладать. И точно – опытному Спецу удалось нанести болезненный удар в корпус. Остальные двое одновременно прыгнули на Валерия с разных сторон и сумели заломить руки.