Читаем без скачивания Полицейская сага - Стюарт Вудс

— Привет, заходи, Нелли! — Кэрри проводила ее внутрь и усадила на соломенный стул, стоявший рядом с гладильной доской. Та казалась какой-то потерянной. — Хочешь чаю со льдом? Я сама собиралась пить. Сегодня такая жарища. — Нелли взяла стакан и стала пить с жадностью.

Кэрри села рядом.

— Нелли, что случилось? Почему ты приехала в город посреди недели? — Нелли сделала еще один глоток. — Это из-за Джесса? С ним что-то не так?

— Да, мэм. — Тут к Нелли вернулся дар речи. — Около месяца назад мистер Спенс заставил Джесса работать на болоте. Он доил коров и плотничал в большом доме, и всем, казалось, нравилась его работа. Но однажды он пришел и забрал Джесса, а когда привез его вечером, Джесс был совсем мокрый, дрожал и плакал. Он не сказал мне, что случилось, но очень скоро заболел, а мистер Спенс, он ждал целых три дня, чтобы позвать доктора, а доктор Вилсон из Уорм-Спрингса, который, наконец, приехал, сказал, что Джесс получил что-то от этих, ну, комаров на болоте. — И она тщетно стала припоминать название болезни.

— Малярию?

— Да, мэм. Малярию, именно так и сказал доктор Вилсон, и он велел мистеру Спенсу отправиться на болото и вылить на воду масло, чтобы убить комаров.

— Как сейчас чувствует себя Джесс?

— Ему стало лучше после того, как доктор Вилсон дал ему лекарство, но потом ему опять стало плохо, и мистер Спенс, он пришел, к нам утром и сказал, что мы должны убраться, потому что Джесс больше не работник. Джесс, он попробовал встать и пойти на работу, но он не смог, и мистер Спенс, он сказал, чтобы мы выметались живо и немедленно. Я оставила Уилли с Джессом, чтобы он не вставал с кровати, а сама запрягла тележку и поехала в город. — Вначале она просто смотрела в пространство, но тут она повернулась и поглядела на Кэрри взглядом побитой собаки. — Мисс Кэрри, что нам делать? Нам некуда идти. Что нам делать? К Флосси нельзя. У нее нет места для больного мужчины и мальчика. Ей надо печь, чтобы жить. А печь, когда в доме больной, нельзя. Что нам делать?

Кэрри погладила ее по руке и дала ей еще чаю.

— Нелли, посиди минутку и остынь, а мы посмотрим, что можно сделать. Не беспокойся. Все будет в порядке. Я скоро.

Кэрри позвонила Уиллу Генри в участок, но его там не оказалось. Она чувствовала, что надо успеть что-то сделать еще до конца дня. Она страшно рассердилась на Хосса Спенса. Стыд и позор так обращаться с людьми! У таких, как он, отсутствует даже простейшее христианское сострадание и забота! Она опять взялась за ручку аппарата и назвала телефонистке номер магазина Идеса Брэя. Это было так похоже на Идеса: снять офис в центре города, а на освободившемся пространстве открыть обувной магазин. Он никогда не упускал возможности пустить в оборот лишний доллар. А бизнесом и фермой Идес руководил, сидя в закутке площадью чуть меньше восьми квадратных футов, где стояли стол с крышкой на роликах, два стула и вешалка для шляп, причем руководство осуществлялось в промежутках между обслуживанием покупателей в магазине. Человек, впервые зашедший туда, проникся бы чувством жалости к человеку, который неведомо как пытается заработать себе на жизнь, торгуя в скромной лавчонке, не подозревая, что во владении этого человека находятся с полдюжины ферм, предприятие по переработке и расфасовке персиков, контрольный пакет акций телефонной компании, и что по ходу дела он давал под высокий процент кредиты тем, кому их не рисковал предоставлять банк Хью Холмса. Он сразу же ответил на звонок.

— Идес, звонит Кэрри Ли. Как у вас дела?

Брэй тотчас же насторожился, вспомнив, как Кэрри выжала из него солидный куш наличными на новый пасторат.

— Ни шатко, ни валко, Кэрри. А как у вас?

— У нас все в порядке, Идес. — Она умолкла и тут же мгновенно сообразила, как надо преподнести идею Идесу. — У меня для вас есть небольшое деловое предложение.

— А во сколько оно мне обойдется?

— Оно вам ничего не будет стоить при условии, что у вас есть пустой дом в цветном районе.

— Может быть, и есть. Надо проверить.

— До меня дошли слухи, что городской совет требует от вас проведения в этих домах текущего ремонта.

— Да, об этом говорили.

— Ну, в общем, у меня есть для вас подходящий человек. Джесс Коул. Брат Флосси. Работал у нас на ферме.

— Знаю.

— Он первоклассный плотник; если бы он был белым, обошелся бы недешево. Ему нужен дом, и он бы отрабатывал квартплату, занимаясь ремонтом других домов.

— А что он делает сейчас?

— Как только мы уехали с фермы, он стал работать у Хосса Спенса, плотничал и доил коров. А когда приболел, Хосс заявил, что он ему больше не нужен.

— Так он болен?

— Да, но он поправляется. Он очень скоро встанет на ноги.

— Не знаю, что бы я мог предложить ему, Кэрри.

— А жена у него превосходная прачка. Уверена, что Бесс будет ею довольна.

Брэй умолк на мгновение. Кэрри знала, что его жена нуждалась в хорошей прачке и расспрашивала всех вокруг. И когда он заговорил тихим голосом, она поняла, что он уже на крючке.

— Ну, есть одно местечко на улице «Ди», второй дом от угла. Только там придется немного поработать.

— Тогда вот что. Джесс будет бесплатно работать на вас один день в неделю в счет квартирной платы. Зато вы дадите ему материалы, чтобы он привел этот дом в порядок. А Нелли будет у вас стирать.

— Два дня.

— Договорились, как только он встанет на ноги. Теперь учтите, Идес, будете не так обращаться с этими людьми, ответите лично мне! Ясно?

Брэй громко расхохотался.

— Кэрри, да такого я своему врагу не пожелаю!

Кэрри повесила трубку и пару раз глубоко вздохнула. Вернувшись к Нелли, она рассказала, о чем ей удалось договориться. Нелли чуть не упала в обморок от радости.

— А теперь, Нелли, поезжай назад, к Спенсу, погрузи вместе с Уилли вещи в тележку, а пока мы с Флосси посмотрим дом, ну, а Роберта я пошлю за вами с Джессом сегодня днем. Править тележкой сможет Уилли.

Кэрри и Флосси поехали на улицу «Ди». Дом оказался в жутком состоянии, но за два часа уборки они кое-как сделали его пригодным для жилья. Печка оказалась в порядке, и Кэрри дала двадцать пять центов соседскому мальчику, чтобы тот нарубил дров и наломал щепы на растопку. В доме стояли две железных кровати и еще кое-какая мебель, и Кэрри принесла постельного и столового белья. К тому времени, как Роберт привез Нелли и совершенно ослабевшего Джесса, у Коулов снова был дом, и Кэрри уехала, чувствуя, что у нее с плеч свалилась тяжелая ноша. Вечером она рассказала всю эту историю Уиллу Генри.

— А ты поняла, почему он так поступил? Это все из-за Эмметта.

Кэрри была потрясена.

— Значит, оттого, что Хосс взбесился на тебя, он выместил зло на Джессе? Какой человек способен сделать это?

— Полагаю, такой, как Хосс Спенс.

Кэрри через Флосси продолжала посылать продукты Коулам, пока у тех не завелись какие-то деньги. Через неделю Джесс уже работал по дому, а вскоре отрабатывал Идесу согласно уговору по два дня в неделю, ремонтируя по мелочам другие дома. Идес, похоже, был очень доволен, но Фрэнк Мадтер вовсе не обольщался.

— Это коварная болезнь, Кэрри, — сказал он ей в церкви как-то в воскресенье. — Она приходит и уходит, и избавиться навсегда от нее невозможно. Если Джессу повезет, он сможет зарабатывать на жизнь, но ему придется очень трудно. Я буду наблюдать его бесплатно, но много сделать не смогу. Единственные лекарства — хинин и покой. А человек в положении Джесса не может позволить себе мало-мальски продолжительный отдых.

Глава 27

Шли двадцатые, и Франклин Рузвельт становился все более частым гостем в графстве Меривезер и, особенно, в Делано. Хью Холмс продолжал серию частных встреч и бесед с ним, во время которых, по большей части, Рузвельт задавал вопросы, а Холмс на них отвечал. Уорм-Спрингс совершил чудо, и по мере заметного улучшения состояния своего здоровья Рузвельт жадно впитывал в себя информацию о штате Джорджия и о Юге вообще. Как только Рузвельт приезжал в Уорм-Спрингс, Холмс наряду с другими приглашался на ужин. Банкир прежде других почуял, что Рузвельт, бесспорно, не считавший их социально равными себе, не просто искал их общества. Вопросы Холмсу и характер их частных бесед становились все более и более целенаправленными, и в итоге у Холмса зародилось подозрение, что этот человек сделает попытку в 1928 году баллотироваться в президенты, что его вовсе не радовало, ибо Рузвельт казался ему гораздо левее его собственной политической линии. И банкир разрывался между личной привязанностью к этому человеку и неприязнью к его философским воззрениям.

В конце двадцатых Холмс уже стал лидером почти сотни членов законодательного органа штата, которые покровительствовали молодому адвокату из Маккрея Юджину Толмеджу и выступали против исполняющего обязанности министра сельского хозяйства штата некого Дж. Дж. Брауна, выстроившего себе нечто вроде политической империи за счет фермеров штата. Толмедж был не вполне управляем, но зато умел вести людей за собой и тем потряс воображение фермеров штата, которым нужны были как помощь со стороны штата, так и бесплатные развлечения политического характера. Холмс заметил, что, несмотря на разницу в общественном положении и мировоззрении, между Рузвельтом и Толмеджем было много общего. Для них обоих честолюбие являлось главной движущей силой, и Холмс не сомневался, что каждый из них сумеет добиться постоянной цели. А теперь небольшая гора, подле которой раскинулся городок Делано, пылала яркими красками осени, листва дуба, акации, а также то и дело попадающихся кленов сливалась с вечной зеленью сосен, и прозрачный воздух ранних ноябрьских дней наполнялся гармонией красок. Урожай был уже собран, и, как отголосок экономического бума, охватившего Америку в двадцатые годы, в атмосфере ощущался свежий ветер обновления и стабилизации. Фабрика работала три полных смены шесть дней в неделю, на железной дороге нанимали новых работников; чаще звучали звоночки механических касс в магазинах на Главной улице; в банке рос объем вкладов, и Хью Холмс полагал, что бывший школьный учитель Ирвин Диксон, по-видимому, вскоре станет первым вице-президентом банка. Благодаря руководству этого молодого человека, Холмс мог позволять себе более долгие отлучки для участия в сессиях законодательных органов, политических встречах и поездках за границу вместе с Вирджинией; и когда он возвращался на место, то находил все дела в полном порядке.