Ей хотелось, чтобы Рауль был рядом. Он был так мил – распорядился насчет своего личного самолета.
– Пришли мне сообщение, когда вы долетите, – сказал он.
– Ты не летишь с нами? – дрогнувшим голосом спросила Сирена.
– Мне нужно кое-что сделать.
Пока самолет набирал высоту, Сирена не могла избавиться от предчувствия, что это «кое-что» имеет отношение к ним. Что, если Рауль решил развестись, поняв, что не сможет ей доверять?
Спустя сорок восемь часов единственной хорошей новостью было то, что отца Сирены успешно прооперировали, и он идет на поправку.
Люси капризничала, стоило только положить ее в кроватку, поэтому она почти все время была у Сирены на руках. Эли призналась сестре, что встречается (только не говори маме!) с парнем.
– Ты можешь спать на моей кровати, – уговорила она Сирену, и та уступила.
Фей была не в восторге от малышки Люси.
– Возможно, она могла бы сидеть, если бы не была такой толстой, – заметила она, кинув мимолетный взгляд на ребенка.
В это мгновение позвонил Рауль. Понимая, что мачеха прислушивается к каждому ее слову, Сирена старалась говорить ровно и спокойно.
Экран смартфона был плохой заменой планшету, поэтому Сирена едва видела своего мужа, а разговор с ним, вероятно, будет стоить целое состояние. Рауль был в Нью-Йорке. Он произнес приличествующие случаю слова: он надеется, что ее отец быстро поправится.
– Ты пробудешь до тех пор, пока его не выпишут? – предположил Рауль.
– Да, наверное, – натянуто ответила она, физически ощущая неприязнь Фей, как только та осознала, что нежеланная гостья задержится в ее доме на неопределенное время. – Я позвоню тебе, как только все прояснится.
– Хорошо.
Сирена закончила разговор и провела весь вечер, стараясь не показывать свои страдания мачехе, которая была бы им только рада. Она плохо спала, но, когда проснулась, у нее созрел план.
Может, ее брак и не удался, но она – взрослая женщина с чувством собственного достоинства.
Она навестила отца, и он, слабый, но гордый, впервые обнял свою внучку. Потом Сирена позвонила риелтору. Что бы Рауль ни предпринял в отношении их брака, она не будет просто марионеткой. Час спустя ей показали квартиру.
– Я могу въехать сразу? – поинтересовалась молодая женщина.
– Как только ваш кредит будет одобрен, то есть вечером, – сказала агент.
С деньгами могли возникнуть трудности. Сирена сомневалась, что Рауль сохранит ее счет, если они разведутся, но она не стала посвящать в подробности агента. Она воспользуется своей квартирой в Лондоне как обеспечением. Придется первое время тратить свои сбережения, а затем она найдет хорошо оплачиваемую работу. Ведь Рауль сказал, что у нее есть потенциал. Жить с Фей было невозможно, а вернуться к мужу Сирена не могла, понимая, что доверие между ними недостижимо.
Ей требуется собственное жилье. Жалко, что ее брак с Раулем не продлился долго, но стоило ли ожидать чего-то, если он был лишь формальностью и не был построен на чувстве любви и уважения?
Сирена въехала в свою новую квартиру в тот же вечер. На следующее утро она вместе с Люси навестила отца, а по пути домой они заехали за покупками. Сирена даже предложила Фей взглянуть на ее приобретение. Она состряпала историю о том, что Рауль хочет, чтобы у них было в Австралии свое жилище. Сирена не собиралась говорить мачехе, что, возможно, ее ждет развод.
В дверь постучали. Сирена извинилась перед Фей. Она ждала менеджера, который обещал позаботиться о мебели. Когда она открыла дверь, сердце забилось где-то у нее в горле. На пороге стоял Рауль.
– Я не ждала тебя, – запинаясь, пролепетала Сирена.
– Я так и понял, – склонил голову он и спросил: – Могу я войти?
Не дожидаясь приглашения, Рауль вошел в крошечную квартиру.
– Как ты, малышка? – спросил он, кладя руку на животик Люси.
Девочка дрыгнула ножками и разулыбалась беззубым ротиком.
– Я тоже по тебе скучал, – сказал он, оглядывая квартиру.
На его лице застыло выражение неодобрения.
– Вы, должно быть, ее отец? – высокомерно осведомилась Фей, когда взгляд Рауля упал на нее.
– Да, это мой муж, – поспешила вмешаться Сирена. – Рауль, это моя мачеха Фей.
– Рад познакомиться, – сказал он, хотя искренности в его голосе не было. – Вы не присмотрите за Люси, пока я буду говорить с женой?
В животе у Сирены все перевернулось, она напряглась. Молодая женщина не сомневалась, что предстоит битва за Люси, и была готова к ней.
– Мы будем в пентхаусе, – уточнил Рауль.
У Сирены от удивления приоткрылся рот, но она ничего не сказала.
– Как ты узнал? – спросила она, когда они вошли в лифт, и Рауль нажал на кнопку пентхауса.
– Мне позвонила твой агент и предложила подтвердить, что ты можешь оплачивать квартиру, а затем она попыталась продать мне верхний этаж. Конечно, это было дороговато, но ты решила от меня отстраниться, и я счел, что это самый простой способ быть недалеко от тебя и Люси.
Лифт остановился. Колени Сирены подогнулись.
– Конечно, я позволила бы тебе заходить к нам, – слабым голосом произнесла она. – Ведь мы друзья.
– В самом деле? – усмехнулся Рауль.
– Я не могу жить с Фей! – принялась горячо говорить Сирена. – Я пыталась объяснить тебе, что мы не ладим и что…
– Я понимаю. – Лицо Рауля было непроницаемым. – Но ты могла остановиться в отеле.
Сирена отвела глаза в сторону.
– Это было бы слишком дорого, – пробормотала она.
– И ты не собиралась просить меня оплатить эту квартиру, верно? – В его голосе появились опасные нотки. – Более того, ты не собиралась возвращаться ко мне.
Рауль произнес это спокойно, но чувствовалось, что он разъярен. Сирена вздрогнула.
– Конечно, может показаться, что я выбрала место специально настолько далеко от Лондона, насколько это возможно, но моя семья живет здесь, Рауль, – поторопилась объяснить она.
– Я понимаю, – снова сказал он. – Но помни: куда бы ты ни направилась, я последую за тобой. Если хочешь жить в этой квартире, я поселюсь в пентхаусе.
«Он последует не за мной, а за Люси», – с горечью подумала Сирена. Может быть, она поступает слишком эгоистично, отбирая у своего ребенка отца, но, насколько она поняла, Рауль не собирается разлучать ее с дочерью. За это Сирена была ему благодарна.
– Каждая клеточка в мозгу говорит, что у меня нет прав задерживать тебя, но при мысли, что придется отпустить тебя, мне становится плохо.
Слова Рауля прозвучали как гром среди ясного неба. Сердце Сирены пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой.
– Браслет нашелся у Миранды, – вдруг заявил он. – Я ездил в Нью-Йорк и встречался с ней. Она выпросила его у матери, отправляясь на вечеринку, но забыла вернуть. Растеряха, – добавил Рауль.
