Они только-только начали привыкать заходить в нее, и не хотелось их разочаровывать, если бы натыкались на замок вместо того, чтобы получить помощь, оказанную вовремя. Вот и стремилась вернуться за прилавок как можно раньше. Поэтому действовала в темпе: и до леса шла быстро, и траву собирала торопливо, и оказаться дома очень спешила. В итоге в городе вернуться получилось тогда, когда еще мало кто проснулся.
Но совершенно неожиданно меня встретил неизвестный грубиян захватом сразу за обе руки, когда решила срезать путь и свернула в узкий переулок. Там и в разгар дня обычно было немноголюдно, а в ранний утренний час я вообще не ожидала никого увидеть. Оказалось, напрасно стремилась к отсутствию горожан вокруг. Мне бы позвать кого-то из них на помощь не помешало бы, когда меня грубо прижали к каменной кладке стены чужого дома. Только никого не наблюдалось. Но попробовать я попыталась. Открыла рот и завопила, что было сил, когда обросший многодневной щетиной мужик дыхнул мне в самое лицо перегаром и полез ручищами под юбку. И тут же получила ощутимый такой тычок кулаком в грудь, и вонючая ладонь заглушила крик в самом зародыше. Дальше получилось только мычать и извиваться, а чужая ненавистная пятерня пыталась уже добраться до моего бедра.
Но тот гад не знал, кого решил лапать. Может, их местные женщины и закрыли бы от испуга глаза и могли бы даже лишиться чувств, посчитав ситуацию безвыходной, но не я. Первая шоковая реакция на происходящее длилась у меня всего несколько секунд. Дальше ей на смену пришла решимость постоять за себя. И я сжала зубы и сконцентрировала силы для отпора. Ударила тем, что было свободно. Это была моя правая нога. Вернее, колено. И била туда…в общем, сработал инстинкт женского самосохранения. Неплохо у меня получилось заехать мужику в пах, в итоге. А пока он шипел и корчился, припустила вдоль по переулку к более многолюдной улице. Бежать получалось тяжело, я же еще и ношу за собой тащила. Да, ни корзину, ни короб с травами не бросила. Поэтому, кстати, и руки у меня все то время были заняты. А то, я бы еще могла и глаза кое-кому попытаться выцарапать, да и зубы в ход пустила бы, была такая мысль, просто уж больно грязен был тот мужлан, инфекцию от него подхватить — пара пустяков.
— Фу! Гадость какая! — кинулась я в ванную комнату первым делом, чтобы отмыться, когда оказалась в безопасности собственного дома. — Мерзавец! Как таких земля носит?!
После умывания еще уложила по новой волосы и переодела платье. А заметив, что оно немного порвано, села зашить. Тогда и обратила внимание на то, как у меня тряслись руки.
— Ничего плохого не произошло, — принялась успокаивать саму себя. — Все обошлось.
Но я знала четко, что теперь буду за версту обходить тот переулок. И задумалась, сколько их еще таких опасных в городе есть. От подобных мыслей пробрал озноб. Поежилась. Но приказала себе одуматься и срочно заняться делами.
— Ко мне покупатели могут нагрянуть с минуты на минуту, а я тут нюни распустила. Немедленно браться за дело!
И день прошел вполне нормально. Даже заработать немного получилось. Я как раз рассматривала те немногие монеты, что поместила в пустую банку под прилавком, когда снова звякнул колокольчик над входной дверью. Подняла глаза и заметила входящего маркиза. Он был как всегда хорош собой: красив и по-мужски грациозен.
— Добрый вечер, моя дорогая, Аглая. Как у вас здесь дела?
— Нормально. А почему вы пришли сегодня? Срок, вами же назначенный, еще не вышел.
— Просто мне так захотелось. Я решил прогуляться с вами этим вечером. Там, за дверью стоят две лошади. Одна предназначена вам, моя красавица. Решил, что небольшой отдых вам сегодня не повредит. Вы согласитесь на небольшую конную прогулку? О лавочке своей не беспокойтесь — уже такое время, что вряд ли стоит дожидаться покупателей. Я же прав? Вы собирались вешать табличку «закрыто»? Ну же, не сопротивляйтесь. Ничего ужасного, клянусь, не замышляю. Только немного проедемся по пригороду.
— Ладно, — кивнула, решив, что немного развеяться и, правда, не помешало бы.
— Вот и хорошо. Давайте, помогу закрыть заведение.
Мы почти сразу выехали из города. На природе пустили коней спокойным шагом и просто ехали рядом, неспешно переговариваясь. Георг интересовался событиями последних дней, о которых мне говорить не хотелось, так как похвастать было нечем. Я же поинтересовалась у него делами в замке — надо же было, хоть что-то обсудить. Вот тут он и проявил себя как отменный рассказчик. В красках поведал о людях, с кем я была знакома, особенно уделил внимание Оксанке и Мэг.
— Однако, вы так наблюдательны! — воскликнула в итоге и посмотрела на него другими глазами. — Есть ли хоть какое малое событие в стенах замка, оставшееся без вашего внимания?
— Наверное, да. Но быть в курсе происходящего в твоих владениях — обязательное правило для правителя.
— Даже конкретно в этом замке? — удивилась я.
— Действую так по выработавшейся привычке и еще потому, что Виль мне друг, и я старше его, и часто в состоянии дать ему верный совет.
— Виль?
— Да. Уильям, сокращенно Виль или Ви. Последнее только для самых близких.
— Почему же вы так удивились, когда услышали от меня слово «Макс»?
— Дурачился. И хотел услышать, как бы назвали меня. Надеюсь, ничего страшного этим не совершил? Нет?
Дальше он задал мне несколько вопросов про мой мир. Обсудили наши там жилища и транспорт. А потом заметили, что солнце совсем низко опустилось к горизонту, и повернули коней к городу. Когда проезжали по неизвестной мне ранее довольно широкой улице, обратила внимание, что на ней стояли богатые особнячки с тенистыми ухоженными садами. Предположила, что здесь жили самые обеспеченные горожане.
— Это так, — подтвердил такие мысли Георг. — Это один из самых престижных районов города. Если бы вы захотели, то и ваш дом находился бы здесь, а не рядом с базарной площадью.
Намек был слишком прозрачным, чтобы его обсуждать, поэтому я просто отвернула голову в сторону и принялась с повышенным вниманием рассматривать дом, что проезжали в тот момент. Тогда и заметила за высокой металлической изгородью даму на скамье, отдыхающую
