Читаем без скачивания Полицейская сага - Стюарт Вудс

— Как вам будет угодно, сэр.

Он поставил мешок на пол, туда же высыпал содержимое узелка — это оказался нарезанный тростник, устроился на полу и принялся за работу, орудуя острым ножом и что-то монотонно напевая под нос. Тут зазвонил телефон. Это оказался Скитер Уиллис.

— Доброе утро, Уилл Генри.

— Доброе утро, Скитер.

— Звонил мне вчера старый друг, шериф графства Фултон. Просил об одолжении. У приятеля его жены в воскресенье убежал парень, после того, как он кое-что затворил и получил основательную порку. Шериф думает, что он отправился к тетке во Флориду, и считает, что он может ехать на путных по сорок первому шоссе. Он был бы признателен, если бы мы поискали парня. Вы слушаете, Уилл Генри?

— Да. — Он в это время думал о другом мальчике, впервые в одиночку отправившемся в дорогу, а теперь вернувшемся, наконец, домой, к родителям в деревянном ящике, привязанном к кузову грузовика. — Есть описание?

— А как же! Имя и фамилия — Рэймонд Кертис, возраст пятнадцать лет, но выглядит старше; пять футов девять дюймов роста; вес сто сорок пять фунтов; шатен; глаза карие; на подбородке шрам длиной в один дюйм; чуточку заикается. Усекли?

Уилл Генри быстро записывал сведения.

— Усек. Когда его видели в последний раз?

— В воскресенье, во второй половине дня. Если он действительно отправился во Флориду, то уже проехал мимо; сегодня уже среда, но все равно надо доглядывать. Ладно?

— Ладно. Буду рад помочь.

— И еще, Уилл Генри. Наткнетесь на него — звоните мне, а не в графство Фултон.

Понятно. Скитер хочет огрести все лавры.

— А как же, Скитер!

Тот повесил трубку.

Уилл Генри сидел, опершись о стол и прикрывая ладонью рот, точно его вот-вот вырвет. Боясь шевельнуться, он смотрел в одну точку. Неужели опять? Но почему у него возникли подобные мысли? Просто мальчик убежал из дому. И тут до него дошло, что перед ним что-то знакомое, что-то давно виденное. Он стал вглядываться в то, что делает в другом углу комнаты этот человек, Дули. Руки его так и летали над стулом, когда он плел новое сиденье, закрепляя его на раме. Второй стул, подготовленный к работе, стоял рядом, как бы голый, раздетый, вызывающий какие-то непонятные воспоминания. Он прошел к письменному столу, выдвинул тяжелый нижний ящик, порылся в бумагах и нащупал нужную папку. Отложив в сторону фотографии, он стал вчитываться в аккуратно отпечатанный на машинке отчет; вот оно, до мельчайших деталей: «…горизонтальные и вертикальные шрамы, приблизительно от восьми до девяти дюймов в длину, один дюйм в ширину, имеющиеся на ягодицах». Но в отчете было не все; кое-что было просто сказано вслух за столом у Франка Мадтера во время ужина, который он не в состоянии был есть: в ушах зазвучал глубокий голос Картера Солза: «Мальчик был привязан за запястья и лодыжки к некоему подобию стула, к примеру, это мог быть стульчак доватерклозетного образца…» Теперь он вспомнил. Первый визит в дом Фокси… в доме никого… на кухне чинятся плетеные стулья… один еще не готов. Тогда его напугала собака, потом через щель в кухонной двери вылезли щенята, перепугав его до полусмерти, да так, что он начисто забыл про стулья. Он про них даже не вспомнил, когда Солз говорил за столом. Да, вот что сказал тогда Солз: руки у мальчика были связаны, а то возможно, и скованы наручниками. Он снял телефонную трубку и назвал номер.

— Почта. У телефона Питтмен.

— Джордж, это говорит Уилл Генри Ли.

— Как дела, начальник?

— Прекрасно, Джордж, скажите-ка мне, кто абонирует ящик номер восемьдесят два? — Ответ он уже знал заранее.

— Фокси Фандерберк. Получил его в прошлом году. У нас ведь очередь, сами знаете.

Уилл Генри призадумался.

— А Фокси каждый день забирает свою почту, Джордж?

— Никогда не забывает. Стоит мне приехать на работу, как он уже тут как тут. За исключением…

— Ну, говорите же, Джордж?

— В общем, это просто смешно, но Фокси… погодите минуточку, не вешайте трубку!

Уилл Генри стал ждать, постукивая носком ноги по полу. Он уже знал, что сейчас услышит, и страшился услышать это.

— Ага, в точности, как я и думал! Фокси не брал почты с субботы! Надеюсь, он не заболел, один на этой горе.

— Спасибо за информацию, Джордж.

— Не за что, Уилл Генри, а в чем дело?

Но Уилл Генри уже повесил трубку. Начальник полиции вынул доллар из кармана и подал его Дули.

— Не будете возражать, если кончать работу придется в помещении пожарного депо? Мне надо уехать ненадолго и закрыть тут все.

— Пожалуйста.

Дули собрал свои вещи и прошел через дверь. Уилл Генри запер помещение и направился к машине. За спиной зазвонил телефон. Он задержался ненадолго, потом решительно сел в машину и уехал.

Он заставил себя ехать по городу медленно. Нечего беспокоить людей. И, лишь проехав последние дома, он прибавил газу и поехал вверх, в гору, достаточно быстро поднявшись на перевал. Затем он остановился и заставил себя успокоиться, привести в порядок дыхание. Уже два раза он приезжал к Фокси в связи с убийством и уезжал ни с чем. На этот раз он поступит по-иному. Вместо того, чтобы ехать через гору прямо к Фокси, он повернул направо, на Живописное шоссе, и проехал по гребню перевала. Убедившись, что из трубы дома Фокси идет дым, он поставил машину на обочине и вышел. В нескольких сотнях ярдов, под горой, он заметил часть крыши. Ветер относил клубы дыма прямо на него. Отлично. Ветер в его сторону, собаки его не учуют. Он отошел от машины, но затем вернулся. Отомкнул багажник, вынул ружье калибра тридцать на тридцать и зарядил его. Возможно, там, внизу, оно ему понадобится. Он дослал патрон в патронник, взвел курок наполовину и стал спускаться с горы.

Глава 30

Он двигался вниз, окруженный буйством красок, осенними деревьями, одетыми в прекраснейший золотой и огненно-красный наряд. Под ногами расстилался ковер из листьев тех же расцветок. Но он не обращал внимания на всю эту красоту, он думал лишь о том, с каким столкнется ужасом в конце пути.

Когда он приблизился к дому, то стал двигаться медленнее, чтобы не побеспокоить собак. Теперь сквозь деревья он видел отдельные части дома, поленницу, распахнутые двери гаража сбоку, грузовик внутри. За двадцать ярдов от дома деревья расступились, давая место поляне. Последние ярды перед открытым пространством он передвигался скрытно, от дерева к дереву, от куста к кусту, следя за тем, чтобы между ним и домом оказывалось естественное укрытие. У края поляны он остановился и огляделся. Тихий утренний пейзаж, ничего особенного, дым из трубы, грузовик, гараж. Ему захотелось обойти поляну по периметру, и он стал искать удобную тропку. И замер. Что-то не так. Земля на листьях, поверх листьев. Он опустился на колени. Красноземная глина. Листья нетронуты. Он разгреб листья и запустил руку в грунт. Черный подзол. Черный подзол под листьями, красная глина сверху. Все не так. Он осмотрелся. Глина, смешанная с черноземом, разбросана на расстоянии нескольких ярдов. И тогда он поглядел в сторону поляны. Вот оно. Футах в десяти отсюда, там, на поляне, листья. Разворошенные листья на значительной площади. Стоит поглядеть.

Пятно разворошенных листьев находилось на самой поляне. Укрыться негде. Он поглядел на окна. Никого. Тогда он поднялся, взял ружье наперевес и самым что ни на есть небрежным шагом последовал в сторону пятна. Вместо твердой почвы под ним вдруг оказалась мягкая земля. Он опять поглядел на дом. И опять ничего не заметил. Стал разгребать листья ногой. Проступил контур. Чернозем, смешанный с красноземом, утрамбованный чем-то, по-видимому, лопатой. Он позабыл про дом и стал разгребать листья еще шире. Шесть футов в длину, около двух в ширину. Тут копали яму, что-то в нее опустили, опять забросали землей, а лишний грунт раскидали по лесу, чтобы не появился заметный холмик, а мягкую землю забросали теми же листьями. Только что. Сегодня утром. Он опоздал.

А в доме усталый Фокси брился. В городе за три дня накопилась почта, и ему надо иметь презентабельный вид, когда он за нею приедет. Он повернулся, чтобы взять с окна полотенце, и замер. Позади дома стоял Уилл Генри Ли, как раз на том самом месте, раскидывая листья ногой и разглядывая землю… Прошло несколько секунд, прежде чем, бросив полотенце, сорвался с места, и помчался в гостиную, голый и босой. Схватился за пистолет срок пятого калибра, висящий над камином, вбежал на кухню, на всякий случай, взвел курок, помчался мимо того самого места на полу, дочиста выскобленного и уже подсыхающего, Пронесся мимо кухонного стола, где были разложены наручники, кусок резинового шланга, веревка и ринулся к кухонной двери, распахнул ее и припал, целясь, на одно колено. Никого.

Поляна пуста. Уилл Генри с шумом бежит через лес, в гору. Фокси, перемахнув через разворошенные листья, припустил что было духу следом через опушку прямо в лес. Остановился. Шагов больше не слышно. У Ли слишком большая фора; и тут он похолодев, вспомнил, что он голый. Повернулся и побежал домой.