зовут Антон… Иванов, — сказал он. — Мой отец, барон, владелец небольшого завода по деревообработке. Если вы не возражаете, я бы немного вздремнул. Всю ночь ехал до Москвы, плохо спал…
— Не хочешь поздороваться с нашей четвертой спутницей? — усмехнулся я, когда он без лишних слов поплелся к своей лежанке.
— Точно. — Он замер в дверях. — Извинитесь за меня, но мне правда нужно отдохнуть…
Дверь в его комнату закрылась, и мы остались в недоумении. Что это было?
— Либо он пытается казаться крутым, либо парень недоумок, — пробубнил Дима. — Эх, а я мечтал о нормальном попутчике.
— Давай, не ной. Лучше расскажи, что ты знаешь про институт? — я попытался подтолкнуть его к более интересной беседе.
Тут вернулась Света. Обмотав волосы полотенцем, она плюхнулась рядом со мной и спросила:
— К нам кого-то подселили?
Девушка была в черном комбинезоне с лентой на поясе. Видимо черный ей нравился, судя по цвету волос и гардеробу. На моей Земле для любителей черной одежды было одно название…
— Да, — кивнул Дима. — Зовут Антон Иванов. Сын какого-то мелкого барона.
— Иванов… — задумалась Света. — Распространенная фамилия. Ну, да ладно, познакомимся еще.
Мы взяли купе в середине вагона, и сквозь матовое стекло двери постоянно мелькали силуэты студентов. Поезд готовился к отправлению.
К нам постучались — дверь заскользила в сторону, и проводница пробежалась по нам глазами.
— Так, восьмое купе. — Она заглянула в листок. — Бердышев?
— Тут.
— Кузнецов?
— Я.
— Нахимова?
— Тут!
— Иванов?
— Он спит, — указал Дима в сторону закрытой комнаты.
Проводница черкнула что-то на листочке.
— Так. Вагон-ресторан на втором этаже третьего вагона. — Она указывала направления. — Также если вы хотите, можете заказать завтрак, обед и ужин в купе. Доставка два рубля. — Она сделала паузу, на что Дима и Света кивнули. — Также у вас в купе есть небольшая библиотека, чтобы немного развлечь себя в дороге.
— Библиотека? — удивилась Света, не находя ничего похожего на книжный шкаф.
Лора показала план купе, и оказалось, что книги спрятаны под панелью слева от входа. Надо было просто надавить на нее, и защелка откроет крышку.
— Она в той стене? — удивил меня Дима, показав пальцем на панель.
— Да, — кивнула женщина. — Если вам что-нибудь понадобится, я в начале вагона на первом этаже. Хорошей поездки!
— Как ты узнал? — удивилась Света, когда дверь за проводницей закрылась.
— Все просто. — Дима подошел к стенке. — Видишь, зазоры между панелями чуть шире? У меня в комнате был такой же шкаф. — Он нажал на панель, и она открылась. — Только я не думал, что это библиотека…
В этот момент поезд плавно качнулся и начал набирать скорость. На маленьком экранчике рядом с окном мелькал спидометр. Вскоре огромная серебряная стрела разогналась до «150 км/ч». Для такой громоздкой махины — недурно.
— Может, прогуляемся до вагона-ресторана? — предложил Дима. — Обмоем знакомство.
— Ничего не имею против! — согласился я. — Света, ты же составишь нам компанию?
— Если только по бокалу вина. А то я себя потом не контролирую, — улыбнулась девушка. — Только перекусим для начала. С утра ни маковой росинки!
С местной валютой я был плохо знаком. Насколько нам объясняли на инструктаже, цены тут примерно соответствовали временам Российской Империи начала двадцатого века. Граф перед отъездом позаботился о финансовом состоянии сына и дал ему «золотую карточку». Конечно, у нее были лимиты, но чтобы выскрести ее до капли, легкого завтрака в вагоне-ресторане будет явно недостаточно. Да и Дима не производил впечатления транжиры. Граф доверял своему сыну.
Мне такой привилегии, увы, не досталось, и граф сделал мне обычную карту, на которую закинул двадцать тысяч. Потом прилетела десятка от названого отца.
Света тоже не бедствовала и предложила после заказывать еду в номер.
⁂
Сам вагон-ресторан напоминал дорогое заведение с множеством столиков, накрытых белоснежными скатертями на четыре персоны. Официанты в красивой форме разносили заказы на серебряных подносах. Пахло чем-то вкусным и дорогим.
Народ пока не стремился занимать столики, однако я сразу увидел старых знакомых. Виконт Караваев с подручными и еще пятеркой ребят заняли сдвоенный стол и теперь, оставшись без родительского контроля, пустились во все тяжкие. Пир шел горой: пивные кружки, закуска, соленья, рыбка — стол ломился от обилия объедков и новых кушаний. У меня даже слюна потекла, хоть я и не любитель заворачивать за воротник.
— Ну что, — поинтересовался я. — Хочешь рискнуть?
Света удивленно смотрела то на меня, то на Бердышева, не понимая, о чем речь.
Дима хищно улыбнулся:
— Это же общественное место, верно?
— Верно, — кивнул я, и на моем лице появилась такая же улыбка. — Тогда прошу к столу.
Мы уселись за дальний столик, чтобы лишний раз эта пьяная компания не мешала нам своим мерзким хохотом и звоном бутылок, но и оставалась в зоне видимости. Ресторан был большим, заставленным большими цветами в горшках, поэтому в этих зарослях нас не сразу разглядишь.
Наверное, во всех мирах, где есть вагоны-рестораны, цены в них будут заоблачные. За отбивную с рисом заведение просило десять рублей, а за обычный смузи из свежих ягод аж пять.
— Чего изволите-с? — у нашего столика возник официант.
Света заказала салат за четырнадцать рублей и жареного палтуса за двадцать. Дима — омлет с морепродуктами за девять рублей и вареного перепела за двенадцать.
Я очень проголодался и решил ни в чем себе не отказывать. Заказал большую тарелку пельменей и полутушку цыпленка — вся эта красота обошлась мне в тридцать рублей. Еще Дима за свой счет заказал хорошую бутылку вина стоимостью сто двадцать рублей.
В ресторане играла легкая музыка, и наши захмелевшие соседи решили немного потанцевать. Один парень из числа друзей Караваева — я его раньше не видел — подошел к официанту и что-то невнятно промычал ему в ухо. Ему кивнули, и через минуту заиграл медляк.
— Странно, но за столом тех выпивох я не вижу дам, — резонно заметила Лора.
Похоже этот печальный факт подметили и «выпивохи», и парень, заказавший музыку, не совсем твердой походкой направился к нашему столику.
— О-о-о, кажется, сейчас будет весело, — закатила глаза Лора, и я не мог не согласиться с ней.
